Глава 12

Мы шли по величественным коридорам, где каждый камень, казалось, дышал историей. Стены украшали гобелены с изображениями героических сражений и романтических легенд.

Я невольно залюбовалась изящными арками и витражными окнами, сквозь которые лился разноцветный свет, создавая причудливые узоры на мраморном полу.

Слуги, встречающиеся нам, кланялись с такой отточенной грацией, будто всю жизнь только этим и занимались. Я невольно начала подозревать, что у них есть специальные тренировки по синхронному приседанию.

— Признайся, Тия, — не удержалась я от подтрунивания, — А королевские слуги умеют ходить нормально или они всегда передвигаются вприсядку?

Тия улыбнулась и тут же застонала.

— Ох, Ларина, лучше не спрашивай, — вымучила она из себя ответ.

— Уговорила. Не стану.

Мне с трудом удалось сохранить беззаботный тон, глядя на ее мучения.

Мы поднялись на второй этаж по широкой мраморной лестнице, украшенной золотыми перилами. Я мимоходом отметила, что за такие перила можно было бы небольшую деревеньку лет десять кормить. Или, по крайней мере, открыть приличную таверну с неограниченным запасом эля.

У дверей покоев принцессы нас встретила главная фрейлина с кислым выражением лица. Казалось, она только что съела лимон, а потом узнала, что ей придется съесть дополнительно еще десяток.

— Ваше высочество, — проскрипела она, — его величество строго-настрого запретил принимать гостей…

— Леди Агата, — перебила ее Тия с неожиданными стальными нотками в голосе, — Ларина — моя подруга, а не гостья. Будьте добры, убирайтесь прочь с глаз моих долой.

Я едва сдержала удивленный возглас.

Кто бы мог подумать, что в милой на вид ведьмочке скрывается настоящий командир?

Стража распахнула перед нами двери, и мы с Тией вошли в роскошную гостиную. Комната была обставлена с изысканным вкусом — мягкие диваны, изящные столики, картины в золоченых рамах. Через открытые двери балкона веял легкий ветерок, принося аромат цветущих роз.

— Ух ты, — восхитилась я. Меня не покидало ощущение, будто я нахожусь в музее. Уютом здесь и не пахло. — Очень… неплохо. Может, начнем водить к тебе впечатлительных дев на экскурсию? Чтобы замуж за принцев не рвались.

Тия махнула на меня рукой и рассмеялась.

— Возможно, и стоило бы. Жить во дворце не столь весело, как выглядит на первый взгляд.

В дверь бесшумно проскользнул слуга, принес нам чай с пирожными и после чего также тихо удалился. Я уже собиралась опуститься на диван, когда заметила, что Фуфырь никуда не делся и притаился у меня на плече.

— А ну брысь отсюда, — шикнула я на него. — У нас девичьи посиделки, нечего тебе с нами делать.

— Я должен тебя охранять… — начал было протестовать фамильяр.

— Никаких «должен»! Мне под силу нас с Тией защитить. Иди, погуляй, познакомься… не знаю… с дворцовыми кошками. Не нравятся кошки? Пообщайся с собаками. И собаки тебе не нравятся? Иди, стащи палку колбасы у кухарки, я не против.

— Я тебе кто? Вор? Бездомная дворняга? Или облезлый кошак? — Фуфырь ошалело выпучил глаза.

— Ты у меня самый чуткий и понимающий защитник, — зашла с другой стороны, лишь бы его спровадить.

Он недоверчиво хмыкнул и, тем не менее, испарился.

Мы с Тией устроились на диване.

— Итак, — начала принцесса, беря свою чашечку с ароматным чаем, — расскажи мне последние сплетни журнальные. Что там творится за пределами дворца? Мне бульварную прессу не доставляют.

Я припомнила журнал, который не дочитала утром.

— Знаешь ли, ничего особенного, — не вдаваясь в подробности, ответила я. — Ходят разные слухи. Репортерам в наши дни верить нельзя.

— Пожалуйста, — протянула Тия, изголодавшаяся по сенсациям. — Расскажи хоть что-нибудь.

