Глава 15

— Ну, красотка, красотка, — Вера с улыбкой поцокала языком. — Дай-ка посмотрю на тебя, покрутись.

Анна, зайдя в кабинет, едва успела снять пальто, как подруга сразу подошла к ней, отвешивая комплименты.

— Нормально? — Аня поправила платье. Перед сном еле сделала выбор — что же надеть? Чтобы и на работе не выглядеть странно и для ресторана, куда её пригласил Илья, подошло. — Не сильно обтягивает? — с тревогой посмотрела на Веру.

— Обтягивает там, где нужно и скрадывает недостатки. Выглядишь обалденно! — одобрила подруга. — А что это ты так расстаралась? — спросила и увлекла Анну к рабочему столу.

Аня осмотрелась, улыбнулась и тихонько ответила:

— Я сегодня с вами обедать не буду, меня в ресторан пригласили.

— О как! — брови Веры удивлённо вздёрнулись, и она помахала ладонями: — Не рассказывай! Потом выйдем носики попудрить — я тебя пытать буду, да ещё девчонок позову для поддержки, — шутливо подмигнула и женщины принялись за работу.

У Анны мечтательная улыбка не сходила с лица. Постоянно вспоминался предыдущий день и временами она, задумавшись, возвращалась в реальность только благодаря смешкам Веры:

— Ау, космос! Вызывает Земля! — звала её подруга, одаривая улыбкой, — Анюта, ты где? Ты с нами? — подтрунивала в следующий раз и, в конце концов, не выдержала — поднялась, потянулась и, повысив голос, произнесла:

— Так, перерыв пятнадцать минут — хочу чай! — и потянула Анну за собой из кабинета.

Только вот не успели подруги выйти, как в руках у Ани затрезвонил телефон. Шепнув Вере на ухо: «Муж», — она побежала в пустующий конференц-зал.

— Ну как? — встретили Анну подруги встревоженными взглядами. На короткий перерыв-чаепитие собрались все — Вера, Надя, Лена. Каждая смотрела на неё с беспокойством, волнением в глазах и от этого так тепло и солнечно стало на душе, что Аня, улыбнувшись, едва сдержала слёзы. Столько лет мытарств с мужем, общение с равнодушными жёнами друзей Славы — она не осознавала, как ей не хватает именно вот такого дружеского участия.

— Девочки, я в шоке, — ответила и потянулась к уже подготовленной для неё кружке с кофе.

— Ну не томи! — вскликнула Лена.

— Муж мне вчера позвонил, сказал, что согласен на развод. Мало того — сам уладит все вопросы, — начала делиться Анна. — Я честно сказать, мимо ушей пропустила его слова, не поверила. Сейчас позвонил, сказал, что в пятницу мне надо приехать в суд, подписать документы и всё — мы разведены!

Анна отпила кофе.

— Эм… Ань, а ты уверена — точно хочешь развестись? — спросила Лена, заботливо пододвинув к Анне блюдце с печеньем. — Не подумай плохого, но мало ли — погорячилась.

Подруги с ожиданием смотрели на попивающую кофе Анну.

— Нет, мои хорошие. Уверена на все сто! Не хочу я с ним жить. Даже видеть его не могу! — решительно ответила она.

— Ты кстати не рассказала — как съездила за вещами? Поговорили? — вспомнила Надя.

— И кто тебя сегодня на обед пригласил? — добавила Вера. — Уж не Илья ли?

— Съездила нормально. Вещи забрала, ну а разговора у меня с мужем не получилось, — Анна едва сдержалась, чтобы не поморщиться: «Оскорбления были, а вот разговора — нет», промелькнула у неё мысль. — Так что, видите, — она развела руки в стороны: — прибарахлилась. А пригласил, — не сдерживая улыбки, Аня кивнула: — да, Илья.

— О-о-о.

— Ну, наконец-то!

— Молодец!

