Глава 41

— Ты на работе? — голос Разумовского звучит предельно напряженно.

— Да, а что?

— Дело есть, — загадочно выдает и тут же добавляет: — Я подъеду?

— Паспорт только не забудь, — бурчу в трубку и отключаюсь.

Что ему понадобилось, интересно? Решил в десятый раз обсудить сколько мяса для шашлыка брать на выходные? Или снова будет уговаривать подарить Шестакову не часы, как договаривались, а девку в торте… С него станется!

Однако, вместо обсуждения предстоящего юбилея нашего общего товарища, Дима, как выяснилось, больше беспокоится о своей личной жизни.

— Ты, короче, прав был, — заявляет понуро.

— Естественно, — киваю самоуверенно. — Но не мог бы ты уточнить в чем именно? Я знаешь ли, всегда прав, поэтому всего и не упомнить.

— Насчет Линды, — вздыхает он.

— Это та эскортница? — усмехаюсь, вспоминая девушку из ресторана.

— Сам ты эскортница, Рокотов! — Огрызается он.

— Так а в чем я прав тогда? Давай уже, выкладывай. А то мнешься, как барышня на первом свидании.

— Прав был, что имя не настоящее, — роняет он, сверля меня взглядом. — Видимо, чуйка твоя прокурорская сработала.

— Чуйка? — даже не пытаюсь сдержать смех. — Линда, чувак! Она представилась Линдой! Ты хоть одну настоящую Линду в своей жизни встречал? Ладно там Снежаны и Анжелики, но Линда…

— Понял я, понял. Впредь буду только Маш искать, идет? А пока найди мне все-таки эту Линду.

— И как я тебе ее найду? По описанию ее прелестей и родинок на интимных местах? Или ты там ее ДНК на память прихватил?

— По номеру телефона, умник, — угрюмо бросает. — Она меня в чс походу кинула. Сначала просто не отвечала, а сейчас сразу короткие гудки.

— А деньги-то взяла? Может, ты мало дал?

— Иди к черту, Рокотов, — он устало трет виски. — Имя мне раздобудь, а дальше глумись сколько хочешь, договорились?

— Эко тебя зацепило, друг. — тяну удивленно. — Раньше бы ты только порадовался, если бы девушка сама исчезла утром без напоминания о том, что тебя не интересуют серьезные отношения.

— А теперь не радуюсь, — хмыкает он. — И поверь мне, я сам в шоке. Но девушку ты мне все-таки найди.

— Так а чего она заблочила тебя? Не оправдал ожиданий?

Разумовский поднимает со стола пресс-папье из натурального камня и замахивается, прицеливаясь в мою голову.

— Молчу, молчу, — поднимаю руки в примирительном жесте. — Диктуй номер давай.

Смотрю на монитор и снова начинаю ржать. Вот вам и Линда.

— Что ты там говорил по поводу имен? — спрашиваю сквозь смех. — Будешь теперь исключительно Маш искать? Поздравляю, первую ты уже нашел. Левадная Мария Игоревна. Двадцать пять лет. Проживает на Юных Ленинцев… замужем.

— Чего? — тянет он оторопело и буквально на колени ко мне присаживается, чтобы самому взглянуть на монитор.

— Полегче, дружище, — толкаю его в бедро, чтобы хоть немного увеличить расстояние. — Я конечно понимаю, что с Машей Линдовной у тебя не срослось, но я это… занят. Как там у Пушкина, я другому отдана…

— И буду век ему верна, — заканчивает за меня фразу. — Вот же черт. Замужем! Ты как в воду глядел!

— А чего я сразу? — возмущаюсь от такой несправедливости. — Я в ней эскортницу заподозрил, это ты там насчет мужа накаркал.

— Ну да, ну да… давай, добей меня, скажи мне, что я сам виноват.

— Да причем здесь ты? Девушка тебе соврала! Точка. Мало того, что мужу рога наставила, так еще и тебя дураком выставила.

— Может, она разводится?

— И? Все равно должна была тебе сказать. А она мало того, что имя придумала, так еще и мужа скрыла. Кольцо хоть сняла?

— Думаешь, кольцо бы я не заметил?

— Да откуда ж я знаю на что ты там смотрел…

— И что делать-то теперь? Найти и поговорить?

— Чувак, она замужем, — напоминаю по слогам.

— То есть, она изначально не рассчитывала на что-то серьезное, раз чужим именем преставилась, — Дима продолжает размышлять, будто и не слышит меня. — Просто развлекалово на одну ночь?

— Что-то серьезное в нашей стране при наличии живого мужа запрещено на законодательном уровне, — напоминаю угрюмо. — Это тебе не Швеция, семью на троих не создашь.

— Но она… черт, ты не понимаешь. Ты просто не знаешь ее, Мот. Должны быть причины. Может, там папик старый и сам уже вообще ни на что не способен?

— И что? Ты согласен на роль молодого и прыткого любовника? — таращу на него глаза. Вот уж не думал, что мой вполне себе адекватный друг будет пытаться оправдать измену.

— Может, он ее не отпускает? Не дает развод?

— Нет такого понятия, как не дает развод, — вздыхаю устало. — Если один из супругов против, то второй идет к мировому судье и всё. Исключение только беременность и наличие ребенка до года, но и то, только в том случае, если развестись хочет супруг. Женщина спокойно может подать на развод и при таких обстоятельствах.

— Но тогда что? — разводит он руками. — Зачем она соврала?

— Потому что захотела? — предлагаю слабо. — Понятия не имею, Дим. Просто надо смириться, что есть вот такие люди… не особо честные.

— И где честных искать? Где нынче с нормальными знакомиться?

— А хрен его знает, — пожимаю плечами. — Дина вот меня в кафе унюхала, ты же знаешь. У нее сестра есть, кстати. Тоже вроде незамужняя.

— А братья у нее есть? — хмурится он, прикусывая нижнюю губу.

— Да нет вроде, а что?

— А то, что я бы на твоем месте и Дину свою проверил. Ее вчера какой-то мужик настоятельно домой звал. По-хозяйски так, собственнически.

— Что за бред? — закатываю глаза, но видя что друг не шутит, пальцы сами тянутся к клавиатуре.