Пришлось вспоминать яркие заголовки на журнале, потеснившую нашу новость про бал.

— Леди Розалинда завела роман с конюхом. В ответ ее сестра призналась, что без ума от графа Эдварда!

Тия ахнула, прикрыв рот ладошкой.

— Супруга леди Розалинды? Не может быть! Как же их репутации?

Нашла она, о чем переживать.

— Не бери в голову, Тия, — похлопала ее по руке. — В наши дни репутация просто очередной аксессуар. Сегодня ты изображаешь благородную даму. Завтра становишься героиней скандальной колонки. Главное — не обесценить себя в погоне за лучшей жизнью.

Мы еще некоторое время обсуждали последние дворцовые интриги, с которыми со мной, хихикая, поделилась Тия. Признаться, и я начала получать удовольствие от нашей беседы.

Кто бы мог подумать, что мне настолько понравится общаться с ней?

Жаль, потом разговор свернул куда-то не туда.

— Ларина, — осторожно начала Тия, отпивая чай. — До меня дошли слухи о твоем выступлении на заседании Совета.

Началось.

— Да, я подала прошение о разводе с Демиаром, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Тия поперхнулась, уставившись на меня круглыми глазами:

— Прости, что?! И ты об этом столь спокойно говоришь?

— Не вижу в моем поступке ничего необычного.

— Уверена? Ты хочешь развестись с герцогом Айнхордом! Одним из самых завидных женихов королевства!

— Чему ты удивляешься? Ты не хуже меня знаешь обо всех его похождениях, — помрачнела я. — Хочешь сказать, что не знала о том, как постоянно вспыхивал мой магический браслет клятвы его верности после его интрижек?

— До меня доходили слухи о его неверности.

— Странно, если бы этого не происходило.

— Несмотря на эти его недостатки, Демиар из знатного рода, богат, в расцвете сил, к тому же выдающийся маг. Я не понимаю, чем ты недовольна? Многие девушки мечтали бы оказаться на твоем месте.

Я уставилась на Тию, не веря своим ушам.

— Это твой аргумент? — я горько усмехнулась. — Многие девушки и оказываются на моем месте. В том-то и проблема.

Тия посмотрела на меня с сочувствием, а потом вдруг сказала то, чего я совсем не ожидала:

— Ларина, прости, но я думаю, ты неправа.

Я уставилась на нее, округлив глаза.

Что, простите?

— Позволь сказать тебе прямо, — продолжила Тия. — Ты прекрасно знала, на что шла, выходя замуж. Демиар никогда не скрывал, что ваш брак был договорным. Ты не можешь упрекать его в том, что он продолжал жить своей обычной жизнью, заводя связи на стороне. В сложный момент он благородно защитил тебя.

— Мне казалось, между нами есть нечто более глубокое, чем неприязнь, — возразила я. — Что ради меня он…

Тия не дала мне договорить и безжалостно перебила меня:

— Ты правда думала, что после свадьбы он изменится? Перестанет быть самим собой? Станет монахом? Ларина, ты несправедлива к нему. Какое ты имеешь право обижаться на Демиара, когда сама не была честна? Стоило перед свадьбой сказать ему о своих чувствах, а не носиться потом с ними. Либо отказаться от похода в храм с ним. Демиар никогда не обещал тебе хранить верность. Повторяя за жрецом обеты, вы оба понимали, что ваша свадьба — необходимость. Он принимал тебя такой, какая ты есть, а ты скрыла свои истинные чувства и умолчала о своих надеждах! Да, ты ему небезразлична, но он не строил иллюзий. Хватит винить его во всем!

Ох, как же больно было это слышать.

Тия поставила чашку на стол и посмотрела на меня со строгим сочувствием.

— Демиар всегда был любимцем дам, и ты это знала, — настаивала она. — Во время вашей разлуки он не упрекал тебя за измены, считая, что ты живешь нормальной жизнью. Любой другой высокородный муж на его месте сослал бы тебя в монастырь. В нашем мире мужчинам позволено то, что женщинам запрещено. Демиар — не худший вариант.

— То есть ты предлагаешь мне взять и обо всем забыть? Мне ведь достался невероятно понимающий супруг, — спросила я, чувствуя, как внутри все сжимается от обиды и горечи.