Послышалось от подруг, и посыпались вопросы, на которые Анна отвечала, где шутками, где умалчивала, а на некоторые, только улыбаясь, покачивала головой.

Несколько дней для Анны пролетели в счастливых встречах — обедах и ужинах с Ильёй. Иногда он приглашал её в ресторанчики или кафе, где очень часто к их столику подходили разные люди. За это время Аня убедилась — знакомых у Ильи действительно много. Хоть заведения, куда они ходили не были пафосными, скорее тихими, уютными, но и там много встречалось тех, кто знал Илью.

Люди здоровались с ним, кто с уважением, кто по-дружески. Мужчины со спутницами и без, но как бы не переживала Аня, никто на неё не смотрел пренебрежительно или враждебно. Она видела в глазах знакомых Ильи интерес, любопытство и не более того. Но Анне всё равно больше нравилось, когда они проводили время в её квартирке.

Дома не надо было держать дистанцию или прятать жаркие, пылкие взгляды и они наслаждались не только общением друг с другом. Как бы потом ей не было стыдно перед соседями, но раз за разом Аня просто не могла сдержать сладостных, полных наслаждения стонов. Она в буквальном смысле плавилась в руках Ильи, упивалась его ласками, теми чувственными ощущениями, что он ей дарил. Анне казалось, что до него она и не жила вовсе, не знала каково это — получать от близости такое сказочное удовольствие.

Пролетели дни, и наступила пятница. В оговоренное с мужем время, Анна подъехала к зданию суда. Осмотрела стоянку, но машины Вячеслава ещё не было. Удивилась, потому как ранее муж гордился, иногда даже кичился своей пунктуальностью. Решив дождаться Славу в самом здании, прошла досмотр охранника и направилась по коридору, остановившись у окна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Аня, не обращая внимания на снующих мимо работников, достав телефон, переписывалась с Ильёй. Такую её и застал Вячеслав — с блуждающей улыбкой на губах, счастливым и немного шальным блеском во взгляде, который был устремлён в экран мобильного. До жути ему захотелось узнать — что или кто завладел вниманием практически бывшей жены. Тёмная ярость, злость, смешанная с нестерпимой ревностью, заклокотали в груди, когда Анна даже не заметила, как он подошёл к ней, не услышала, как позвал.

Всё в жизни Вячеслава неуправляемо катилось под откос, перевернулось с ног на голову. Он оглушено понимал, что запутался, заблудился в том лабиринте, в который сейчас превратилась его реальность. Вернуть бы всё! Отмотать, как киноплёнку на пять, шесть месяцев назад, когда он ещё не уступил натиску и открытым соблазнениям Натальи, когда Анна была его заботливой, и он верил — любящей женой. Он ведь уже хотел уступить жене в её очень давней просьбе, тему которой он сразу закрыл не раздумывая — усыновить ребёнка. Начал обдумывать и даже узнавать все юридические тонкости, но…

Похоть и самовлюблённое эго затмили Вячеславу мозг, когда Наталья в открытую начала флиртовать с ним едва ли не в присутствии жены. Тогда его забавляла наивность и слепота Анны. Жена не замечала как Наталья то и дело оголяет ноги, как её грудь едва ли не выпрыгивает из платьев, обтягивающих, чего уж таить — великолепное тело, как она бросает на Славу зазывные взгляды и старается то и дело прикоснуться к нему. Сейчас Славе невыносимо, до сворачивающегося в узел нутра, хотелось вернуть доверие Анны, повернуть время вспять, но… Беременная Наталья, переехавшая в его дом с племянником, возвращали Вячеслава в реальность, которую он вынужден был принять и это бессилие что-либо изменить сводило мужчину с ума.

— Аня, — Слава, всё же не удержавшись, приблизился и приобняв жену попытался хоть краем глаза заглянуть в экран телефона.

