Глава 25

Анна

Этой ночью я сплю плохо.

Постоянная фоновая тревожность не дает мне нормально расслабиться. Едва проваливаюсь в сон, как тут же в испуге просыпаюсь с колотящимся сердцем.

Внезапно понимаю, что мне до ужаса хочется вернуться во времени назад. Тогда, когда мы еще любили друг друга. Взаимно, страстно, искренне.

Могла ли я что-то изменить в этот момент? Могла ли как-то предотвратить развал нашей семьи? Могла ли что-то предпринять, чтобы спасти нас?

Я не знаю. Может, и я отчасти виновата в том, что произошло? Может, ему чего-то не хватало? Может, я была слишком занята своими делами, что за ними не замечала того, как постепенно отдаляется мой муж?

Я даже не помню тот момент, когда он перестал смотреть на меня с восхищением. А ведь он смотрел так долгое время. Так долго, что я привыкла. Думала даже, что так будет всегда. Как глупо.

Встаю, за окном еще темно. Раннее утро. Салон еще закрыт.

Я потягиваюсь и разминаю затекшие на неудобной раскладушке мышцы.

Руки дрожат, я завариваю себе растворимый кофе.

Внезапно вспоминаю пророческие слова Влада о том, что вместо отборного кофе люксовой марки, сваренного в дорогой кофемашине, я буду пить растворимую бурду.

Так и есть. Но не это самое ужасное.

Самое ужасное — ощущение одиночества.

Вот, казалось бы, живешь ты своей обычной жизнью, все у тебя хорошо. Вокруг родные, семья, друзья.

А случись что, и внезапно понимаешь, что положиться-то и не на кого.

Муж тебя предал.

Дочь… с дочерью отношения непростые, ведь она всегда была на стороне отца.

Мать переживает, но не поддерживает, уговаривая тебя вернуться к сытой жизни.

Брат вообще винит тебя в своих бедах и внезапно свалившихся на голову проблемах.

У подруги свои заботы.

Вот и выходит, что вроде и много было людей вокруг, а в трудный момент ты оказываешься совершенно одна.

Я просто не знаю, как жить дальше. И дело даже не в салоне, и вообще не в деньгах.

Смотрю на себя в зеркало — лицо бледное, глаза красные, волосы спутаны. Делаю судорожный вдох и вытираю слезы рукавом.

Надо привести себя в порядок. Как бы там ни было, а я — женщина. Нельзя забивать на себя. С этого и начинается падение в пропасть.

Я заканчиваю укладку, когда в дверь вдруг звонят.

Я уже подняла жалюзи, так что вижу на крыльце Андрея. Спешу к нему и открываю дверь, приглашая его войти.

Андрей, в пальто припорошенном снегом, глаза теплые, но тревожные.

— Аня, как дела? Я решил навестить тебя по дороге на работу. Как прошел разговор с адвокатом? — голос мягкий, он шагает внутрь, ставит портфель у двери, запах его одеколона смешивается с холодом.

Я киваю, стараясь проглотить болючий ком в горле, взять эмоции под контроль и не давать снова волю слезам.

— Ну так… Поняла, что все серьезнее, чем я ожидала. Он сказал, что будет долго, сложно… — слезы подступают уже вплотную, и я отворачиваюсь, пряча лицо.

Он подходит ближе, кладет руку на плечо.

— Ты не одна, Аня. Я помогу. Влад — подлец, но ты сильнее его.

Я замираю. Его рука тяжелая, теплая. Это должно быть ободряющим жестом, но внутри что-то смущенно сжимается.

Я благодарна ему. Он поддерживает меня, помогает, и я это ценю. Даже ощущаю некую симпатию к нему, но... В то же время есть странное чувство, будто он переходит границу, к которой я не готова.

— Не уверена… — бормочу я в смятении.

Его тепло обжигает, я замираю — хочу оттолкнуть, но не могу. Меня словно парализовало.

Неловкость накатывает волной — мне хочется отстраниться, но я боюсь, что он поймет это неправильно.

— Ты сильнее, чем думаешь. Влад не сломает тебя.

Я смотрю в его глаза — добрые, знакомые, и не знаю, как мне себя с ним вести. Андрей — хороший человек, и я ему здорово обязана, но…

Внезапно боковым зрением замечаю какое-то движение за окном. Неудивительно, ведь мы стоим совсем рядом.

Поворачиваю голову. Снаружи уже посерело, а потому я вижу знакомую фигуру.

Волосы уложены, пальто элегантное, она идет к двери, но останавливается. Ее глаза скользят по стеклянной стене.

Я замираю, сердце колотится — что ей надо? Андрей оборачивается.

— Кто там?

Я шепчу:

— Вика.

Она смотрит через стекло, видит нас. Ее взгляд фиксирует руку Андрея на моем плече, глаза сужаются, а губы поджимаются. Она смотрит еще секунду, поправляет воротник и разворачивается.

Я делаю шаг к двери и открываю ее.

— Вика…

Не останавливаясь, она бросает через плечо:

— Нет, я просто хотела навестить. Но вижу, что ты занята. Позже заеду.

Торопливо уходит к машине, шаги гулкие, снег хрустит.

Я дрожу — она видела Андрея, она скажет Владу.

Андрей хмурится:

— Что ей нужно?

— Не знаю, — шепчу я.

Но это плохо. Просто чувствую, что все это не пойдет мне на пользу. Внутри пробегает холодок.

Я не слишком доверяю Вике. Не знаю, в какую игру она играет, и точно не знаю правил.

Андрей вновь прикасается к моей руке, но я отодвигаюсь.

Он ведь не обидится, правда?

Влад

Я сижу в своем кабинете, уставившись в экран ноутбука, но вижу не цифры, не отчеты, не рекламные стратегии. Перед глазами — ее лицо.

Анна. Злая, упрямая, готовая разорвать меня на части.

Черт бы ее побрал.

Я щелкаю ручкой, стучу пальцами по столу, но ничего не помогает. Бесит.

Я не должен так реагировать, не должен позволять ей разрывать мне голову.

Но как же это выбешивает — ее упертость, ее желание вычеркнуть меня, отрезать, будто я – опухоль, от которой она наконец избавляется.

— Влад, ты меня слушаешь?

Голос партнера по бизнесу тянет меня обратно в реальность.

Я лениво перевожу взгляд на него. Вроде бы говорит что-то важное — обсуждает новые контракты, рекламные бюджеты, упоминает какие-то крупные сделки.

Мне плевать.

Я киваю, делая вид, что слушаю, но слова проскальзывают мимо. Мои мысли снова там, в этой чертовой парикмахерской, где Аня сейчас, наверное, обдумывает, как уничтожить меня.

Усмехаюсь.

Впрочем, она и правда уничтожает меня. И вполне успешно. При этом даже не осознает.

— В общем, если мы заключаем сделку, то можем увеличить охват вдвое. Вариант с наружкой на федеральных трассах все еще актуален.

— Отлично, — бросаю я, даже не особо вникая.

Партнер одобрительно кивает, но я чувствую его легкое раздражение. Ну и пусть. В конце концов, я — тот, кто приносит им деньги, а не наоборот.

Я откидываюсь в кресле, делая вид, что изучаю таблицы на экране. На самом деле я смотрю в пустоту.

Стук в дверь заставляет меня повернуть голову. Оказывается, я уже один в кабинете.

— Занят, — бросаю я, но дверь уже открывается, и в кабинет заходит Вика.

— О, прости, я помешала? — голос мягкий, обволакивающий.

Я закатываю глаза. Только ее сейчас не хватало.