Глава 15

— Я хочу, чтобы вы поехали с нами и погуляли пока в парке рядом с салоном, — прошу Екатерину Васильевну. Полночи я пыталась решить соглашаться ли на предложение Кирилла. С одной стороны — любая подачка с его стороны наверняка выйдет мне боком. Но… господи, как же болит моя спина. Мише было примерно полгода, когда у меня впервые защемило нерв под левой лопаткой. Я думала, что взвою от боли.

Пыталась делать гимнастику, лежала на валике, разминала, как могла. Все врачи, как один, в такой ситуации рекомендуют щадящий покой, но где же его взять с таким малышом? Он еще слишком мал, чтобы понять, что у мамы «болят ручки» и конечно же, я продолжала таскать его на себе.

— Как скажете, Таисия Андреевна, — легко соглашается няня. — Погода сегодня хорошая, так что вы не спешите.

— Больше часа это вряд ли займет, — улыбаюсь ей. — Вчера нас не было гораздо дольше и вы отлично справились. Еще раз спасибо.

— Ну что вы, — смущается пожилая женщина. — Это же моя работа.

Насколько я поняла из резюме, которое прислало агентство, Екатерина Васильевна большую часть жизни работала в детском саду, но последние семь лет перешла на должность няни. У нее были прекрасные рекомендации и пообщавшись с ней вчера, я поняла, что все они правдивы.

На нашу прошлую няню я тоже долго не решалась. Мне казалось, что обратиться за помощью будет непременно означать, что я не справляюсь с обязанностями матери. Но потом мне нужно было сходить к врачу и… у меня не было абсолютно никого, с кем я могла бы оставить ребенка. В итоге выяснилось, что и работаю я днем гораздо продуктивнее, чем глубокой ночью после того как Миша уснет.

Иногда, конечно, получалось, что я отдавала няне практически все, что успевала заработать написанием статей за то время, что она гуляла с сыном, но чаще я, конечно, успевала гораздо больше. Опять-таки, у меня просто не было выбора. Я знала, что если сама не заработаю деньги нам на еду, то у нас ее просто не будет. Поэтому и бралась за все что угодно. Писала статьи, составляла описания товаров для онлайн магазинов и вот уж где самая настоящая авантюра — создавала дизайн проекты интерьеров.

Эти два месяца пролетят очень быстро. Очень скоро я снова вернусь к статусу матери-одиночки. В моем случае это, естественно, спасение и облегчение, но пока можно воспользоваться этой временной передышкой. Тем более, Кирилл дал четко понять, что на всех этих интервью и светским мероприятиях ему нужна красавица-жена, а не замученная собака сутулая.

В общем, переборов огромные внутренние сомнения, я все-таки согласилась на массаж и теперь битые пятнадцать минут пытаюсь попрощаться с сыном.

— Мишутка, маме надо по делам, — уговаривает его няня.

— Я зайду вот в эту дверь, — киваю за свою спину, — и скоро вернусь. Здесь рядом есть прекрасный парк. Может, встретите там белочку? Передашь от меня привет, малыш?

Сын согласно кивает и в целом выглядит так, будто совсем не против прогулки в парке, но тем не менее мертвой хваткой цепляется за мою блузку.

— Давай обнимемся крепко-крепко и потом я поставлю тебя на ножки, договорились?

Сжимает меня изо всех сил своими маленькими ручками и на пару секунд я прикрываю глаза. Никогда не смогу насытиться этим. Его запахом. Тихим сопением. Безграничной любовью…

— Таисия! Вот так встреча! — доносится слева от меня.

Я плотно сжимаю челюсти, моментально узнав голос, а лицо Екатерины Васильевны вытягивается от удивления. Да, не каждый день на улице доводится встретить губернатора на пыльном тротуаре.

— Здравствуйте, Олег Евгеньевич, — сдержанно киваю Алексину. Несмотря на то, что в силу их с моим мужем должностей, нам очень часто приходилось пересекаться, между нами никогда не было теплых отношений. Возможно, дело в том, что Олег сам по себе довольно тяжелый человек. А может, в том, что он всегда понимал, что Кирилл метит на его место. Как там он говорил… должность мэра никогда не была его окончательной целью? Не удивлюсь, если и став губернатором, он на этом не успокоится.

— А это, я так понимаю, тот самый наследник? — с улыбкой обращается он к сыну. — Как хоть назвали? А то я сколько у Кирилла ни спрашивал, он все хранил тайну, шпион. Теперь-то я понимаю почему, — тут же смущается он. — Очень жаль, что вам пришлось пройти через это. Таечка, надо было попросить о помощи, у меня ведь тоже есть связи. А вы все сами, да сами…

— Назвали Михаилом. Спасибо, Олег Евгеньевич, — мне моментально становится неловко от нашей лжи. И пусть я принимаю в ней участие скорее подневольно, все равно совесть беспощадно меня грызет.

Миша, видимо, тоже решил высказать почтение такому уважаемому человеку и поэтому, не растерявшись, бросает в него силиконовый прорезыватель.

Губернатор пытается его поймать, но он все же успевает упасть на асфальт.

— Ничего страшного, — няня поднимает его и кладет на капюшон коляски. — У нас запасной есть.

— Даже два, — подтверждаю. Зуб никак не прорежется до конца и продолжает постоянно его беспокоить.

— Ну ладно, не буду задерживать, — Алексин слегка касается моих предплечий. — Увидимся на дебатах на следующей неделе. Михаил, — было приятно познакомиться.

Я слежу за тем, как он садится в машину и уже когда они отъезжают, ловлю свое отражение в пассажирском окне.

Оно не тонированное, но затемненное и поэтому передает изображение не совсем четко, но на секунду я готова поклясться, что мое же отражение мне помахало. Бред какой-то… Мне точно пора на массаж. А еще лучше к психологу. Скорее даже, к психиатру.