Глава 7

Катя Внутри все содрогается от эмоций. Во что я вообще влезла? Я, которая мужчин за километр обходит и всего боится, решила, что смогу?! Какая же я дура! Слезы текут по лицу. Чтобы не издавать хлюпающих звуков – плачу в подушку. Завтра соберу вещи, и забуду все как страшный сон. А мама? Боже мой, что же делать?! Новая волна слез захватывает меня. Утро наступает внезапным писком будильника. Я не заметила, как уснула вчера. Ресницы слиплись от засохших слез. Надо встать и собираться. Роберт вчера так уверенно уволил меня, что надежды на оправдание нет. Я поднимаюсь, натягиваю свой огромный халат и иду в душ, заодно соберу свои принадлежности в ванной. Подхожу к двери, и она распахивается мне на встречу. – Доброе утро, Катенька. – Фаина стоит на пороге. – Доброе утро. – Настрадалась вчера, девочка. – Она сочувствующие заглядывает мне в глаза. Я только киваю в ответ. – Я, наверное, вещи начну собирать. – Да, не торопись ты. – Она хлопает меня по плечу. – Роберт Андреевич отходчивый человек. – Не знаю, но слово «уволена» четко сказал. – Катя, иди, приведи себя в порядок и приходи в кухню. Будем завтрак готовить. Фаина подмигивает и идет в свою комнату. Пожимаю плечами и захожу в ванную. На кровати грустно лежат мои вещи. Точнее моих тут всего ничего: два платья, две пижамы и халат. Остальное – куплены Марго. Думаю, она их забирать не будет. Зачем ей эти тряпки? А вот деньги, потраченные на них, изымет. Ставлю стул к шкафу и открываю антресоль. Ну, здравствуй чемодан. В дверь тихо стучат. Я аккуратно слезаю со стула и открываю. – Катя, идем. – Фаина тянет меня за руку. – Роберт уже поднялся и на пробежку отправился. Это на час как минимум. – Ладно, вещи потом соберу. Фаина только закатывает глаза на мои слова. В кухне вкусно пахнет. На завтрак она замешала тесто на блинчики, на столе стоят разные баночки с джемом, лежит лоток с яйцами и бекон. Мм-м, вкуснятина какая! – Садись, наливай чай. Это успокоительный сбор. Роберт такой не пьет, это нам с тобой. Хотя ему не помешал бы. – Она смеется и идет к плите. Я не выдерживаю и тоже смеюсь. Фаина ловко ставит сковороду на газ, помешивая тесто другой рукой. – Первые блинчики – твои. К приходу Роберта, я все приготовлю. Успеем. Я забираюсь на стул и наливаю ароматный чай в кружку. – Спасибо, Фаина, за поддержку. – Не за что, Катя. Я все понимаю. Иногда и мне бывает тошно здесь работать. Но, что ж поделать. – С вами Роберт то же так себя ведет? – Что ты! Роберт никогда меня не обижал ни словом, ни делом. Наоборот, всегда интересуется как здоровье, как дети и внуки. С врачами мне помогает. Нет, Катя. Роберт – золото, а не мужчина. А вот Марго… – А я думала, что все наоборот. Марго страдает рядом с ним, с тираном. Фаина начинает хохотать. В сковороду летит струйка теста, шипя и застывая сразу. – Тиран тут только один и это Марго. Держись от нее подальше, милая. Я нервно сглатываю. Подальше не получится. – У моей внучки, Настеньки, была послеродовая травма – вывих бедра. Врачи говорили, что хромая будет всю жизнь. – Бедная девочка… – Да, крошечная такая, как вспомню. – У нее слезятся глаза. – На нее нацепили всяких палок и бинтов, чтобы ножку исправить, а она криком кричит постоянно и все. Моя дочь совсем тогда руки опустила. Не ела и не спала толком. Я ночами у нее дежурила. Марго тогда не хотела меня отпускать, говорила «работай или уволена». – Вот же! – Но Роберт рот-то ей закрыл. Освободил меня от работы по вечерам, и ночью я не оставалась у них. Сам такси мне вызывал. А потом, – Фаина начинает плакать, – он забрал мою дочь с внучкой и отвез их в другой город к хорошим врачам. Слушаю и не верю. Он, оказывается, добрый и помогает