60

— Всё будет хорошо, — гладила я по волосам Нину, которая закончила свой рассказ.

Глаза у обеих были мокрыми.

Я не могла отделаться от удушающего чувства вины, что не уберегла свою дочь…

Степан ждал в коридоре. Нина поговорила немного с отцом, но не захотела рассказывать, что случилось, и после того, что она мне поведала, стало ясно, почему.

Нина влюбилась. В какого-то знакомого своего одноклассника. Мальчик обратил внимание на Нину, но не так, как нам, девочкам, хотелось бы: злой принц хотел поиграть её сердцем, и как это говорится у молодежи — развести её. На то, чтобы она подарила ему свою первую ночь.

Нина не соглашалась на подобные личные встречи, тогда парень придумал заманить её в свою квартиру под предлогом празднования его дня рождения вместе с друзьями. Он попросту обманул девчонку. Когда та пришла, то обнаружила, что кроме двух парней в квартире никого не оказалось, но выпускать её они не захотели.

Сначала убедили, что всё в порядке и сейчас придут остальные, пытались её напоить, но Нина не поддавалась ни на какие уговоры и засобиралась домой, чем разозлила молодых засранцев.

Те под влиянием злости и выпитых напитков решили, что согласие Нины на контакт им не требуется.…

Подонки.

Руки так и чесались самой найти их и дать в нос!

Но марать руки и сидеть потом за них не хотелось, так что будем действовать по закону и пытаться наказать их по полной программе.

Нине повезло: внезапно вернулись домой родители главного ублюдка и предотвратили преступление. Однако отвечать за попытку его все равно придётся.

Слушать это было очень тяжело и как матери, и как женщине. В моей жизни был неудачный брак за плечами, но никогда не было откровенного насилия. Зато его пришлось пройти моей дочери.… И слава богу, что ничего у этих подонков не вышло, и Нина отделалась лишь ссадинами, однако психика девочки была однозначно подорвана. Я буду стараться восстановить её, конечно, найду ей хороших врачей, но такое залечит только время.…

— У тебя всё обязательно наладится. Боль уйдёт. Всё проходит, и это тоже пройдёт, — говорила я ей.

— Мам, я не вернусь в эту школу, — шелестела она тихо, прижимаясь ко мне. — Там… Все уже знают. И мне всё будет напоминать о…

— Не надо, не говори об этом, — мягко остановила я её. — Не думай о школе. Сначала надо поправиться, набраться сил. Успокоиться. А позже мы решим, что делать. Если это возможно, я переведу тебя в другую школу или переведу на дистанционное обучение.

— Ты поможешь, мам? — смотрела она меня так, словно я могла бы ей отказать.

— Конечно. Зачем ты спрашиваешь? — улыбнулась я ей. — Вы — мои дети, я всегда на вашей стороне.

— Я думала, что ты будешь меня ругать, — опустила она глаза.

— За что?

— Что пошла туда.…

— Тебя обманули.

— Да. Но я все равно поступила, наверное, глупо.

— Ты еще очень молода. Ругать я тебя не буду. Ты и так натерпелась.… Но учти этот урок, пожалуйста. Хорошо?

— Да. Хорошо. Мам, обними меня, пожалуйста.

Она прижалась ко мне крепче и улеглась на мои колени. Я стала перебирать её волосы и напевать колыбельную, которую Нина любила в детстве. Она её успокаивает и сейчас… Пусть слушает.

***

— Ну как она? — спросил Степан, когда я вышла из палаты.

— Уснула, — ответила я и вздохнула. — Разговор был тяжёлый….

— Я понял, что мальчики её как-то.… обидели?

— Да, — кивнула я. — Сюда придут опера. Будут говорить с Ниной. Медперсонал сообщил им обо всём, что случилось.

— Ну что ж.… Пусть приходит, только в нашем присутствии, желательно. Или хотя бы при враче.

— Естественно. Я обо всём постараюсь договориться и узнать, кто будет вести это дело.

Степан не спрашивал детали случившегося. Он понял всё сам по моим глазам.

Я ощущала как он кипел внутри и злился на отморозков, что так поступили с нашей дочерью. И сочувствовал мне, сопереживал. Горе как будто на двоих разделилось, но все равно было очень тяжело на душе и больно за Нину. Все же пропасть между нами, которая лишь выросла после ухода бывшего мужа от меня, чувствовалась довольно четко.

— Всё будет нормально, — снова притянул он меня к себе на плечо. — Не вини себя. Ты — хорошая мама, просто люди вокруг часто очень злые…

Я невольно прижалась к нему и закрыла глаза.

Мы с ним словно на миг вернулись в прошлое. Туда, где мы были вместе, одной семьёй.… Все-таки еще слишком мало прошло времени, чтобы я успела окончательно отвыкнуть от бывшего мужа, хоть я и не забывала о его подлом предательстве.

Очень странное чувство. Я всё помню, но все равно принимала от него поддержку.

Наверное, мне просто слишком тяжело было нести эту боль и горе одной и мне хотелось разделить его с тем, кого оно касается не меньше, чем меня — с отцом моей дочери.

— А я ушёл от Дины.