Глава 31

Я проснулась от того, что мне было очень жарко. С трудом разлепила глаза и спросонья не сразу поняла, где я нахожусь. Тут же сделала попытку вскочить с постели, потому что рядом со мной, обняв меня одной рукой, словно имел на это право, лежал спящий Вэллиан.

В тот же миг вся картина вчерашнего дня восстановилась в памяти, особенно свои собственные слова о том, что я всё равно завтра уеду. И как я была уверена в них, когда их произносила. Вот только уехать не получилось и не получится. Приказ из столицы не позволил, разом перекроив все наши планы.

Выбраться из — под тяжёлой и горячей руки Вэллиана сразу не получилось. Он спал слишком близко. И можно было бы обвинить его в том, что он нарушил наши договоренности и оказался слишком близко ко мне, да вот только лежали мы оба на его половине кровати.

Я попыталась оправдать себя тем, что он мог перетащить меня поближе сам, или, возможно, я просто замёрзла ночью и подвинулась к нему ближе, как к самому надежному источнику тепла. От его тела шёл такой жар, что можно было спать не то что в неотапливаемой комнате, а вообще на снегу и не замёрзнуть.

Вэллиан спал, и я невольно залюбовалась им, на минуту оставив попытки выбраться из-под его руки. Длинные ресницы отбрасывали темные полукружия теней на его веки. Даже от спящего от него веяло силой и уверенностью. Я не могла оторвать глаз от того, как равномерно вздымалась его грудь с каждым вдохом, как рельефно бугрились мышцы на его мощных плечах.

Я все-таки умудрилась выскользнуть из-под его руки. Он что-то пробормотал, нахмурился, но не проснулся. Я же села на край кровати, обхватила колени и снова посмотрела на него, поймав себя на мысли, что он так красив, что я могла бы смотреть на него вечность.

Тут же одёрнула себя: “Одумайся, Алана! Он лорд дракон. Ты его почти бывшая жена, которую он выгнал в развалины. Да, потом он сам туда явился, да он закрыл тебя от смерти, и вообще всячески заботился, как мог. Но это ничего не значит!”

Внутри всё дрожало. Я умылась водой из кувшина. Холод прогнал остатки сна, но не прогнал назойливые мысли он нём. Вэллиан проснулся почти сразу после меня, я только успела расчесаться и достать дорожное платье, которое собиралась надеть.

— Доброе утро, — сказал он, глядя на меня из постели. ГОлос был хриплым, а взгляд сонным. — Ты рано сегодня.

— Я не привыкла валяться в постели, — ответила я, старательно избегая его взгляда.

— Надо же! — усмехнулся он, видимо вновь сравнив меня с той, прежней Аланой, которую он знал, — Жаль. По крайней мере, я привык просыпаться рядом с женой.

Я почувствовала, как щёки заливает румянец. Вэллиан сел, провёл рукой по волосам, и даже этот простой жест заставил моё сердце биться чаще.

— Карета будет готова через час, — сказал он деловым тоном, — так что у тебя будет время собраться, и мы успеем позавтракать.

Я молча кивнула и вышла, чтобы собрать свои вещи. Служанок мне здесь не полагалось, да я на них и не рассчитывала, собирать мне особо было нечего.

Завтрак нам подали в комнате Вэллиана, мы оба молчали, пока ели. Неловкость словно растворилась в воздухе между нами. Я была слишком встревожена визитом ко двору, и думать о том, о чем мысли почти бывшего мужа мне было некогда. Я почти ничего не замечала и даже не запомнила, что было на завтрак.

Прощание с гарнизоном вышло коротким. Торн последним подошёл ко мне, когда я была уже готова шагнуть в карету, но задержалась у её ступенек, чтобы попрощаться с ним.

— Удачи вам, госпожа! И вам, ваша светлость! — он слегка поклонился моего мужу.

Вэллиан, казалось, не обратил на него внимания, отвернулся, отдавая последние распоряжения перед дорогой.

— Спасибо, Торн, — улыбнулась я приветливо, может быть, даже черезчур, стараясь скрасить невнимательность Вэллиана.

— Берегите себя! — добавил Торн тише, — И знайте, его светлость, он хоть и суровый, а человек хороший.

Я не нашлась, что ответить. Только кивнула и быстро забралась в карерту, следом за мной в нее нырнул и Вэллиан. Сразу наполнил собой, своим запахом и мощью всё её пространство.

Мы сели друг напротив друга. Карета была довольно скромной, так что между нами было небольшое расстояние, мы едва не касались друг друга коленями. Но ощущалось оно как пропасть из невысказанного, или как прозрачная стена, которой мы отгораживались друг от друга.

Карета тронулась, покатилась по неровной дороге, оставляя за собой гарнизон и его суровый уклад жизни, а еще стены, отремонтированные мною. Впереди нас ждала столица и королевский двор. И еще доклад о моём изобретении. Это-то и пугало.

Я погрузилась в размышления и не заметила, как мы отъехали довольно далеко. Гористая местность и ветер сменились на равнинные поля и перелески под небом, по которому лишь изредка пробегали облака. Вэллиан всё это время не отводил от меня взгляд, словно я загадка, которую он хотел разгадать больше всего на свете, но чем дольше он смотрел, тем более понимал, что это невозможно, если я сама не захочу этого.

— Что такое, ваша светлость? — наконец не выдержала я.

— Ничего, — он пожал плечом, — просто смотрю. Делать тут больше нечего, как ты видишь. Так что привыкай к тому, что я буду смотреть на тебя всю дорогу.

Я отвернулась к окну, но краем глаза всё равно ухватила его улыбку. Он просто поддразнивал меня. И это странным образом дарило тепло. Словно между нами была какая-то договорённость, о какой было неизвестно другим.

Вдруг карета ощутимо подпрыгнула на ухабе, меня подбросило на моём сиденье, я ударилась головой о потолок и рухнула в объятия Вэллиана, запутавшись в складках своего платья.

Мы оба замерли от неловкости момента. Но Вэллиану момент явно нравился, если я верно смогла распознать его улыбку, растянувшую прежде неподвижные губы. А в глазах его вспыхнули огоньки. Он довольно быстро ловко потушил их, но я всё успела заметить.

— Извините, — выдохнула я в попытке подняться на ноги и пересесть обратно на свою сторону.

— Всегда к вашим услугам, миледи! — ответил он церемониально, но в голосе появилась соблазнительная хрипотца.

А в глазах разлилась темень, затягивающая меня, словно в колодец. Я словно примагнитилась к нему взглядом, не в силах оторваться. Все мысли вылетели из моей головы. Тут карету снова тряхнуло, и он прижал меня к себе еще ближе.

Понять бы ещё: он это сделал ради моей безопасности или просто использовал ухабы на дороге как предлог прикоснуться ко мне лишний раз?