Глава 16

Дни полетели в будничной суете, наполняясь чувственными и страстными свиданиями Анны и Ильи. Через некоторое время Аня отметила, что их отношения неуловимо меняются. Стоило ей поведать Илье о своём тяжелом прошлом, поделиться с ним своей застарелой, иногда покрывающейся шипастыми наростами болью, как Илья начал раскрываться в ответ. Их разговоры всё чаще носили более глубокий, а не поверхностный характер, они всё чаще делились друг с другом своими мыслями и раскрывали своё прошлое.

— Мариша общается с бабушками, дедушками? — задавала Аня вопрос, не подозревая, что наткнётся на тяжёлую ношу в душе любимого.

— Моя мама умерла три года назад, так что остался только отец, но с ним у меня довольно-таки сложные отношения, — рассказывал Илья, перебирая локоны Ани.

Вспомнилась ему тяжёлая болезнь матери и как он разрывался между работой и родительским домом — метался между городами. Слова отца, брошенные в гневе, когда он в очередной раз вынужден был уехать в этот маленький городок для решения возникших проблем на работе:

— Твоя поганая клиника тебе дороже здоровья и спокойствия матери? Неужели нельзя продать её чертям собачьим и жить по-человечески, здесь, рядом и не носиться туда- сюда?

— Не утрируй! — оборвал его тогда Илья. — Я не буду продавать клинику, и мама меня полностью поддерживает в этом вопросе. Да и чем я здесь займусь? Ввязываться в твой бизнес я не хочу, никогда у меня не было желания строительством заниматься. Да и тем более приемником ты зятя готовишь. Мне какое место отведёшь?

— А что мне остаётся делать, если родной сын предпочитает жить в захолустье и не пойми чем занимается? Я тебе денег дал, думал ты хоть…

— Хватит! — оборвал его тогда Илья, — Эта тема закрыта и ты знаешь — я на попятный не пойду! Для меня важно то, чем я занимаюсь, а уж если ты не можешь принять это…

Илья тогда, хлопнув дверью родительского дома, уехал, забрав дочь с собой, а через пару дней мама умерла, оставив отца и сына в состоянии холодной войны. Младшая сестра, ухаживающая за матерью, тоже поддерживала Илью, потому что понимала — каково это, когда отец амбициозно пытается принудить к тому, чем дети не хотят заниматься. В своё время он и дочь заставил пойти учиться на экономический, хотя душа её рвалась в гуманитарную сферу.

Илья вынырнул из тяжёлых воспоминаний:

— После смерти мамы, отец живёт с моей младшей сестрой — благо дом у них большой. За три прошедших года наши отношения немного потеплели и Маришку я два, три раза в год отвожу к ним в гости. Ну а с матерью жены мы не общаемся. Маришка оказалась не нужна ни собственной матери, ни бабушке, что если честно мне на руку — не хочу связываться с этой блядской семейкой, — не сдержался Илья от ругательства.

Аня в ответ прижималась к мужчине, поглаживая его грудь. Она не могла понять — как можно добровольно отказаться от ребёнка? Иногда у неё так и крутились вопросы на языке — поддерживает ли Илья связь с бывшей женой, где она, но Анна так и не решилась их задать. Узнала только, что дочь думает, будто мать живёт у бабушки, которая очень сильно больна и ухаживает за ней. Верила ли в эту сказку его дочь? Анна в этом сильно сомневалась.

Ане нравилось слушать о буднях Ильи, о его работе. Именно по этим рассказам мужчины, она узнала скрытую от многих обратную сторону его характера. За внешней улыбчивостью, напускной легкостью, скрывалась довольно таки упёртая, Анна даже сказала — упрямая, в некоторых вопросах непримиримая натура. Она внутренне была уверена — не помоги Илье отец деньгами, он всё равно со временем выкупил бы клинику, не смог бы спокойно и размеренно работать под чужим управлением. Илья по характеру был доминант, а развод с женой, её поступки сделало его жёстче, хотя Аня видела, что он тщательно это скрывает.

Постепенно, видя её искренний интерес в глазах, сопереживания — Илья раскрывался всё больше и больше.

— Я всегда думала, — озадаченно произнесла Аня после очередного откровения Ильи: — если у тебя есть деньги, то всё даётся легко — и покупка вот как у тебя клиники и открытие нового дела.