людям. А ведь так сразу и не скажешь. – Это здорово! Настеньку вылечили? – Да. Пришлось ей еще немного поплакать, но ножка стала, как у обычного человечка. Я благодарю его каждый день, а он все скромничает. – Как хорошо все сложилось. Я очень рада за вас. Роберт действительно молодец. Под хорошую историю, мы с Фаиной пьем чай и едим блины, пока Роберт бегает, а Марго спит. Роберт заходит в дом, запуская холод по полу. Фаина выходит к нему сама, я до чертиков боюсь попасть ему на глаза. – Какой запах, Фаина! Мои любимые блинчики? – слышен голос Роберта. – Уже готовы и ждут вас. Он уходит к себе, а Фаина дергает меня за рукав. – Катя, возьмешь поднос и подашь. – Нет, я боюсь его. – Соберись давай! Тебе работа нужна? – Да. – Вот и проси его. Я киваю и беру пустой поднос. Неожиданно в холле раздается голос Марго. – Катерина! Я пулей лечу к ней. Сердце бешено стучит, нервы натянуты. Уволит или нет? – Доброе утро, Марго! – Ага. Сегодня соберешь вещи и зайди ко мне после завтрака. Ну все… Собери вещи, зайди за договором и проваливай. Мои глаза тупо уставились в пол. Надежды рухнули, руки опустились. – Слышишь?! – Марго трясет меня за руку. – Роберт где? – А? Он вроде бы к себе шел. – Заторможено говорю я. – Доброе утро, Марго, ты сегодня ни свет, ни заря. – Роберт появляется на лестнице, одетый в черный деловой костюм и синюю рубашку без галстука. – Привет, Роберт. У меня много дел сегодня. Завтра утром я улетаю с Миланой в Испанию. Я замираю не понимая, это она про свои вещи говорила? – Спасибо, что хоть предупредила. – Отвечает Роберт. – А то пришлось бы тебя в розыск объявлять. – Очень остроумно. А про эту поездку я говорила тебе в начале ноября. Хозяева рассаживаются по разным концам стола. И мне приходится подавать блюдо с блинами то одному, то другому. Я стараюсь не смотреть на них, просто работаю. Но нервы начинают шалить, а руки трястись. Наконец, Роберт замечает меня. – Марго, ты в курсе, что вчера я уволил твою новую горничную? Марго медленно отрывает взгляд от тарелки и смотрит на меня. – В каком это смысле? – делает глоток чая и переводит внимание на супруга. – В прямом. Она как слон в посудной лавке. Разбила вчера стопку тарелок. Заходит без стука в наши комнаты. Не справляется она. – Он спокойно отпивает с чашки и кладет в рот кусочек блина. На лице Роберта ни одной эмоции, просто ноль. – Роберт, давай так. – Марго многозначительно на меня смотрит. – Я вернусь с поездки и уволю ее, если не остынешь. Сейчас мне не до этого. – Ты хочешь, чтобы я терпел ее здесь и дальше? – выгибает бровь. – Договор у нас с ней заключен на месяц, как испытательный. Давай поступим как деловые люди. Она не будет тебе мешать. Роберт смотрит на меня и откусывает кусок блина. – Посмотрим. – Вот и отлично. – Фальшиво улыбается Марго. Я попала. Вот теперь точно. Марго с меня не слезет с договором, Роберт на шаг не подпустит, хотя я и сама боюсь. Западня получается. Роберт встает из-за стола и идет в холл. – Сегодня буду поздно. – Значит через неделю увидимся! – кричит ему вдогонку Марго. Роберт не отвечает, а через пару минут хлопает входная дверь. Марго откладывает вилку. – Катя, через пол часика, жду тебя у себя. – Она бросает недобрый взгляд на Фаину, которая зашла за посудой. – Хорошо, Марго. В назначенное время, я стучусь к Марго. – Заходи! В ее комнате царит хаос. На полу лежат два открытых чемодана, на всех остальных поверхностях разбросаны дорогие платья, костюмы, блестящие вещи и прочее разнообразие. Марго сидит в самом центре этого водоворота и разглядывает блузку. – Зайди уже, Катя. И дверь закрой. Я захожу, аккуратно перешагивая вещи и сажусь на пол, с краю комнаты. Марго отрывается от