Анна, вздрогнув от неожиданности, шарахнулась от Вячеслава в сторону, вызвав у него смятение, перетекающее в странную смесь злости и безысходности. Стараясь скрыть свои чувства, он усмехнулся:

— Смотрю — ты не скучаешь, — не удержался Вячеслав от подковырки.

Анна, передёрнув плечами, отступила от него ещё на шаг.

— Не смей ко мне прикасаться! — процедила сквозь зубы и, не обращая внимания на потемневший взгляд мужа, вздёрнула подбородок: — Ты сказал, что мне необходимо будет подписать документы, — напомнила она.

— И опять даже не поздоровалась, — заметил Слава угрюмо, смотря на Аню тяжёлым взглядом.

— Как и ты, — сразу парировала Аня, бегло осмотрев Вячеслава и удивляясь его виду. Обычно холёный и всегда ухоженный, сейчас он был бледен, одет не в привычно выглаженный костюм, а джинсы и немного помятый джемпер и как будто постарел лет на пять.

— Так куда идти? — поинтересовалась она, нетерпеливо постукивая стопой, что не укрылось от Вячеслава.

Нахмурившись, он, больше не сказав ни слова, резко развернулся и пошёл по коридору. Аня нервно выдохнув, поспешила вслед за мужем. Переход, следующий этаж, коридоры и, наконец, зашла в кабинет, где за столом сидел грузный мужчина, который лишь мельком бросил на неё взгляд и поприветствовал Вячеслава.

— Согласны на развод? — спросил незнакомец после того как Анна присела на указанный стул. Подтолкнул к ней по столу уже заполненный бланк.

— Да, — Анна кивнула и взяла протянутую ручку.

— Претензии к мужу есть?

Она покачала головой:

— Ни одной.

— Подписывайте.

«Вот и всё разбирательство в суде, вот и вся тяжба», — мелькнуло у неё с усмешкой, когда она выходила из кабинета. Слава остался, обговаривая какие-то детали, а Аня прошла к окну. Замерла, смотря на сыпавшую за стеклом морось, и улыбнулась.

— А ты изменилась, — буркнул уже бывший муж за спиной Ани и она резко обернулась. — Появился кто?

— В смысле? — Аня изогнула недоумённо брови.

— Мужик, Аня. Мужик появился? — в голосе Славы сквозила неприкрытая злость, но она больше не пугала и не трогала Анну. Она лишь усмехнулась и мотнула головой:

— Нет. Просто я рада свободе, — не стала она ему рассказывать об Илье. Не захотела.

Слава посмотрел в окно, перевёл усталый взгляд на Аню и вздохнул:

— Ты действительно хорошо выглядишь. Изменилась как-то.

Повернулся к жене и замер, с тоской рассматривая её профиль, а она, не замечая мужского взгляда, с улыбкой смотрела в окно. Вячеслав поднял руку в желании накрыть её ладонь своей, но тихо выдохнув, сглотнул и, сжав кулак, отступил от Анны на пару шагов.

— Ань, — позвал её.

— Что? — она повернулась к нему и нахмурилась: — Кстати — когда решение суда выдадут? Должны же для ЗАГСа какие-то бумаги отдать?

— Выписку из решения суда, — подсказал Вячеслав. — По закону через месяц, но будут готовы через неделю. Они сами направят выписки в ЗАГС. Тебе позвонят, когда надо будет приехать.

Аня кивнула:

— Ну, тогда я пошла? Мне ещё ехать, боюсь — дождь может усилиться.

— Ты хоть резину поменяла? — вдруг озаботился Слава её безопасностью. — Не сегодня, завтра могут заморозки долбануть.

— Поменяла, — кивнула Аня и уже повернулась, но сделать шаг не успела — Слава схватил её за руку:

— Подожди. Вот, — он протянул Анне запечатанный большой конверт, который всё это время носил с собой.

— Что это? — с недоумением спросила Аня, не замечая, что Слава не выпустил её руки и продолжает удерживать.