На что Илья только хмыкнул, рассказывая, как после приобретения клиники на него обрушились всевозможные проверки, на откуп которым нужны были немалые деньги, как со всех сторон давили конкуренты, пытаясь переманить персонал или расшатать рабочую сплочённость:

— Ещё работая штатным стоматологом-хирургом, я внимательно присматривался к сотрудникам — кто из них может ударить в спину, кто может уйти, но мне повезло. Люди сплочённые многолетним трудом и после смены владельца, все остались на своих местах, хотя первое время было непросто. Сейчас я понимаю — именно тогда я и упустил из внимания жену, её поведение, желания. Её истерики меня раздражали. Я же не только дневал, но и ночевал в клинике, сделав круглосуточный приём, чтобы было конкурентное преимущество. Сам принимал ночных пациентов. Кстати — чаще всего приезжают в нетрезвом виде, — усмехнулся Илья. — А Ирина… она надеялась на безбедную, лёгкую жизнь. То, что я вбухаю деньги отца в стоматологию — для неё стало шоком. Но когда я взял пару кредитов, потому как финансов не хватало — вот тогда её и накрыло, тогда она и дала дёру, бросив дочь.

Аня, прикусив губу, прижалась к груди Ильи, переплела их пальцы, немного сжимая, внутренне поддерживая его и не заостряя внимания на последнем признании мужчины, произнесла:

— Не знала, что стоматологические клиники и по ночам работают!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Не везде, — улыбался Илья, обнимая Аню. — Это нераспространённая практика, но довольно выгодная. Зубы-то у людей болят в не зависимости от времени суток, а ночной приём стоит в разы дороже.

Илья вздохнул:

— Ещё необходимо до конца технически переоснастить клинику и можно будет выдохнуть спокойно. Правда — только на некоторое время.

— Ты поэтому и ездишь в командировки? — подняла Аня голову, заглядывая в глаза Ильи, который кивнул:

— Приходится посещать выставки, форумы, заводить полезные знакомства.

— Это, какие знакомства? — брови Анны немного приподнялись — для неё столько разных нюансов в казалось обычном деле было удивительно.

— Например — поддерживать дружеские отношения с президентом региональной ассоциации стоматологов края. Хороший кстати мужик, — задумчиво отозвался Илья и не смог сдержать улыбки от Аниного:

— Вау! Да вы оказывается крутой перец, Илья Дмитриевич, — покачала она головой.

— Ну а как вы думали, Анна Дмитриевна? Поднимать стоматологическую клинику на уровень — это вам не воробьям из кустов фиги показывать.

— Что? — Аня удивлённо посмотрела на Илью и прыснула со смеху: — фиги… воробьям?

Илья, делясь с Анной своим прошлым, рассказывая ей очевидные для себя вещи, объясняя что-то, чувствовал себя мартовским котом, который греется не на солнышке, а в лучиках искренности Анны. Её эмоций и желания узнать его, поддержать, позаботиться. Он готов был поклясться, что даже слышит тихое урчание своего сердца.

Илья отмечал для себя, что всё больше привязывается к этой мягкой, чистой и открытой женщине, но к своему удивлению это не вызывало внутреннего диссонанса. Наоборот он желал дальнейшего сближения с Анной, теперь уже не только телесного, но и душевного.

Когда Аня, слушая его, переплела их пальцы, улыбнулся и приподнял их руки, рассматривая, сравнивая их. Его большая, а её маленькая и удобно ложащаяся в его ладонь. Улыбка Ильи стала шире — давно заметил, что у неё коротко стриженые ногти. Это было непривычно. У всех его бывших любовниц, всегда был такой маникюр, что могли бы располосовать кого угодно как росомахи. Ему было всё равно, но всегда для женщин, с которыми спал, было жёсткое условие — не царапать и не впиваться в его тело своими когтями. А у Ани нет — аккуратные, розовые ноготочки, без маникюра и яркого лака.

Иногда Анна неосознанно во время секса впивалась в его плечи или спину своими ноготочками, но это было как будто его пытался поцарапать маленький котёнок — не больно, практически не оставляя следов на коже, но заводило безумно.

«Настоящая, желанная, моя женщина!» — промелькнуло у Ильи, и он поднёс её ладонь к губам, поцеловал в центр. Посмотрел на Анну и встретился с её завороженным взглядом. Не разрывая зрительного контакта, втянул в рот один из пальцев, обласкал его языком под протяжный женский выдох. Опустил их руки вниз и с лукавым блеском в глазах спросил:

— Ещё вопросы есть, Анна Дмитриевна?

