Глава 48

 — Кофе? — в трубке звучит слегка уставший голос Никиты.

 Я знаю, что сегодня он после тяжелой ночной смены. Когда я утром уходила, он спал на диване беспробудным сном. Я пыталась его разбудить, чтобы он перелег на удобную кровать, но он и бровью не повел. Продолжил лежать лицом в подушку и забавно сопеть. Так что мне пришлось тихо уйти, чтобы вот сейчас он мне позвонил.

 Бросаю взгляд на часы. Три. Видимо, он только проснулся.

 — Хочешь приехать на кофе?

 — Ага. Я в кафе недалеко от твоего офиса. Тебе взять?

 — Бери.

 — Десерт?

 — Нет.

 — Уверена?

 — Да.

 — Буду через пятнадцать минут.

 Я приободряюсь. Зачем-то открываю ящик стола, достаю портативное зеркальце, смотрю, не поплыл ли макияж. Несмотря на то, что я продолжаю жить у Никиты и он видел меня утром, сейчас хочется выглядеть лучше, чем утром. Да что там утром, он меня в не самом лучшем виде видел, когда я болела. А там как вспомню круги под глазами и бледную кожу…

 Убедившись, что с макияжем все хорошо, откладываю зеркальце в сторону и возвращаюсь к работе, хотя после звонка Никиты мысли так и скачут. Я не могу избавиться от того, что мне пора съезжать. Жить у него постоянно — не вариант, хоть я уже и привыкла к тому, что там мне безопасно.

 Я не жду появления бывшего мужа, Николая Викторовича или подружки, которая попросит освободить территорию для дочери. В его квартире я в безопасности и мне эгоистично хочется продлить это ощущение. А еще я эгоистично хочу чувствовать себя желанной, ловить на себе его взгляды, внимание.

 Я вздрагиваю от резко распахиваемой двери. Поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом, к сожалению, не с Никитой, а с Лизой. Она походкой от бедра заходит в мой кабинет, плотно закрыв за собой дверь и идет к моему столу. Я морщусь. Не могу сдержаться.

 — Вот, — она кладет на мой стол большую папку.

 — Что там?

 — Проект?

 — Какой проект? Ты забыла, что ты уволена?

 Она скалится, я же хочу вышвырнуть этот проект через окно. И ее, желательно, отправить за ним.

 — Ты не можешь меня уволить, — спокойно говорит она. — Я беременна.

 Улыбнувшись, он открывает папку. Внутри действительно проект. Впечатляющий объем, но как я уже и говорила, я не приму его в разработку.

 — Ты же хотела доказательств, что я не “пустышка”? Так вот они. Весь проект от начала до конца. Сделанный мной.

 Я поднимаю взгляд. Она стоит прямо, лицо спокойно, но губы дрожат.

 — Я не хотела доказательств. Я хотела, чтобы тебя не было в моей компании, — отвечаю так же спокойно. — Ты пришла мне напомнить, что ты “вложила душу”?

 — Я пришла сказать, что ты не можешь меня уволить, — отчеканивает она. — Потому что я беременна. И в трудовом договоре — между прочим, составленном твоим же юристом — не прописано ни одной причины для расторжения. Я консультировалась. Меня нельзя уволить до родов. И еще год после.

 Конечно же я знаю правила. Я просто надеялась, что Лиза не беременна. Глупо, безответственно, но меня заверили, что никакой информации о ее беременности в компании нет, значит, все законно.

 — Ты поставила в известность компанию о том, что беременна?

 — Сразу после того, как ты меня “уволила”. Я хочу здесь работать. Это то, что мне нравится.

 — Зачем это тебе? — спрашиваю, действительно ее не понимая.

 — А почему нет? Хорошая компания, стабильная работа, немаленькая зарплата. Это отличное начало карьере, которую я хотела сделать.

 — Мне казалось, ты хотела не карьеры, а удачно замуж.

 Она усмехается.

 — Я посмотрела на тебя, — признается. — И поняла, что никакого удачного замужества не существует. Мужчины предают и единственное, что у нас остается — мы сами.

 — Я не оставлю тебя.

 — Ты не можешь меня уволить.

 — Тут ты права. Но я могу сделать так, что ты уволишься сама. Проект твой я даже смотреть не буду, — брезгливо отталкиваю папку.

 — Ты должна!

 — Знаешь, что я должна? Не увольнять тебя. А нагружать тебя работой, давать тебе проекты или нет — сугубо мое решение. Лиза… я советую тебе уволиться. Я готова дать тебе рекомендации на будущее, но чтобы в моей компании ноги твоей не было.

 — Нет, — спокойно говорит она. — Мне здесь нравится. Я остаюсь. А проект… посмотри. Никто не сделает лучше.

 Она разворачивается и почти выходит из кабинета, но резко останавливается и, развернувшись ко мне, говорит:

 — Я готова сделать аборт. Избавиться от этого ребенка, если ты позволишь мне остаться и работать. Ни твой муж, ни твой сын, мне не нужны.

 — Неужели ты действительно считаешь, что дело в ребенке?

 — А в чем? Я забрала твоего мужа. И сын твой за мной хвостом бегает. Я могу их бросить, но мне нужна карьера. Подумай об этом.

 Она распахивает двери, выходит, а уже через минуту в кабинет заходит Никита.

 — Ты же ее уволила, — первое, что говорит он, видимо, увидев Лизу в приемной.

 — Не уволилась, — пожимаю плечами. — Беременная она, а таких, как известно, уволить нельзя по закону.

 Никита протягивает мне стаканчик с кофе, а свой ставит на стол. Смотрит в сторону папки, рассматривает. Того, что видно, достаточно, чтобы понять, что работа действительно стоящая. Как бы мне не хотелось не признавать, но я не могу этого сделать. Я вижу это. Вижу, что Лиза, видимо, все-таки училась и чему-то научилась, но все равно я не хочу делать ей карьеру. Не собираюсь в этом помогать.

 — Это хорошо, — замечает Никита и меня это, к моему собственному удивлению, раздражает.

 Мне очень хочется это опровергнуть и, подобно маленькой девочке, нажаловаться на то, что это не может быть хорошо, потому что это сделано той, которая разрушила мою семью, но я закусываю губу и молчу.

 — Лен… а как ты смотришь на то, чтобы пойти со мной на свидание? — вдруг спрашивает Никита.