— Это только тебе решать, — устало ответила Тия. — Но хочу тебе напомнить: без Демиара ты стала бы забытой наложницей принца, без права на свободное существование. Помнишь шумиху в прессе о вашей дружбе? Газетчики не давали вам прохода, круглосуточно караулили у стен академии. О вас постоянно писали в бульварных изданиях. Из-за поднявшейся шумихи король приказал сыну сделать тебя официальной фавориткой.

Меня передернуло от минувшей меня участи любовницы принца.

Я не знала, что готовил мне король.

Мы с Велианом давние друзья. Я бы не смогла заставить себя разделить с ним постель.

Зато стало понятно, почему Демиар был настойчив, уговаривая меня выйти за него замуж. И почему меня потом сослали в глушь.

Своим свадебным обрядом мы спутали планы самому королю!

К горлу подкатил тошнотворный ком.

Я была несправедлива к Демиару.

Интересно, чего я еще не знала?

— Демиар, благородно настояв на вашем браке, уберег тебя от унылого прозябания в глуши похлеще той, где ты жила последние несколько лет, — не обращая внимание на мой ступор, продолжила Тия. — Он проявил великодушие, невзирая на твое простое происхождение. Он герцог, а кто ты, Ларина? Девушка из простого народа. Ради тебя он пожертвовал своим положением в обществе и стал посмешищем. Поэтому его никто не слушал, когда он потребовал отменить твой перевод. Ему унизительно указывали на дверь. Ему годами пришлось возвращать уважение. Он добился своего. Те, кто тогда отвернулись от него, готовы ползать у его ног на коленях ради получения его одобрения. Ты многих знаешь лордов, готовых ради обычной подруги пойти на подобные жертвы? Я — нет. Никто из моих знакомых не пошел бы против воли короля, бросив тебя на произвол судьбы.

— Ты сильно преувеличиваешь и драматизируешь, — сильнее сжала свою чашку, пытаясь скрыть дрожь в пальцах.

— Уверена, Ларина? Став супругой Велиана, я приставила бы к тебе шпионов в ожидании, когда ты оступишься, изменив ему. Заполучив подтверждение твоей неверности, я бы избавилась от тебя, — Тия говорила жестко, но в ее глазах я видела искреннее сожаление. — Я люблю своего мужа и не хочу ни с кем его делить.

— Тебе бы и не пришлось. Мы с Велианом просто друзья.

— Я рада это слышать, но стоило внести ясность.

Слова Тии обжигали, точно раскаленный металл, выжигающий клеймо на коже.

— Ради твоего блага я должна была откровенно поговорить с тобой, — забрала она из моих непослушных пальцев чашку. — Сначала я ревновала тебя к мужу, но увидев, как ты смотришь на Демиара, перестала. Я нашла в тебе подругу и желаю только счастья. Прекрати упрямиться и требовать развода, иначе потеряешь то, чем сильнее всего дорожишь. Демиар не станет тебя удерживать и даст тебе свободу. Потом, спустя несколько лет, он снова женится, и у тебя появится новый повод злиться на него. Демиар — боевой маг, а не романтичный аристократ. Он не будет умолять о прощении, целуя подол твоей юбки. Он доказывает свои чувства поступками. Подумай об этом, Ларина.

Ее слова продолжали звенеть у меня в ушах, когда наша беседа подошла к концу. Я чувствовала себя совершенно разбитой.

Я не знала, что и думать.

Зато знала, что чувствую.

Меня проводили до выхода из дворца. В холле из ниши выпрыгнул под ноги Фуфырь.

— Осторожнее! — в испуге прикрикнула на него. — Я чуть не наступила на тебя.

— Не наступила ведь? Ну что, наговорились? — спросил он, вертясь у моих ног.

Я не стала ничего объяснять, просто молча направилась к выходу из дворца.

В голове царил полный хаос, а сердце разрывалось от противоречивых чувств.

С одной стороны — сердечные муки. С другой — лояльность короне, коли мне предстояло проверить без разрешения зелье.