— А у вас, Илья Дмитриевич, есть предложения? — выдохнула Аня, подхватывая его игривый тон.

— О-о-о, — протянул мужчина с плутовским блеском в уже потемневшем взгляде: — я вам не буду о них рассказывать. — Рука Ильи скользнула к груди Анны, сжимая нежное полушарие, поигрывая с соском, натянувшим тонкую ткань халатика: — Я, Анна Дмитриевна, вам их лучше продемонстрирую, — зажал твёрдую вершинку соска между костяшками пальцев, а когда Аня тихонько застонала, выгибаясь навстречу его руке, не выдержал — накрыл женские губы в страстном поцелуе.

***

— Привет сама красивая и желанная, чем занимаешься? — раздался в трубке голос Ильи.

— Привет, — губы Ани растянулись в улыбке, а глаза засияли от услышанных слов. — Работаю, — ответила, наигранно вздохнув. Она бросила взгляд на подругу-начальницу, которая оторвавшись от экрана компьютера, поигрывала шутливо бровями и тихонько приговаривала:

— Лябофь, амур…

Едва сдержавшись, чтобы не показать Вере язык, Аня, усмехнувшись, отвернулась от хохмачки.

— А ты? — спросила у Ильи и услышала ответное:

— Так же. Ты не забыла о моём приглашении на обед?

— Разве я могла? — Аня не сдержала удивления. — Конечно, нет! И очень, очень жду, — осмотрелась и спросила уже едва не шёпотом: — А может не в ресторан, а ко мне поедем?

Илья же в ответ рассмеялся в трубку:

— Ну, уж нет, Нюта. У меня сюрприз.

— О-о-о, ну хорошо. Жду с нетерпением.

— Ровно в час заеду за тобой, — пообещал Илья и отключил связь.

Аня, прикусив губу, смотрела на уже потухший экран мобильного, как услышала сбоку:

— Анька.

Обернулась и посмотрела на подругу.

— Ты прям цветёшь и пахнешь. Опять обедать с нами не будешь? — спросила Вера, и Анна отрицательно покачала головой.

Анне нравилось наблюдать, как Илья водит машину. Вот и сейчас она любовалась мужчиной — его большими ладонями, как будто лениво удерживающими руль, руками, широкими плечами и профилем.

— И куда ты меня везёшь? — не смогла удержать любопытства. Илья, улыбнувшись, качнул головой:

— Увидишь.

Они ехали уже минут пятнадцать и наконец, машина сбавила ход. Илья к удивлению Анны завернул в небольшой жилой район. Она уже хотела опять задать вопрос, но Илья её опередил:

— Знаешь, отцу одиночке приходится овладевать очень многими навыками, а уж если у него дочь… — мужчина усмехнулся, не замечая озадаченного взгляда Анны, которая следила, как за окном пропалывают многоэтажки спального района. — Например, мне пришлось овладеть мастерством плетения косичек, — продолжил Илья, чем завладел вниманием улыбнувшейся Ани:

— И как? Довёл навыки до профессионального уровня?

— Я уверенными темпами продвигаюсь в этом направлении, — серьёзно смотря вперёд, кивнул Илья, и Аня, не выдержав, рассмеялась. — Так же я пытаюсь овладеть таким непростым искусством как кулинария.

— О-о-о, — с улыбкой протянула Аня, — Всегда считала, что мужчина на кухне смотрится очень сексуально.

— Даже так? — брови Ильи удивлённо приподнялись, и он бросил на Анну взгляд, в котором плескались смешинки. — Возьму на заметку. Так вот, сегодня я, сорвавшись с работы, пару часов потратил на приготовление жаркого. Смею надеяться, что оно получилось довольно неплохим, — говорил Илья, искоса наблюдая — как хмурится Аня, поглядывая в окно. Заметил, как она напряглась всем телом, выпрямила спину, когда он припарковал машину около пятиэтажки. — И я хочу угостить тебя, выслушать твоё мнение и оценку моим кулинарным способностям, — торопливо договорил Илья, выдавая тем самым своё волнение.

— Эм-м-м, — протянула Аня, сцепив ладони в замок на коленях. Она растерянно осмотрела двор, сглотнула, смотря в сторону.

