Глава 26

Эмоциональная перегрузка последних дней явно дает о себе знать. Потому что вырубилась я, кажется, еще раньше Миши и в итоге дневной сон у нас затянулся практически до вечера. Я стараюсь всегда придерживаться режима, но сейчас у меня нет ни сил, ни желания сокрушаться по поводу сбившегося графика. Да, ночью малыша будет сложно уложить, зато сейчас он счастливо улюлюкает, пока я пытаюсь хоть как-то пригладить взъерошенные волосы.

К сожалению, за время нашего отсутствия, толпа в доме так и осталась. Разве что свекровь, кажется уехала.

Надеюсь, Кирилл не ожидает от меня благодарности за то, что поставил на место свою маму. Его поддержка нужна была мне в самом начале наших отношений, когда все, кому не лень, пытались доказать, что я ему не пара. Сейчас же я бы вряд ли стала возражать. С удовольствием согласилась бы со всеми недоброжелателями и заверила их, что я с ними абсолютно согласна.

После разговора няни с Лидией Михайловной, мне совсем не хочется отдавать ей сына. Но когда Кирилл выдает свое фирменное «Таисия, нам надо поговорить», у меня меня просто не остается выбора.

Знаю, что выгляжу сейчас не на все сто. Сонная, растрепанная. Дневной сон редко кому-то идет к лицу. Но даже мысли не возникает попросить его дать мне пару минут, чтобы привести себя в порядок. Нет уж, «идеальная Таисия» осталась в прошлом. Сейчас ему придется довольствоваться мной настоящей. И если моему мужу что-то не нравится — это полностью его проблемы.

Правда, судя по взгляду, которым он меня одаривает, так и не скажешь, что он чем-то недоволен. Смотрит долго и пристально.

Я бы многое отдала за то, чтобы прочитать сейчас его мысли. По выражению лица абсолютно непонятно, что именно у него на уме.

Нет, я вижу, что он чем-то недоволен. Замечаю каждую глубокую складку, напряженные скулы… но связано ли это со мной или его работой — остается только догадываться. Впрочем, кажется, сейчас мы с его работой одно целое. Что там, что там — сделки, ложь и махинации. А внешне все это упаковано в идеальную красивую картинку.

— О чем ты хотел поговорить? — мне приходится первой нарушить тишину потому что Воеводин, кажется, готов целую вечность хмуро меня разглядывать. Не удивлюсь, если он и сам не отдает себе в этом отчет, будто в трансе пребывает.

— Завтра юбилей у Красовского.

— И? — осторожно уточняю, так как Воеводин вроде как не собирается вдаваться в подробности.

— Я бы хотел, чтобы ты пошла со мной.

— Это просьба или приказ? — холодно интересуюсь, вспоминая его слова о том, что включает в себя наш договор.

— Просьба, — выдыхает он.

— То есть, я могу отказаться?

Янис Красовский — та самая темная лошадка, которая стоит за успешной карьерой моего мужа. Хотя скорее даже не лошадка, а самый настоящий серый кардинал. Я никогда не интересовалась подробностями его биографии, но в том, что она связана с криминалом, сомнений не было.

Мы с ним встречались всего пару раз — на нашей свадьбе и на каком-то пафосном банкете года три назад. И каждый раз мне стоило больших усилий обращаться к нему по имени, а не использовать «дон Корлеоне» — уж слишком он походил на крестного отца из знаменитого фильма.

— Разумеется, ты можешь отказаться, — сквозь зубы произносит Кирилл. — Но для меня очень важно, чтобы ты согласилась…

— Тогда я отказываюсь, — развожу руки, не дав ему договорить. Он что, всерьез думал, что сделав траурное выражение лица и объяснив мне как это для него важно, я тут же забуду все наши разногласия и прибегу на помощь?

— Таисия, послушай….

— Я не хочу, Кирилл. Не хочу тебя слушать, не хочу тебя видеть и тем более, появляться в обществе с тобой. Поэтому сразу предупреждаю: если ты решил играть в благородного рыцаря и не давить на меня условиями нашего договора, можешь не рассчитывать, что я буду делать хоть что-то из этого добровольно. Понимаю, что тебе, любимчику публики, не хочется играть роль тирана… Но мне на твою совесть абсолютно наплевать. Я не собираюсь тебе подыгрывать.

— Ты всерьез считаешь меня тираном? — шокированно выдыхает.

— А еще абьюзером, — бросаю пылко. — И газлайтером. Ты ведь до сих пор пытаешься убедить меня, что я сама во всем виновата…

— Вижу, ты время эти два года не теряла и насмотрелась всяких вебинаров диванных психологов, — брезгливо выдыхает он.

— На вебинары у меня не было денег, дорогой муж. Поэтому я читала книжки. И больше я не позволю собой манипулировать.

— Я и не собирался, — огрызается он. — Неужели ты не видишь, что пытаюсь разговаривать с тобой по-хорошему? Я не угрожаю и не заставляю! Я просто прошу тебя, чтобы ты пошла на этот чертов юбилей со мной, потому что это важно для меня.

— Это ты не понимаешь, Кирилл. По-хорошему у нас уже не получится… Это просто невозможно после всего, что произошло. Поэтому или наберись смелости и называй вещи своими именами, или оставь меня в покое…

Мое дыхание рвется еще на середине этой пламенной речи, но я все равно выдаю ему все без запинки. Разворачиваюсь так резко, что даже голова кружится, но не успеваю сделать и пары шагов, когда в спину мне летит холодное:

— Ты права, Таисия. По-хорошему у нас с тобой не получается. Значит, придется все-таки по-плохому. Будь готова завтра к семи, мы идем на юбилей Красовского. И это не обсуждается.