Глава 39

— Я же просила дать мне время, — говорю понуро, но все-таки заставляю себя скромно улыбнуться. Будто все еще злюсь, но мужа продолжаю любить. Всем, мать вашу, сердцем.

Илья таращит на меня глаза и лишь беспомощно открывает рот. Однако капельки подозрения в его глазах все-таки мелькают и я выпаливаю:

— Можешь не делать вид, что встреча случайна, Мила уже во всем призналась.

— Призналась? — он бледнеет, а я едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. До того комично он сейчас выглядит! Впрочем, судя по напряженным канатам нервов — максимум на что я буду способна это злобный хохот гиен.

— Дина сразу поняла, что это я тебе сказала, что мы будем здесь, чтобы ты пришел извиниться, — тараторит подруга и несмотря на то, что она стоит за моей спиной, я готова поклясться, что в этот момент она усиленно подмигивает своему любовнику, чтобы получше донести до него смысл своих слов.

— Ах, да, — неуверенно тянет он и так странно дергает плечом, что я начинаю подозревать у него нервный тик. Да и в целом он выглядит не то чтобы на пять баллов.

Можно, конечно, предположить, что темные круги под глазами это следствие бурной ночи с моей подругой, но лично мне приятнее верить, что проблемы со сном у него начались из-за меня. Бедняга, наверняка, измучился мыслями о том, что наследство может уплыть от него. Ну ничего, пусть понервничает. Говорят, периодические встряски и потрясения даже полезны для здоровья.

Я же изображаю из себя саму нерешительность. Не уверена, что Илья сейчас в состоянии оценить мою актерскую игру, но на всякий случай продолжаю делать вид, что жутко смущена. Нервно переминаюсь с ноги на ногу и незаметно бросаю взгляд на прозрачные дверцы камер хранения. В нужной ячейке лежит белая коробка и несмотря на то, что я не могу позволить себе улыбку, внутри ликую. Илья принес деньги! С точностью выполнил указания шантажиста.

— Мы кофе собирались попить, — говорю тихо и великодушно предлагаю: — Можешь присоединиться.

— Спасибо, — выдавливает из себя Илья и я с каким-то ужасом понимаю, что еще пару недель назад я бы сейчас висела у него на шее. Та наивная дурочка, которой я тогда была, наверняка бы восприняла его состояние как следствие чувства вины. Смотрела бы на угрюмое выражение лица, синяки под глазами и тонкие морщинки на лбу, а сама корила бы себя за то, что настояла на разлуке. Вон как страдает, любит меня безумно! Поэтому и пытался изнасиловать, ага…

Мне остается лишь мысленно закатать глаза и врезать себе смачную пощечину. Тоже мысленно, конечно. Но даже в такие моменты у меня язык не поворачивается винить прежнюю себя. В чем моя оплошность? В излишней наивности? Что плохого в том, чтобы доверять своим близким?

— Я не обижаюсь, не переживай, — говорю Миле, хватая ее за руку. — Понимаю, что ты хотела как лучше.

Не то чтобы мне нужно было успокоить подругу, но таким образом я даю мужу шанс выполнить требование шантажиста. Не только положить деньги в ячейку, но и бросить ключ от дверцы в огромную кадку с искусственной пальмой. Именно там он его и взял пять минут назад, как никак я сама его незаметно туда положила, когда только приехала в торговый центр.

За столиком в кафе мы почти не разговариваем. Мила даже не пытается сделать вид, что действительно хочет нашего примирения и не дает нам ни секунды побыть наедине. Даже за кофе к барной стойке они идут вдвоем с Ильей потому что в одиночку три стаканчика никто не унесет. Но меня это, естественно, не смущает. Прекрасно понимаю, что любовничкам не терпится обсудить нашу ситуацию. Илья наверняка выговаривает Миле за то, что та позволила мне увидеть его, а она оправдывается и заверяет его, что это чистое совпадение.

В принципе, на этом можно закончить игру… Забрать деньги, сказать им, что прекрасно знаю об их похождениях и уйти. Просто исчезнуть.

Но я продолжаю сидеть и даже умудряюсь влить в себя безвкусный кофе. Впрочем, думаю даже божественная амброзия показалась бы мне сейчас обычной водой. Нервы на пределе. И несмотря на то, что пока все идет по плану, вживую все намного волнительнее, чем в моей голове.

Да, я четко выверила каждый свой шаг, попыталась предсказать действия Милы и Ильи тоже. Но вот что я упустила, так это эмоции. И сейчас мне приходится сглатывать их, давясь и задыхаясь, потому что уверена — стоит хоть на секунду задуматься о том, что чувствую в этот момент, меня просто смоет.

— Ох, у меня же встреча! — спохватываюсь, бросив взгляд на часы. — Не хватало еще опоздать!

— Что еще за встреча? — хмурится муж, а Люда поясняет:

— Дина принесла свои арома саше для магазина мужской одежды.

— Для Делюкса и Эгоиста, — хвастаюсь, выпячивая грудь. — Вы знали, что у них один хозяин? Вроде весь этот торговый центр ему принадлежит даже.

— И откуда у тебя такие знакомства? — удивляется Илья вместо того, чтобы искренне порадоваться.

— Сарафанное радио, — отмахиваюсь беззаботно. — Помнишь, я весь убойный отдел и прокуратуру снабдила подарочными наборами? Вот они как-то и узнали про мои саше и захотели заказать их как комплимент к покупке.

— Офигенно нынче прокуроры и менты получают, если в Делюксе одеваются, — хмыкает муж. — Вообще уже ничего не стесняются со своими взятками!