— Ань, — позвал её Илья и, когда она повернулась к нему, увидела, как мужчина пристально смотрит на неё и как одна рука стискивает руль, а губы изогнуты в натянутой улыбке. Анна нервно выдохнула, не отводя взгляда от Ильи:

— Значит… ты меня приглашаешь…

— В гости, — подхватил Илья, опережая: — оценить мои кулинарные способности.

— А дочь? — Аня ещё больше напряглась, сжав пальцы так, что побелели костяшки, — Дочь она…

— Да, и познакомить с дочерью, — добавил Илья, нервно дёрнув уголком губы.

Он видел растерянность Анны, её тревожный, мечущийся взгляд, но и самому было не легче. Ему до ужаса хотелось, чтобы Маришка и Аня нашли общий язык, в идеале подружились, и он намерен был сделать для этого всё возможное и невозможное.

Илья вышел из машины, помог Анне покинуть салон авто и, бережно поддерживая её за талию, повёл в сторону подъезда.

Пара незначительных вопросов подчёркивала напряжение, которое искрилось вокруг Ильи и Анны. Стараясь её немного отвлечь, Илья пояснял:

— Я квартиру здесь купил давно, ещё, когда Маришки не было, — рассказывал он, распахивая перед Аней подъездную дверь, поднимаясь по лестнице: — Скромная, конечно, двухкомнатная. Потом была у меня мысль купить дом. Свой двор, деревья, цветы и всякая дребедень или квартиру в более престижном районе, но здесь тихо, спокойно, детсад и школа рядом. Куча магазинчиков, где можно найти всё необходимое. Я просто выкупил соседнюю трёшку и объединил две квартиры в одну большую, — пояснял Илья и остановился у двери на площадке второго этажа. Достал ключи, бросил взгляд на Аню, тоскливо смотрящую в сторону лестницы, словно ещё мгновение и она рванёт обратно.

— Ань, ну ты чего? — привлёк её к себе, обнимая, проводя ладонью по напряжённо выпрямленной спине.

Аня уткнулась лицом в мужскую грудь и сразу обняла Илью, вдохнула терпкий парфюм. Не выдержав, нервно рассмеялась после слов Ильи:

— Ты волнуешься так, словно я тебя тащу в логово страшного дракона и запру тебя там.

— Я волнуюсь не из-за дракона, а из-за принцессы, которая живёт в этом логове, — без тени притворства призналась Аня, на что уже Илья усмехнулся:

— Поверь — кровожадный и злой дракон здесь я и в отношении тебя у дракона весьма определённые планы.

Илья, поцеловав макушку Анны, отстранился, открывая дверь, а она, едва сдержав вздох, подумала, что по сравнению с драконом принцесса может оказаться кровожадней.

— Проходи, — Илья чуть отстранился, пропуская Аню вперёд, помог ей снять пальто и указал подбородком направление: — Там гостиная, пошли, — потянул Аню в направлении комнаты, откуда доносился звук работающего телевизора.

Анна успела пару раз тихонько вдохнуть, выдохнуть и взять себя в руки, чтобы не выглядеть испуганной школьницей, которую ведут в кабинет директора. Большая, светлая комната, обставленная довольно дорого, но в тоже время уютная. Но по убранству взгляд Анны мазнул лишь мельком, потому что с огромного бежевого дивана поднялась девочка, смотря пристальным, ожидающим взглядом на вошедших.

Что первым бросилось в глаза Анне, так это волосы девочки — шикарные, светло-пшеничного цвета волнистыми прядями лежащие на плечах и спускающиеся за спину. Аня невольно залюбовалась ими и внутренне горько усмехнулась: «Скорей всего, у её матери были подобные, у Ильи оттенок намного темнее, а если дочь похожа на мать… да я тогда ей даже в подмётки не гожусь». Маленькое личико с огромными карими глазами, немного угловатая фигурка — уже не малышка, но ещё не подросток. Девочка действительно была похожа на кукольную принцессу — красивая, вид немного трогательный, но взгляд настоящего дракона собственника.