— Дарственная. Документы на домик в Радужном, — ответил мужчина, внимательно наблюдая за реакцией Анны.

Она любила небольшой, но добротно построенный, маленький, уютный домик в посёлке за городом. Дом его брата — Геннадия, который сам его и построил. Весной они часто там отдыхали. Тихо, по-семейному. Много деревьев вокруг, зелени, цветов, а за посёлком маленькая речушка и лесные посадки за ней. Но после смерти Гены они ни разу там не были.

Аня протестующее мотнув головой, выдернула свою руку из ладони Славы и, сделала шаг назад:

— Я не возьму, не нужно, — упиралась Аня, но Слава торопливо приблизился и, ухватив её за руку, насильно вручил конверт.

— Геныч по-своему любил тебя и думаю, хотел, чтобы этот дом именно тебе остался. Сама же знаешь — мне там скучно было. Это ты любила там отдыхать. Так что он твой. Не от меня. От Генки, — Слава всё же вручил конверт Анне. — Там все документы. Налоги и… в общем, всё оплачено. Только просьба — не продавай. От Генки память. Не хочешь — не живи, не приезжай, но не продавай его, ладно? — хмуро смотря в сторону, просил Слава. Хотел что-то добавить, но мимо прошли люди и он промолчал.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Аня. — Я пойду, Слав.

— Я провожу, — сразу встрепенулся бывший муж, и Анна не стала протестовать. Она была уверена, что сегодня они видятся если не в последний раз, то уж точно ближайший год, два она будет избегать с ним встречи.

В гардеробной Слава заботливо помог ей надеть пальто, при этом Анна хмуро отметила, что он невзначай прижался к её спине, на пару мгновений удерживая. Хотела запротестовать, но бывший муж быстро отстранился. Раздумывая — не почудилось ли ей, прошла по коридору на выход и оторопело замерла, увидев рядом с охранником Наталью.

Бывшая подруга с усмешкой смотрела на Аню, чуть вздёрнув подбородок, а когда в поле её зрения появился Вячеслав, тут же манерно надула губки.

— Какого… — зашипел Слава, за спиной Ани.

Мужчина прошипев сквозь зубы ругательство торопливо обогнул Анну и приблизился к Наталье, которая сразу попыталась обнять своего любовника

— Почему так долго? — вскликнула недовольно. — Мне в машине стало душно, и я хотела подышать свежим воздухом!

— Так и дышала бы на улице! — донеслось до Анны раздражённое от Вячеслава. Он отодвинул от себя Наталью и, ухватив её за локоть, едва ли не потащил на выход.

— Там дождь! — возмущённо дёрнула рукой его любовница. — Беременным, знаешь ли, вредно простужаться! — донеслись до Анны её слова.

Это был удар не под дых, это был взрыв в солнечном сплетении. Анна, судорожно втягивая воздух, отвернулась от спорящих Натальи и Вячеслава, опёрлась рукой о стенку и прикрыла глаза.

— Аня, — услышала рядом тревожное, но только покачала головой и вскинула руку, когда почувствовала прикосновение Вячеслава. Открыла глаза, растерянно осмотрелась и направилась на выход. Уже на улице глотнула холодного, наполненного влагой воздуха, чувствуя как спазм сдавивший лёгкие, отпускает, как сердце, сбившееся с ритма, начинает выстукивать ровнее. Провела ладонями по мокрым щекам, не понимая — это слёзы или всё же дождь?

— Аня, как ты? Тебе плохо? — опять встревоженное рядом и она, мотнув головой, горько усмехнулась:

— Тебя значит можно поздравить? — спросила и заметила как на стоянке у машины Славы стоит Наталья. Столько ненависти было во взгляде любовницы, что Аня чуть не расхохоталась — ведь это она должна ненавидеть, презирать её, но в груди лишь тяжёлыми клубами ворочается боль. Столько лет она лечилась, столько лет молилась о ребёнке! Просила прощения у Бога за то, что не усмотрела, что не доглядела за сынишкой и вот итог — соперница, та, которая разрушила её пусть и неполноценную семью — беременна!