лицезрения блузки и смотри на меня недовольно. – Катя, вот ответь, ты вообще поняла суть нашего договора? Я киваю. – Пока ты только настроила его против себя. А это совсем не то, что надо. Понимаешь? – Да. – Значит так, милочка, я уезжаю с подругой в Испанию на неделю… минимум. За это время ты должна выполнить все условия договора. Иначе, я разрываю сделку. Ты знала на что шла, Катя. Не включай мне сейчас бедную овечку. – Я постараюсь. – Шепчу я. – Катя! – шипит она. – Какое постараюсь?! Ты должна это сделать и точка. А иначе, забирай отработанные деньги, на похороны матери как раз хватит, и проваливай! Это было жестко. В горле застрял ком. Но плакать я перед ней не буду. Много чести. Марго поднимается с пола и оглядывается. Я никак не могла понять, как она так быстро переключает эмоции. Только что орала, а через секунду уже улыбается. И наоборот. – Смотри, – она указывает на правую сторону комнаты, – это все надо запихнуть в чемоданы. А это, – она машет в правую сторону, – все развешать по местам. Поняла? – Да, Марго. Она большими шагами выходит из кучи вещей, открывает дверь комнаты, и разворачивается ко мне. – Я сейчас уеду, надо привести себя в порядок. Вернусь через пару часов. Что бы все было собрано и стояло в холле. Она уходит прочь. Я смотрю на эти горы барахла и громко втягиваю воздух. М-да… Как же долго я копаюсь в вещах Маргариты. На полу лежат два полных с горкой чемодана. Все ненужные вещи, я развесила и, некоторые, отпарила. Сажусь в мягкое большое кресло белого цвета и вытягиваю ноги. Смотрю на чемоданы и понимаю, что их теперь как-то застигнуть надо. – Я и сидела на них, и стояла, и прыгала. – рассказываю Фаине про чемоданы, которые ровненько стоят в холле, а она заливается смехом. На стене пищит датчик ворот, значит Марго вернулась. – Катя! – с порога кричит Марго и кидает мне ключ от машины, я чуть не роняю его. – Из багажника достань пакеты и занеси в мою комнату. Пакетов десять, не меньше, я заношу в комнату Марго. Она разговаривает по телефону, но отвлекается от меня. – Положи тут. – Показывает на кресло. – Маргарита, можно вопрос? Она недовольно закатывает глаза, снова убирая телефон в сторону. – Говори уже! – Можно мне сегодня домой уехать? Маму проведать. – Да, но завтра мне в пять утра выходить на самолет. Так что в четыре ты должна быть здесь. – Хорошо, буду. Домой я приезжаю уже по темноте. Мама лежит и дремлет на диване под телевизор. Я тихо выключаю его и выхожу из квартиры. На лестничной площадке разворачиваюсь и звоню в соседнюю дверь. – Катька! Привет! Оля обнимает меня и затаскивает в прихожую. Мы дружим с ней с самого моего возвращения с Колумбии. Она младше меня на год, смелее и красивее. Она единственный человек, с кем я разговариваю по душам. – Привет! Я сбежала с работы к маме, а она отдыхает. – Ты могла бы почаще и меня навещать. Пара строк по телефону не сойдут. – Прости, мне сейчас трудно что-то говорить. Мы проходим в комнату и садимся на диван друг на против друга, как всегда. – Расскажешь уже, как работа? – Богатый дом, – начинаю я, – богатые люди. По каким принципам они живут, я не понимаю. Слишком сложно все. Хозяйка двуличная женщина и отличная актриса. Живет в свое удовольствие полностью. У нее явно есть любовник. – Ого! – Оля выкатывает глаза. – Как в сериале. – За то хозяин… – Наверное красавец! – перебивает она. – Да, красивый. – Я краснею и опускаю глаза, от Ольги это не ускользает. – Катя! Ты влюбилась в него?! – Брось ты! Я боюсь его до дрожи в коленях. Да, он красивый, умный, культурный… – Все, дальше не продолжай. – Она смеется. – Диагноз – втюрилась. Я толкаю ее и смеюсь вместе с ней. Вот дурочка, хотя немного она права.