— Аня, — не замечая или не обращая внимания на неприязнь во взгляде дочери, начал Илья, — познакомься — Марина. Марина — это тётя Аня, моя очень хорошая знакомая, — доносилось до замершей Анны. Она даже не пыталась улыбнуться, понимала, что девочка тут же почувствует фальшь. — Пойдём, провожу в ванную, руки помоешь, освежишься, — Илья тронул Анну за локоть и ободряюще ей улыбнулся, отчего тяжесть состоявшегося знакомства, давившая на её плечи, немного ослабла. Мужчина повернулся к дочери: — Выключай телевизор и марш руки мыть, — распорядился он, после чего повёл Анну коридором, одновременно рассказывая:

— Там я оборудовал кабинет, но это скорее моё убежище, где я могу спрятаться и насладиться тишиной, — усмехнулся Илья, кивая на закрытую дверь, и дальше указывая направление: — Это комната Маришки, моя спальня и гостевая спальня. В итоге трёшка и моя двушка — получилась большая пятикомнатная, — вёл Илья Анну дальше. — Здесь ванная. Можешь руки помыть и освежиться. Тебя подождать? Нет? — переспросил после того как Аня отрицательно качнула головой: — Тогда потом пройдёшь прямо по коридору и направо кухня. Здесь довольно сложно заблудиться, — добродушно улыбался Илья, смотря на напряжённо замершую Аню.

— Я подойду, — кивнула она, проходя в ванную, и чуть не охнула, когда Илья прижал её к себе. Заглянул в глаза и мягко коснулся губ в мимолётном поцелуе.

— Не задерживайся и прекрати волноваться! — то ли попросил, то ли указал он, прежде чем уйти.

Аня закрыла дверь и только потом протяжно выдохнула:

— Бли-и-и-н!

Она чувствовала себя малолетней девчонкой, которую парень пригласил к себе для знакомства с родителями. Подняла руки и едва не рассмеялась — ладони подрагивали от нервного напряжения, ноги грозили подкоситься и пришлось перебороть в себе желание потихоньку сбежать, пока её никто не видит.

Осмотрелась и вдруг Анне стало стыдно за квартирку, которую снимала — настолько она убого выглядела по сравнению с тем, что Аня сейчас видела. В углу большая, просто огромная душевая кабина, в которой могли бы помыться одновременно трое не стесняя друг друга, ультра современная стиральная машинка, пуфик и у противоположной стены мраморная вытянутая столешница, в центре которой красовалась раковина. Шкафчики под столешницей, над ней, точечные светильники в потолке и в стенах, а пол с имитацией рассыпанной гальки. Аня ещё раз обвела взглядом комнату, отмечая, что самой ванной здесь нет. Всё выглядело дорого и нереально чисто.

Ей вспомнились слова Ильи про объединение квартир и Анна догадалась, что и санузла, следовательно, как и ванных комнат, должно быть по две, а потому с Маришкой, которую отец отправил мыть руки она не столкнётся. Это немного её успокоило, и она подошла к раковине. Бросила взгляд в зеркало:

— Это всего лишь девочка! Всё хорошо, хорошо, — пробормотала Аня, включая воду.

Пару раз она позволяла себе помечтать о том, как Илья приглашает её к себе и даже пыталась мысленно представить его дочь, но сразу обрывала свои фантазии. А тут — свершилось, а она не знала как себя вести, растерялась, стушевалась как девчонка. Аня опять посмотрела на себя в зеркало, отмечая свой неуверенный взгляд. Нахмурилась и мотнула головой, когда поняла — если бы Илья предупредил её заранее, она нашла бы тысячу причин, чтобы отложить это знакомство.

— Трусиха, — прошептала Аня, отряхивая руки от воды и прикладывая влажные ладони к лицу в надежде остудить пылающие щёки.

Много лет она избегала всякого общения с детьми. Сначала потому что было больно и сердце плакало кровавыми слезами, позже потому что страшилась разбередить рану, а потом… потом она просто начала бояться детей. Аня банально не знала — как с ними общаться, как себя вести с ними и о чём разговаривать.

Заставив себя покинуть ванную, прошла на кухню, где её ожидал уже накрытый стол. И кухня могла бы произвести на Аню впечатление своим уютом вкупе с оснащением, только всё проходило мимо — она была слишком напряжена.

Илья попеременно задавал вопросы то дочери о школе, об уроках, то Анне о работе и в итоге обе ему отвечали односложно — и Аня, и сидящая напротив Маришка.