— С чего ты взял, что они там одеваются? Может, просто дружат. Или вообще, рейд там делали, пытаясь уличить тех в контрафакте? — внутри зреет протест и непреодолимое желание броситься на защиту всех прокуроров и полицейских страны. Ну ладно, одного прокурора в частности. — В любом случае, мне пора. Я так поняла, там администратор не целый день находится. Не хочется заставлять ждать человека.

— Да, конечно, — с готовностью кивает Илья.

Судя по всему, ему не терпится уже отделаться от меня и нормально обсудить с Милой дальнейшие действия.

— Мил, ты не помнишь, куда я номерок дела? — снова делаю вид, что активно ищу в сумке ключ. — Господи, какая же я растяпа. Неужели потеряла? А нет, вот он!

— Что за номерок? — он смешно сдвигает брови, глядя на ключ в моей руке. Идентичный тому, которым он и сам воспользовался недавно. Правда, на моем другая цифра. Соседняя с той, что была у него.

— От камеры хранения. Представляешь, я час таскалась с коробкой по всем магазинам пока Милка не предложила мне оставить ее в камере хранения. Сама бы так и не додумалась, дурочка.

То, каким взглядом мой муж награждает любовницу, сложно описать одним словом. Впрочем, как и двумя. Это просто непередаваемая гамма эмоций. Возмущение. Недоумение. Разочарование. И злость. Естественно, злость…

Людка наверняка взяла для него кредит, помогла собрать такую огромную сумму в кратчайшие сроки, но он все равно злится на нее, обвиняя во всех смертных грехах. Не удивлюсь, если и изначально в том, что они попали в такую ситуацию он винит тоже ее. Подлая подруга жены совратила и поставила ни в чем неповинного мужа…

Пользуясь его ступором, я встаю из-за стола и иду к стеллажу с ячейками. Спиной чувствую его взгляд, но вслед за мной он не бросается. Тем не менее, ту самую пальму я специально обхожу стороной. Будь спокоен, дорогой, ключ меня совсем не интересует. Не зря же мы с Юлькой еще в воскресенье сделали дубликат.

Сестра предлагала мне помочь и сегодня, но я не стала подвергать ее такому риску. Куда легче было бы ее попросить забрать деньги из ячейки пока я отвлекала Милу с Ильей в кафе. Но я не могла ее так подставить. Умом понимала, что вряд ли муж пойдет в полицию с вопросом шантажа, но на сто процентов ни в чем не была уверена. Месть нужна мне, а значит и все риски на себя тоже должна взять я.

Присаживаюсь рядом со своей ячейкой, и на всякий случай закрыв обзор спиной, открываю обе дверцы сразу. Мысленно прошу прощения у дедули в метре от себя, который открывает одну из верхних камер и уронив цепочку золотого цвета на пол, спрашиваю у него:

— Это не вы потеряли?

— Что это? — его взгляд скользит по украшению, оценивая стоимость.

— Да вот, на полу нашла, думала, может вы обронили.

По-хорошему, мне бы конечно, встать и подать браслет ему поближе, но я продолжаю сидеть на корточках и дедуле самому приходится наклониться ко мне. Теперь мы точно закрываем обзор и передав цепочку ему в руки, я быстро перекладываю завернутые в газету деньги к арома саше. Пустую коробку оставляю в том же ящике и плотно захлопываю дверцу.

— На золото не похоже, — протягивает дед и кряхтит поднимаясь. — Не мое это.

— Может, хозяин вернется, — пожимаю плечами. — Даже если это дешевая побрякушка, она может быть дорога кому-то как память. Положите на стол.

— Может, и вернется, — философски заявляет мужчина и идет к столику, чтобы сложить свои покупки в цветастую авоську.

Я же распрямляюсь и подхватив свою заметно потяжелевшую коробку, иду к мужу и подруге. Всеми силами стараюсь выглядеть расслабленной, но внутри все звенит от напряжения. Заметили или нет? Подозревают меня в чем-то или продолжают считать наивной дурочкой, которую очень легко водить за нос?

Выглядят хоть и серьезными, но кажется, ни о чем не догадываются. Однако, на всякий случай, я снимаю крышку со своей коробки и сую ее под нос Люде:

— Как тебе? Илья-то в курсе, у него у самого такие в шкафу висят, а ты же не нюхала мужскую линейку.

— Ммм… вкусно, — тянет она носом.

— Здесь два вида, — я приоткрываю один из пакетиков, позволяя ей насладиться ароматом, который она не раз вдыхала, целуя моего мужа. — Только аккуратно, это же на продажу.

Илья лишь мельком взглянул на содержимое коробки с плотно уложенными саше и снова начал гипнотизировать взглядом камеру хранения.

— Ну что, я пошла? Пожелайте мне удачи! Пусть это будет первым, но не последним их заказом!

— Удачи, — натянуто произносит Мила, а Илья даже на это не сподобился. Не сводит взгляд с ячеек и разве что носом не ведет, пытаясь вынюхать следы шантажиста по запаху. В итоге он все-таки не выдерживает и шагает в ту сторону, но увидев сквозь прозрачную дверцу, что коробка все еще там, хмурится и наконец обращает внимание на меня:

— Я с тобой схожу, все равно домой потом вместе.

— Вместе? Ты разве не у Марченко будешь ночевать?

— Мы на один день договаривались, Дин, — напоминает он. — Давай уже заканчивать эту фигню, ладно? Идем, отдадим эти твои шарики в магазин, а потом поедем домой. Как семья, ладос?

— Как семья, — киваю с тревогой и на ватных ногах двигаюсь к эскалатору.