Глава 40

Егор

Прошло несколько месяцев, и я по-настоящему изменил свою жизнь.

Прокрутил ее и переиначил на все сто восемьдесят градусов.

И все вокруг изменилось.

Я не отошел от дел, но теперь в моей жизни появился совсем иной смысл. На смену моей финансовой империи и бешеным деньгами пришла забота о моей семье. Тихий и спокойный уголок, как отдушина, которую я заслужил.

Когда я смотрю на своего сына, когда держу его на руках, и вижу, как его маленькие ладошки сжимаются в кулачки, а его глаза сверкают с тем же взглядом, как у меня — я понимаю: это то, ради чего стоит жить.

Это мой сын, кто бы что ни говорил и ни считал.

Имя мы с Катей придумали ему сами. Мирон растет копией меня, но и на мою любимую жену очень похож. Характер у него не сахарный, но это тоже мое.

От Кати — лучистые светлые глаза, красота и обаяние. От меня — стальной нрав и чисто мужская хватка.

— О, ты молодец, — смеюсь, когда сынишка резво хватает меня за указательный палец.

И если бы кто-то сказал мне, что я буду чувствовать себя так — я бы не поверил.

Но вот он. Мой наследник, наш с Катей любимый сынок.

Мы переехали в новый дом.

Это было решение, которое я принял сам, а жена просто его поддержала.

Но я не давил, не настаивал, оно пришло само собой, как только стало ясно, что мы можем начать всё заново.

Этот дом у океана — моя новая крепость.

Он стал символом всего, что я хотел создать с ней. Спокойствие, безопасность, тишина.

Здесь мы строим свою жизнь вдали от недоброжелателей. Здесь нас никто не потревожит.

Мы наконец-то вдали от всех тех, кто пытался разрушить нас, нашу семью.

Я чувствую, как каждый день здесь становится для меня настоящим подарком. И каждый момент рядом с Катей — таким же ценным.

Всё то, что было до этого, теперь кажется далеким и чуждым.

Кирилл, Ника — они стали частью прошлого.

А я больше не хочу о них думать. Ника сейчас сидит в тюрьме.

За нападение на Катю. За всё, что она сделала.

В её жизни всё рухнуло, как карточный домик, и теперь она будет отвечать за свои поступки.

Даже если её беременность дала ей передышку, она не смогла избежать наказания. Я не испытываю к ней ненависти.

Я не думаю о ней вообще. Она не стоит моих мыслей.

А Кирилл…

Мой племянник в тюрьме, как и Ника. Вся его жизнь теперь — лишь боль за собственную глупость. Он повредил всем, кто был ему близок.

Потерял всё. Потерял свою семью, свою карьеру, своё будущее.

Я не испытываю к нему жалости. Только пустоту.

Он сам выбрал эту дорогу, сам разрушил свою жизнь.

Он хотел забрать у меня всё, но на самом деле он просто потерял себя. Всё, что я чувствую к нему, — это облегчение.

Я понимаю, что если бы не он, то я не получил бы главную женщину в моей жизни.

Я благодарен ему.

На этом точка. Нас ничего больше связывать не может.

В прошлом для нас с Катей остались и ее родители, которые гнали дочь к горе-зятю, и моя сестра, которая покрывала сына мошенника и предателя.

Таким людям нет места в нашей новой реальности.

Из старых связей у Кати осталась подружка Ярослава, несколько бывших коллег со старой работы и все. Я же — в улье людей привык, но жутко до одури устал от него. И теперь отдыхаю заслуженно у себя дома…

Катя сидит рядом, на диване карамельного цвета в гостиной, поджав ноги под себя.

Она смотрит на нас с сыном.

Я держу Мирона на руках, и ощущаю, как она тянется к нам, как её пальцы касаются моего плеча, как она прижимается к моей спине и часто дышит, уткнувшись носом между лопаток.

Это движение — такое простое, но оно означает так много.

Катя доверяет мне. Она открыта во всем, и я знаю, что она полностью со мной. Такого не было с прошлой женой, и я знаю, что Катя не предаст меня. А я — ее…

Мы сидим в новой гостиной.

Окно открыто, и морской воздух наполняет комнату.

Я поднимаю малыша и смотрю на него. Катя опускает голову на моё плечо, и мы сидим так, держась за руки, наш сын между нами. И ничего не может быть важнее этого.

Не в борьбе за деньги, не в том, чтобы победить, а в том, чтобы быть вместе. В том, чтобы оберегать друг друга. В том, чтобы любить.

Мы пережили всё. И теперь, благодаря всему тому, что мы пережили, мы нашли то, что искали. Счастье.