Илья всей кожей чувствовал напряжение, царившее за столом, видел как Аня, иногда что-то отвечая, бросает на Марину взгляды, стараясь ей улыбнуться, но дочь…

У Ильи никогда не то что не поднимавшего руку на дочь, а даже не представляющего, что он может дать по попе своему ребёнку, возникли воспоминания, как он получал от отца ремнём и мысленно вздохнул, что с дочерью такое не пройдёт. В моменты, когда он не смотрел на Маришку, она, прищурив глаза, демонстративно смотрела на Аню, не скрывая своего неприятия. Только вот дочь не догадывалась, что отец видит её отражение в стекле кухонной двери.

— Я завтра утром заберу твою машину, — проговорил Илья, повернувшись к Анне, но краем глаза наблюдая за дочерью в отражении стекла.

— Зачем? — Аня вскинула на мужчину удивлённый взгляд. Миг и она перевела взгляд на Маришку, едва не поперхнулась и, задышав чаще, сразу посмотрела на Илью, натянуто улыбаясь, а он едва сдержался, чтобы не стукнуть кулаком по столу.

— На диагностику отгоню, — пояснял Илья, наблюдая за дочерью — как она вскинула голову и, задирая подбородок, сжала губы в тонкую линию. Маришка с такой злостью смотрела на Аню, что его так и подмывало резко развернуться и устроить дочери выволочку. Единственное, что останавливало мужчину, так это то, что его резкость только усугубит положение.

— Ночью уже заморозки бывают, — проговорил Илья, — Так что пусть лучше спецы проверят твою машинку, чтобы я не беспокоился за тебя.

— Я сама могу… — начала отговариваться Аня, но Илья её перебил:

— Это не обсуждается, Анют. Безопасность… — он посмотрел в отражение стекла и, не выдержав, резко обернулся к дочери. Успел заметить, как Маришка растерялась, поняв, что попалась со своими устрашающими гримасами. Прищурил глаза:

— Я вижу, ты поела, — дождался, когда Маришка виновато опустит взгляд вниз. — Иди уроки делать, мы позже с тобой поговорим.

Дочка рассерженно посмотрела на отца, вскинула голову и, намеренно громко отодвинув стул, заскрежетавший ножками по паркету, покинула кухню.

— Извини, — Илья, тяжело вздохнув, посмотрел на Анну виноватым взглядом. Одновременно взъерошил пятернёй волосы и совершенно не ожидал увидеть на её лице мягкую улыбку. Едва сдержал вздох облегчения, когда Анна взяв его ладонь, легонько пожмёт.

— Она ревнует, — тихо проговорила Аня. — Это ведь нормально, так что не переживай.

Илья нахмурился, бросил беглый взгляд в сторону двери и усмехнулся:

— Я видимо где-то что-то упустил, раз всё так обернулось, — выдал он сам себя, и Анна сразу поняла, что до обеда с Маришкой был проведён обстоятельный разговор.

«Конечно, ребёнок взбунтовался! — мелькнула у неё мысль, — Навязывают ей незнакомую тётку, да, скорей всего с наставлениями вести себя примерно». Анна едва сдержалась, чтобы не покачать головой. Посмотрела на часы, и опять пожала ладонь Ильи:

— Давай не будем об этом. Да и диагностику машины обсудим в следующий раз.

— Это не обсуждается, — упрямо свёл брови Илья, тоже взглянул на часы и поднялся.

— Ну, вот и обед закончился, а жаркое было просто изумительным, и зря ты скромничал по поводу своих кулинарных возможностей! — нарочито воодушевлённым голосом произнесла Аня, поднимаясь из-за стола.

— Именно поэтому ты практически и не ела, — фыркнул Илья, провожая Анну по коридору и помогая надеть пальто.

— Я, наверное, просто переволновалась, как и твоя дочь, — тихо призналась она, выходя на лестничную площадку и кидая грустный взгляд в сторону гостиной.

Весь обед Аня, наблюдая за дочерью Ильи, невольно вспоминала себя в её же возрасте. Маленькой девчонкой она остро ревновала маму к младшему брату — до ненависти, о которой потом стыдилась вспоминать. Маришка смотрела на неё со злостью, а у Ани перед глазами мелькали картинки прошлого. Вот она плачет в подушку, потому что на Новый год ей подарили варежки и шапку, а брату красивые санки. Вспомнилось — как она, прикусив губу, слушает сказку, которую мама, сидя у кровати брата, читает ему на ночь, а перед тем как покинуть детскую, целует сына, и, мимоходом поправив одеяло дочери, уходит.