— Хрен его знает, как так получилось, — услышала Анна и тускло, безжизненно посмотрела на бывшего мужа, смотрящего в сторону.

Вопреки её ожиданиям, не было у него на лице радости, только угрюмая складка между сведёнными бровями. Аня мотнула головой. Сейчас единственное её желание было уйти, не видеть ни Вячеслава, ни тем более Наталью, которая уже села в машину, но продолжала следить за ними прищуренным взглядом.

Анна уже сделала шаг, как Слава её окликнул:

— Ань, — дождался, когда она остановится и произнёс ей в спину надломлено: — Прости. За всё, Ань, прости… Не думай, что я последняя скотина и не вспоминаю об Антошке.

Имя сына полоснуло Анну, она даже вздрогнула всем телом и, сжав кулаки, до крови прикусила губу, чтобы не расплакаться.

— Ты даже не представляешь — насколько часто он мне снится! Молчу Ань, всегда молчал, не хотел показывать тебе своей слабости, того, что таскаю за пазухой этот крест. Я знаю, что виноват перед тобой, что не поддержал в то время, но… Я ни хрена не мог. Бухал, работал, и мне становилось легче. Прости, Ань, за всё, что выговаривал тебе, за то, что поднял руку. Мне…

— Не надо, — хрипло прошептала Аня, замотав головой: — Не надо, я не смогу. Когда-нибудь, но не сейчас, — были её слова, прежде чем она едва не бегом сорвалась к своей машине.

Квартирка встретила её ожидаемой тишиной. Слёз у Анны не было, только зияющая пульсирующая рана в груди. Всё наслоилось друг на друга — и слова Вячеслава, и известие о беременности Натальи, и воспоминания о сыне. Даже постоянные сообщения и звонки от Ильи не могли её встряхнуть, вернуть в реальность. Раздеваясь на ходу, Анна направилась в душ, но не успела встать под упругие струи, как послышался дверной звонок.

Накинув халат, она, не заглядывая в глазок, распахнула входную дверь и безучастно замерла.

Играющая на губах Ильи улыбка медленно погасла, когда он увидел в каком настроении Анна. Стараясь не выдать вспыхнувшего едкого разочарования, он чуть наклонил голову вбок.

— Впустишь? — спросил, потому как Анна открыв дверь, так и замерла без движения, смотря на него отстраненным взглядом.

После вопроса мужчины Аня очнулась и, натянуто изогнув губы в подобии улыбки, сразу сделала шаг назад:

— Да, конечно.

Илья вошёл, поставил принесённый с собой пакет на пол и осмотрел Аню, обнявшую себя за плечи. Не ожидал он увидеть её такой растерянной и несчастной. Летел к ней, думал — откроет с улыбкой на губах, а тут…

«Значит, остались у неё чувства к мужу, если глаза на мокром месте после развода, — пронеслась догадка у Ильи. — Получила развод и пожалела?».

— Мне уйти? Я не вовремя? — не мог не спросить он. У самого было желание встряхнуть её, заглянуть в глаза и задать возникший у него вопрос, но он промолчал, наблюдая за Аней.

— Нет, — мотнула головой, отчего её волосы из нелепого съехавшего на бок хвоста рассыпались по плечам. Аня судорожно втянула в себя воздух: — Прости, я немного… я… — она потерянно замолкла, не зная как объяснить Илье своё состояние, но он, лишь мрачно усмехнувшись, кивнул и развернулся к двери. Илья уже приоткрыл дверь, чтобы уйти, как Аня не выдержала: — Не уходи, — сорвалось у неё тихое, после чего Илья замер, но дверь не закрыл. — Пожалуйста, — попросила она едва ли не шёпотом.

