Глава 21

Катя

Несколько дней спустя

После всего, что со мной произошло в последние дни, работа кажется чем-то новым, инородным для меня.

Я сижу в своём кресле, скручивая в руках ручку, и пытаюсь угнездить в себе спокойствие.

Утро началось не с того, на что я рассчитывала.

В офисе всё привычно: звонки, электронные письма, отчёты, но в воздухе витают странные напряжённые вибрации.

Не могу отделаться от ощущения, что что-то не так, но не могу понять, что именно.

— Черт, да где это же мой ежедневник. Все не на своих местах! Черт, зачем нужно лазить в моих ящиках и вечно все тут перерывать! — я чертыхаюсь, краснея от злости.

Сбоку в мою руку упирается мой ежедневник.

Его передает моя коллега Соня и легко улыбается, при это глядя на меня как неврастеничку.

— Кать, все найдется. Успокойся. Ты пока еще на стрессе. Охаешь, как старушка, а нужно просто поискать и все найдется, уж прости за сравнение, — ехидничает рядом со мной Соня.

В кабинет входит Елена Ивановна, и моё сердце как-то тяжело сжимается.

Её лицо, как всегда, маска строгой невозмутимости, но что-то в её глазах заставляет меня почувствовать себя, как на суде.

— Екатерина Валерьевна, мне нужно с вами поговорить, — её голос ледяной и жутко официальный.

Моё тело напрягается, я понимаю, что сейчас будет что-то неприятное.

Мы с Еленой Ивановной всегда ладили, но её резкое появление с такой загадочной повесткой явно предвещает проблему.

Я встаю и следую за ней, не в силах остановить себя от того, чтобы не размышлять о том, что происходит.

Следую за ней.

— Елена Ивановна, что-то случилось? — спрашиваю я, пытаясь скрыть в голосе беспокойство.

Не удивительно, ведь меня не было довольно долго, учитывая время в больнице и еще тот «хвостик» больничного, который я дома провела.

Она молчит, только жестом приглашает меня в свою сторону.

Как только мы оказываемся в её кабинете, она усаживает меня напротив себя, и я, интуитивно, понимаю, что сегодня не обойдётся без неприятных слов.

Явно за время моего отсутствия что-то произошло…

— Екатерина, я получила жалобу от одного из наших крупных клиентов, — Елена Ивановна говорит, не глядя в глаза, её тон остаётся таким же сдержанным и сухим, как и всегда. — Он утверждает, что вы нагрубили ему в телефонном разговоре.

Моё лицо искажает недоумение. Передо мной предстает карточка одного из клиентов фирмы, которую выкатила из программы моя коллега Соня, по иронии…

— Нагрубила? Вы что, Елена Ивановна? — почти не сдерживаюсь, выдыхая. — Я вообще не общалась с этим клиентом!

Начальница переводит взгляд на меня и делает заметку в блокноте.

— Клиент утверждает обратное, и это не единственная подобная ситуация, — отвечает она без тени сочувствия.

Я чувствую, как меня охватывает злость, но понимаю, что ничего не добьюсь, если буду агрессивной. Глубоко в груди начинает нарастать неприятное осознание. Это не просто ошибка. Это какая-то подстава.

— Так вы что, меня увольняете? А как же объяснение? Как же процедура служебной проверки? Вы не вынесли мне даже дисциплинарного взыскания! Да и не могли, пока я была в больнице, — спрашиваю, едва удерживая голос от дрожи.

Елена Ивановна смотрит на меня, будто оценивает, какую реакцию она получит от меня.

— Вы хорошо разбираетесь, Екатерина. В связи с этой жалобой мы вынуждены расторгнуть с вами трудовой договор. Это решение окончательное. И я думаю, что для вас выгоднее уйти по собственному, а не по результатам служебных проверок!

Моё сердце, кажется, остановилось.

Всё внутри меня как будто замерло, а мир вокруг сразу стал чужим.

Я задыхаюсь от обиды и ярости. Я не могу поверить, что это происходит.

Всё равно, как если бы мир вдруг обрушился на меня, и я оказалась в эпицентре разрушающей силы.

— Но это неправда! Как вы можете⁈ — голос срывается на крик, и я не могу остановить себя. — Это кто-то подстроил!

Елена Ивановна отвечает спокойным, но жёстким тоном.

— Екатерина, не создавайте проблемы. Мы не можем работать с людьми, которые нарушают корпоративные правила. Тем более, что это не первый инцидент за последние несколько месяцев. Не опускайтесь до выяснения, просто признайте, что тайное стало явным.

— Я буду оспаривать ваше решение. И писать заявление я не стану!

Я чувствую, как меня охватывает беспомощность.

Зачем она это делает?

Это не её решение.

Елена никогда бы не стала так поступать без какой-то серьёзной причины.

И тут, как гром среди ясного неба, осознание: это Кирилл или Ника.

Кто-то из них подстроил всю эту ситуацию. И я понимаю, что не могу просто так сдаться.

Может, муж решил так приструнить меня?

— Это не закончится так! — произношу я, не в силах скрыть свои чувства. — Я обязательно разберусь с этим! Я беременна, вы не имеете права! Я ведь ничего не подписывала!

Елена Ивановна чуть приподнимает брови, как будто это всё её не касается.

— Вы уже все уволены, Екатерина, давайте без угроз обойдемся, — ни один мускул не дрогнул на ее лице. — Если вы хотите продолжать работать, подавайте жалобу в суд. Но ваше место здесь больше не существует. Декретниц мне тем более не надо!

Я встаю, мои ноги ватные, но я всё равно шагаю к двери.

Каждый шаг даётся мне тяжело.

Я не могу поверить, что это происходит. Этот момент болезненно рвёт меня на части, но я не могу остановиться.

— Уходите по-хорошему, Екатерина. Иначе мне придётся пригласить службу безопасности, — бросает Елена на прощанье.

Я не оборачиваюсь, просто толкаю двери кабинета и иду…

Уходить с работы, оставляя позади себя этот мир, кажется, ещё одной потерей.

Я стою в лифте, ощущая, как сердце бьётся с бешеной силой.

Моя голова путается в мыслях.

Кирилл. Ника.

Еще недавно муж хотел близости, пытался поцеловать меня и заставить пересмотреть решение о разводе, но в его черных планах моя судьба предрешена. И все очень конкретно…

Они хотят избавиться от меня. Но я не отступлю.

Я обязательно раскрою, кто стоит за этим подлым увольнением, и раз и навсегда поставлю точку в этой истории…