Аня помнила то чувство недолюбленности, постоянного желания материнской ласки, которая обходила её стороной и с лихвой перепадала брату. Смотрела на Марину, нахохлившуюся воробышком, и понимала девочку. Вместо того чтобы провести обеденное время с отцом, она вынуждена общаться с незнакомой тёткой, которая отбирает внимание единственного родного и близкого человека ещё и по вечерам.

«Конечно, она будет злиться и ненавидеть меня! — понимала Аня. — Она боится потерять отца! Просто маленький ребёнок, которому не хватает любви и ласки», — размышляла Аня, пропуская мимо ушей слова Ильи по поводу её машины, пока он вёз её обратно на работу.

Припарковавшись, Илья повернулся к Анне. Всю дорогу видел, что она не с ним, задумчиво смотрит в окно, размышляя о своём и догадывался, что причина унылого настроения Ани прошедшее знакомство с Маришкой.

— Ань, ты извини что так…

— Не надо, — Аня, посмотрев на Илью, сразу его перебила. Она видела, что он не понимает причину, но объясняться, разговаривать на эту тему сейчас не было ни сил, ни желания, да и время обеденного прорыва подошло к концу. Поэтому она просто попросила: — Пожалуйста, не ругай дочь. Она любит тебя и ревнует. Я бы тоже ревновала, будь у меня такой отец, — пошутила Анна, однако Илья ещё больше нахмурился:

— У нас есть определённые проблемы с ней. Маришка тяжело принимает людей, поэтому и няньку найти для неё было всегда проблемой. Некоторое время водил её к психологу, — признался Илья, а Аня после его слов помрачнела:

— И что вам посоветовали?

— Да ни хрена нормального — уделять побольше времени, любви дочери. Где я его взял бы это время? — вздохнул Илья, смотря в лобовое стекло. — С утра до позднего вечера как вол на работе тянул, вытягивал клинику, — посмотрел на Аню, и дёрнул уголком губы: — Сейчас, как видишь, уже полегче, но вот случается… Ань, — Илья взял женскую ладонь, чуть нахмурился, вздохнул и поднёс её ладошку к губам. Поцеловал кончики пальцев и только после этого поднял взгляд на замершую Анну. — Я хочу, чтобы вы подружились что ли, нашли общий язык. Для меня это очень важно, понимаешь? — тихо спросил он, а у Анны сердце защемило от его ласкающего взгляда, от этой просьбы, отражающейся в глазах.

— Я… я постараюсь, — выдохнула она, не зная, что ещё ему сказать, но и этого было достаточно. Глаза Ильи солнечно вспыхнули, и он потянул её за руку, вынуждая наклониться.

— Поцелую, — то ли спросил, то ли предупредил он, прежде чем накрыть губы Анны своими.

Мужская ладонь зарылась в волосы Анны, властно удерживая затылок, язык врывался в рот, обласкивая, завоёвывая, и Аня едва не застонала от подступившего желания, которое огненной волной прокатилось по её телу.

— Мне пора, — с огромным трудом она всё же заставила себя отстраниться, на что Илья тяжело вздохнул, выпуская её из объятий.

— Я сегодня на дежурство заступаю. Придётся подменить врача, у него проблемы семейные, так что вечером мы уже не увидимся, — предупредил он и, понизив голос, в котором проскользнула хрипотца, добавил: — Если сейчас ещё немного задержишься, точно никуда не отпущу.

Аня, прикусив губу, посмотрела на Илью полным желания взглядом, облизнула губы, прикусывая нижнюю, а когда он, что-то процедив сквозь зубы, потянулся к ней, выскочила из машины.

— До завтра, — бросила напоследок и, закрыв дверь авто, побежала к офису.

Сердце не стучало — пело, и Аня даже не отреагировала на прищуренный взгляд Эллочки, с которой она столкнулась в фойе здания.

— Какие нежности, — процедила та.

Аня, лишь пожав плечами, с улыбкой побежала дальше.

— Чертовка, — выдохнул Илья, откидываясь на спинку кресла авто.

В паху всё потяжелело и эрегированный член, пульсируя, упирался в ширинку.

— Раззадорила и сбежала. Ну ладно, — проговорил Илья, усмехаясь и заводя двигатель, — Завтра я отыграюсь Нюта, — пообещал в тишине салона.

Богатая фантазия сразу же подкинула картинки — как он доводит Аню до оргазма и, наслаждаясь её стонами, всхлипами, отступает, чтобы она просила его, тянула в стонах его имя.