Илья, вздохнув, закрыл дверь и молча снял куртку. Разулся, не смотря в сторону замершей у стены Анны, подхватил пакет и направился на кухню. Достал сам бокалы из шкафчика, из пакета вино, фрукты и шоколад, разлил напиток по бокалам и только потом посмотрел на стоявшую в дверях Аню, протянув ей бокал.

— Думал, ты захочешь отметить со мною, но, как видишь, ошибся. Приехал получается не на праздник, а на похороны твоей супружеской жизни, — сорвалось у него то, что клокотало в груди.

Аня подошла и взяла бокал из его руки, подняла на мужчину взгляд:

— Всё не так, Илья.

— А как, Ань? Объясни. — Илья пытливо вглядывался в потускневший серый взгляд и, отвернувшись, упёрся кулаком в столешницу. — Любишь его?

— Кого? — непонимающе спросила Аня, чуть нахмурившись. Она так и держала бокал в руке, не пригубив вино.

Илья перевёл на неё мрачный взгляд.

— Не надо лицемерить, ладно? Не надо, Ань, хотя бы себе. Не важно, — он, усмехнувшись, взъерошил волосы, чувствуя как неприятно схватывает в грудине и странно ноет в районе сердца: — не важно. Ты пей вино, Ань. Хорошее. Со временем легче станет, я знаю.

Илья, быстро обогнув Аню, направился в прихожую. Сорвав куртку с вешалки, начал её надевать. Всё сложилось не так, он ошибся, поверил в то, чего нет, и надежды рассыпались как детский замок из песка.

— Илья, — позвала его Аня, но он не мог сейчас смотреть на неё, чувствовал, что не хватает воздуха, что нужно уйти, пока не наговорил грубостей. — Не уходи, — опять услышал он, но, не остановившись и не смотря в сторону Анны, начал обуваться, пока не услышал всхлип.

Запрокинув голову, Илья шумно вдохнул и только после этого бросил взгляд на Аню, всё так же стоявшую в проходе кухни. Она, обняв себя за плечи, смотрела в пол.

— Его любовница, Наталья, она… она беременна, — тихо вытолкнула из себя Аня.

— И что? Ань, если тебя это так сильно задело, значит, ты всё ещё любишь его, понимаешь? Признайся себе, — вырвалось у него злое, на что Аня замотала головой, отчего волосы закрыли её лицо. Ещё раз всхлипнув, она убрала пряди за уши.

— Помнишь… я тебе, — Аня, судорожно выдохнув, подняла голову и Илья заметил как слёзные дорожки расчертили женские щёки, как глаза наполнены влагой и, не сдержавшись, скинул туфли, направляясь к ней. Обнял, притягивая к себе, а заметив, как её тело мелко подрагивает, начал поглаживать по спине:

— Ну, всё, тише, тише. Всё устроится, вот увидишь. Нужно время и…

— Ты не понимаешь, — всхлипнула Аня не переставая дрожать. — Я не принимаю противозачаточных, — выдохнула она, отчего Илья замер. Нахмурился, не понимая — к чему она ведёт, но догадываться не пришлось: — Я не могу иметь детей, — наконец призналась Аня и отстранилась от Ильи.

Несколько мгновений он задумчиво смотрел на поникшую женщину, потом скинул куртку прямо на пол и, взяв Анну за руку, провёл на кухню. Вручил наполненный вином бокал.

— Пей, — велел Илья и, подхватив женскую руку, приподнял её, отчего бокал оказался на уровне лица Ани. Пару раз клацнув о стекло зубами, Анна за несколько глотков опустошила его.

Илья, не давая ей опомниться, вновь наполнил бокал алкоголем и опять непререкаемо велел:

— Ещё!

Когда Анна мотнула головой, поднёс бокал к её губам:

— Я сказал — пей! — практически принудил её вновь выпить алкоголь и только после этого взял её за руку, выводя из кухни.

