Глава 53. Кадровое решение
Артур
Я вхожу в свой офис без пяти девять. Прохожу мимо секретаря, кидаю ей:
— Кофе мне принеси. Как обычно.
Та вскакивает, кивает на дверь:
— Артур Максимович, там...
Но я не слушаю, толкаю дверь своего кабинета и застываю на пороге.
Первое, что бросается в глаза — отец в моем кресле. Рядом с ним какой-то холеный тип в дорогом костюме.
Это еще кто такой?
В голове мелькает мысль: надо было все-таки выслушать секретаршу.
— Доброе утро. — Голос отца звучит непривычно официально. — Знакомься, Артур, это Денис Сергеевич Разумовский, с сегодняшнего дня — директор компании.
Чувствую, как земля уходит из-под ног. В висках начинает стучать.
— Не понял… — Слова даются с трудом, горло перехватывает. — Отец, что происходит?
Смотрю на этого Разумовского, который, кажется, чувствует себя здесь как дома. Меня начинает трясти от злости.
— Спасибо, Денис, можешь идти, — отец спокойно отпускает «нового директора».
Как только дверь за ним закрывается, я взрываюсь:
— Какого хрена? — Мой крик эхом отражается от стен. — Какой еще директор? Директор — я. Это моя компания!
Отец смотрит на меня тяжелым взглядом:
— А по документам — моя, если ты не забыл. — Его голос режет не хуже ножа. — И не все ли тебе равно, что тут происходит? Ты уже больше недели тут не появляешься.
— Я был в отпуске, имею право, — огрызаюсь я, чувствуя, как предательски дрожат руки.
— В обнимку с бутылкой? — Отец усмехается. — Хорош отпуск, браво, сын.
Его едкий сарказм больно бьет по самолюбию. А он продолжает, распаляясь все больше:
— Я тебя предупреждал, что твоей Лане от тебя нужны только деньги? Предупреждал?!
— Это мое дело, я сам все решу, — цежу сквозь зубы, хотя внутри все горит от стыда и злости.
— Я вижу, как ты решаешь... — качает головой отец. — Профукал жену... Тебе такую, как Ева, уже не найти. Да еще и прославился с этой аферисткой Ланой! Даже не додумался проверить ее перед тем, как звать замуж. Расслабился, видать, решил, что все такие честные и преданные, как Ева?
При упоминании Евы что-то болезненно сжимается в груди. Молчу, потому что крыть нечем.
Я ведь действительно не проверил Лану, повелся как мальчишка.
— Мало того, — продолжает добивать меня отец, — решил спиться? Из-за кого? Из-за этой вертихвостки Ланы, что ли?! Сын, ты посмотри на себя! В кого ты превратился?
Чувствую, как краска стыда заливает лицо. Да, я знаю, как выгляжу: помятый костюм, щетина, красные глаза...
— Поздновато воспитывать, не находишь? — прищурившись, смотрю ему прямо в глаза.
— Не нахожу! — Кулак отца с грохотом опускается на стол. — Значит, так. С сегодняшнего дня в компании...
— Это моя компания, — повторяю повышенным тоном. — Мой бизнес. Я его строил, я его развивал.
— Такими темпами развивать скоро будет нечего. Уже ходят нехорошие слухи. Этак скоро ни одного нормального партнера не найдешь. В общем, директором будет Разумовский. Работай под его началом. Докажешь, что снова можешь быть у руля, все вернется как было. Решишь и дальше творить всякую херню — компании тебе не видать.
— Отец!..
— Что отец? Забил на себя, решил угробить свою жизнь — твое право. Но детям ты что оставишь — руины? Или хочешь, чтобы тебя запомнили, как того самого Орлова, который просрал все, что мог? Не забывай, у нас одна фамилия! Мне уже людям стыдно в глаза смотреть. Не усугубляй.
Отец встает из-за стола и идет к выходу из кабинета.
— Я все сказал, — бросает напоследок.
— Значит, так решил? Просто взял и отстранил меня?
Отец останавливается у двери, но не оборачивается:
— Это временно, Артур. Все в твоих руках.
— В моих руках? — Я горько усмехаюсь. — Да ты просто воспользовался моментом, решил меня подвинуть. Тебе что, денег мало?
Он резко разворачивается, и я вижу, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих дверную ручку:
— Думаешь, мне это в радость? — Его голос дрожит от едва сдерживаемого гнева. — Думаешь, я мечтал увидеть, как мой сын катится по наклонной? Как превращается в посмешище?
Я молчу, глядя в окно. За стеклом — привычный городской пейзаж, который я наблюдал столько лет. Мое царство. Было моим.
— Знаешь, что самое обидное? — Отец делает шаг в мою сторону. — Ты даже не понимаешь, что я делаю это ради тебя. Чтобы ты очнулся наконец. Взял себя в руки.
— Спасибо за заботу, — не скрываю сарказма. — Только я как-нибудь сам разберусь со своей жизнью.
— Вот именно, что «как-нибудь»! — взрывается он. — Все у тебя теперь «как-нибудь»! А компания, сын, это не «как-нибудь». Это сотни людей, их семьи, их будущее.
Его слова бьют точно в цель. Я опускаюсь в кресло, чувствуя себя абсолютно опустошенным.
— Даю тебе пару месяцев, — уже спокойнее говорит отец. — Приведи себя в порядок. Докажи, что ты все еще тот Артур, которого я знал. И тогда поговорим.
Он выходит, аккуратно прикрыв за собой дверь. А я так и остаюсь сидеть в кресле, глядя в одну точку.