— Твою ж мать, — выругался Илья, поправляя окаменевший от прилившей крови пенис и пытаясь найти более удобное положение.

Прекрасное воображение теперь его не радовало — желание огненным валом растеклось по паху, уже причиняя боль.

Старательно отвлекаясь на насущные проблемы, Илья был рад зазвонившему телефону, а когда увидел — кто именно звонит, даже свернул на обочину.

— Ну как прошло? — послышался в трубке мобильного голос брата.

— Как я предполагали, — не удержался Илья от тяжёлого вздоха. — Маришка как мелкий скунс готова была уже вонючей струёй пульнуть в Аню, только чтобы избавиться от её присутствия.

— Ну, ты же знал, что так и будет. Слушай, Илюха, а ты уверен по поводу Ани? — не удержался от вопроса брат. — Может, просто повстречаетесь, да разбежитесь, а Маришку втягивать, знакомить…

— Уверен, Коль, — прервал брата Илья. Потёр ладонью лицо, — Это не просто секс, трах или что-то в этом роде. Меня к ней тянет, понимаешь? В смысле не просто к телу, я хочу большего. Её всю хочу. Да блядь я уже представляю, как буду с ней просыпаться…

— Ого, вот это уже довод, — засмеялся брат. — Это уже серьёзнее.

— Вот ты ржёшь, а я уже, между прочим, речь свою мысленно расписал, как Аню к себе зазываю жить, съехаться хочу.

— Она же вроде ещё не развелась, — отозвался брат недоумённо.

— Развелась, — улыбнулся Илья, — Осталось в паспорте печать поставить, так что она свободна. Только вот Маринка паразитка финт выкинула, устроила она стрелялку злобными взглядами. Я почему-то думал, что Аня ей сразу понравится.

— С чего это ты так решил? — удивился брат.

— С того! Аня… она… она, брат, добрая, нежная, её глаза — охрененные у неё глаза, они солнышком светятся, обалденно тёплым солнышком.

— Ни хрена себе тебя цапануло.

— Да уж, — вздохнул Илья с улыбкой, откидывая голову назад. — Не по-детски цапануло. Только вот не знаю — я то её зацепил или нет? Может просто утешения ищет после того, что с мужем…

— Да прям! — перебил его брат. — Сталкивался я с твоей Анькой в коридорах — цветёт и пахнет. Улыбается, как ты там сказал? Светится вся — в точку! Так что даже не сомневайся!

— Моя. Охрененно звучит, — улыбался Илья, прикрыв глаза.

— Слышал такое — куй железо пока горячо?

— Ну и? — свёл брови Илья.

— Что и? — отозвался Николай. — Нельзя тебе сейчас на отступной идти. Если начал штурмом крепость брать, тормозить нельзя. Так что времени на размышления ни Анне нельзя давать, ни Маринке. Ты когда со своей встречаешься? Сегодня?

— Сегодня дежурство. Завтра обедать будем и на ужин хочу пригласить её.

— Так вот, — с энтузиазмом продолжил брат: — обед отменяется! На ужин пригласи в ресторан какой-нибудь, мне просемафоришь, я тебе позвоню во время вашего ужина. У тебя же номер с поломкой её машины прошёл, так почему машина не может сломаться у меня?

— Не въехал, — Илья выпрямился, уже с интересом слушая брата.

— Да что тут сложного-то? Я якобы за город выехал, машина заглохла, а у меня, между прочим, жена дома волнуется. Вот ты и поедешь спасать родственника, на буксире его дотянуть до города. А? Как тебе?

— Хрень полная, — вынес свой вердикт Илья.

— Ну твоя же хрень с её машиной сработала! — возмутился брат. — Зачем изобретать велосипед? Попросишь её с Маришкой посидеть вот и всё. Часа три для начала хватит, потом ещё что-нибудь придумаем. А куда им обоим с подводой лодки деваться-то? Начнут потихоньку общаться, и глядишь, наладится всё.

— Не знаю, — Илья вздохнул и покачал головой. — Это реально ерунда, а не план.

— Слышишь — стратег хренов! — возмутился брат. — Я ему тут сценарий полный придумал, по полочкам разложил, а ему что-то не нравится!

— Ладно, фиг с тобой, — решился Илья, нажимая на педаль газа и выруливая с обочины. — Давай попробуем.