Коридор, комната, в которой царила темнота из-за задёрнутых, плотных штор. Подвёл Аню к дивану, уселся сам и, потянув её за руку, устроил на своих коленях. Анна попыталась было пересесть, но Илья жёстко удержал, не дав ей отстраниться:

— А теперь рассказывай! — не смягчая голоса, велел он. Внутренне чувствовал, что сейчас именно так может подтолкнуть её открыться, выплеснуть боль, что мучила её.

— Я не могу так, — Аня заёрзала в безуспешной попытке встать.

Прижав Аню к себе, Илья обнял её, не давая вырваться.

— Можешь. Рассказывай!

Аня затихла и только иногда вздрагивала от подступающих к горлу рыданий. Наконец справившись с собой, надтреснуто тихим голосом проговорила:

— Я не могу иметь детей. Это… это всё тянется из моего прошлого. Я когда-то, — Аня нервно сжала в кулаках ткань водолазки Ильи, — я не углядела, я… у меня был сын…

Рассказ Анны был рваный, она иногда замолкала, сотрясаясь в рыданиях, но всё же поведала и о смерти ребенка, и о долгом лечении пошатнувшейся психики, и о том, что за столько лет цикл месячных у неё так и не восстановился.

Илья же…

Он чувствовал её боль, проникался эмоциями Анны и не мог себе представить — выжил бы он сам, случись что с дочерью. Пережил бы он? Смог бы встать на ноги и вернуться к жизни, как эта маленькая, плачущая женщина в его руках?

Что сказать женщине пережившей смерть своего ребёнка? Слова сожаления, сочувствия колючим комом застревали в горле. Да и нужны ли они ей? Илья понимал — нет. Он укачивал Аню в своих руках, нежил, слушая её тяжёлую историю, поглаживая по спине, ждал, когда стихнут уже более редкие всхлипы и, наконец, в комнате наступила тишина. Минута, две, а у обоих не было желания что-либо говорить. Анна прижавшись к мужскому телу и положив голову на такое сейчас надежное плечо, выплеснув свою боль, чувствовала опустошение, а Илья замер. В груди у него, обжигая, увеличивался маленький огонёк. Искорка интереса и сексуального желания, вспыхнувшая не так давно под взглядом серых глаз Анны, перерождалась в нечто неподвластное, согревающее и безумно важное для мужчины.

Чуть отстранив от себя Анну, он, приподняв её подбородок, мягко прикоснулся к женским губам. Соединил их губы, задерживаясь, не двигаясь и, только потом провёл по мягкой, бархатистой и солоноватой от слёз коже языком.

Нежный, чувственный поцелуй начал опалять обоих. Илья и Анна тянулись друг к другу, он — желая наполнить её своим теплом, давая понять, что она не одна, что он рядом, Аня — в жажде проникнуться, наполниться до краёв той нежностью, которая сквозила в каждом движении мужчины, в каждом касании.

Рваные вдохи и стоны через некоторое время заполнили тишину маленькой квартирки. Сладостные всхлипы сплетались с хриплыми пошлостями, произнесёнными сквозь стиснутые зубы, и, наконец, слились в единый стон наслаждения.

Илья лежал, задумчиво смотря в стену коридора, где горел свет. Анна, устроившись в его объятиях и положив голову на его плечо, вымотавшись, уснула, а он никак не мог заставить себя встать. Хотелось закрыть глаза и также погрузиться в сон, чтобы проснувшись, прижать к себе спиной мягкое податливое тело, и обласкав, возбудив, вновь получить то чувственное удовольствие, которое испытал недавно. Но… но дома ждала Маришка, которая как маленькая собственница недовольная его частыми отлучками начинала ему высказывать своё недовольство, временами устраивая бойкот.

Стараясь не потревожить спящую Анну, Илья медленно встал, укрыл её и, тихонько одевшись, покинул квартиру.