— Чего молчишь? — проворчал Фуфырь, когда мы остались одни.

— Гадаю, как справиться с одним очень серьезным дельцем, — ответила я, поглаживая флакон в кармане. — Действовать нужно быстро.

Прислушавшись к собственному совету, поспешила унести ноги из дворца, пока никто не обращал на меня внимание.

Я вылетела за высокие кованные ворота с такой скоростью, как если б за мной гнались демоны Нижнего мира. Фуфырь еле поспевал за мной, то и дело спотыкаясь о собственные лапы.

— Эй, полегче! — пыхтел он. — Я тебе не быстроходный грифон!

— Тебе нужно больше двигаться, изнеженный пушистик, — оценила я его физическую подготовку и всё же сбавила темп.

Фуфырь настолько выбился из сил, что даже не огрызнулся.

Выскочив на улицу, я огляделась в поисках летального агрегата.

На наше счастье, мимо пролетал ярко-оранжевый ковёр-самолёт с надписью «Такси «Летучий перец»». Я замахала руками, как мельница на ветру, пытаясь его остановить.

— Эй! Стойте! Мы опаздываем!

Волшебное слово «опаздываем» сработало, и ковёр, шурша бахромой, завис рядом со мной. За его рулём, сотканным из воздушного розового облачка, сидел плечистый джинн в солнечных очках.

— Куда летим, красавица? — подмигнул он мне.

— В Департамент магических расследований! Поживее, пожалуйста!

Подхватив на руки Фуфыря, позвякивая браслетами и ленточками на пляжном платье, я забралась на ковер.

— Пристегните ремни безопасности! — весело крикнул джинн, дергая за ближайшую к нему кисточку, и ковер тут же стартанул.

— Какие ремни? Здесь нет никак… — начала я, но не успела закончить.

Ковёр рванул вверх, вливаясь в воздушный поток с настолько немыслимой скоростью, что мое дыхание застряло где-то в горле. Фуфырь вцепился в меня всеми четырьмя лапами. Я бы и сама в кого-нибудь вцепилась.

Почему?

Рывок вверх, и я едва не свалилась с ковра, успев ухватиться за бахрому.

— Йху-ху! — радостно вопил джинн, лавируя между башнями и шпилями города, обгоняя другие ковры-самолеты.

Мы неслись по воздуху, как сумасшедшие, огибая статуи, фонтаны, пролетая сквозь радугу.

Чего уж там, мы чуть не сбили парочку зазевавшихся птиц.

— Вы с ума сошли?! — прокричала я, пытаясь перекричать свист ветра в ушах.

— Дамочка, вы сами сказали «поживее»! — расхохотался джинн, закладывая очередной вираж.

Фуфырь что-то невнятно бормотал, уткнувшись мордочкой мне в плечо. Кажется, я расслышала проклятия, произнесенные на древнем языке.

Мы его в академии изучали.

Наконец наше такси подлетело к зданию Департамента.

Джинн резко затормозил, и я чуть не улетела вперёд. Благо успела выставить руку и уперлась ладонью в его плечо.

— Ай-яй-яй! — развеселился он. — Полегче, красавица! Не стоит приставать ко мне. Я женат.

— Кому вы нужны? — вышла я из себя, спрыгивая на землю на нетвёрдых ногах. — Сколько с меня?

— С вас десять серебряных и обещание постоянно вызывать меня, — ухмыльнулся джинн.

— Никаких обещаний.

Я отсчитала ему монеты и потопала в Департамент.

Полет выдался настолько впечатляющим, что я шла и бормотала себе под нос что-то о сумасшедших водителях и их летающих половиках.

Фуфырю пришлось порталом вернуться в номер. Охранная система бы его не пропустила. А мне очень не хотелось отвечать на ненужные вопросы.

Перед магическим пропускным пунктом я остановилась и осмотрела себя, насколько хватало взгляда.

В своём пляжном наряде я выглядела подобно экзотической птице среди серых воробьёв-клерков. Только идти переодеваться в отель не имелось никакого желания.

Еще одного головокружительного полета на ковре мой желудок вряд ли бы пережил.

— Была не была, — пробормотала я и вошла в здание.