Глава 13

Полина

Знакомых адвокатов у меня на примете не было, как-то не приходилось обращаться. Полянский и так для меня много сделал, просить его помочь мне снова было стыдно, а отцу я пока отправила короткое сообщение с просьбой перезвонить. Сделала первый шаг. Странно было бы звонить ему и сразу вываливать новость о предстоящем разводе. Говорить такие вещи лучше при личной встрече.

Поэтому я позвонила своей бывшей одногруппнице, Инне.

Кажется, ее брат как раз работал адвокатом по бракоразводным процессам. Она свела нас, он как раз закончил один крупный бракоразводный процесс и был открыт для новых клиентов.

Егор Анисимов. Высокий блондин с короткой стрижкой, в классическом, явно недешевом костюме. Очки в прозрачной оправе идеально сидели на его овальном лице, а заостренные скулы и холодный взгляд определенно заставляли конкурентов нервно сглатывать.

Мы встретились с ним немного заранее и обсудили некоторые нюансы, но всё равно перед встречей с Каримом я нервничала так сильно, как никогда.

Угрозы мужа до сих пор стояли в ушах. Никогда еще я не слышала, чтобы он так грубо и жестко разговаривал со мной. Он был так решительно настроен. Говорил как чужой.

Неужели и правда способен испортить мне жизнь? Неужели так сложно отпустить меня? Зачем я ему? У него же теперь новая жена, которую принимает вся его родня.

Неужели он не видит, что как прежде ничего уже не будет? После того как он привел в дом Диляру, он уничтожил наш брак. Я никогда не смирилась бы с изменой и предательством.

Когда мы пришли в назначенное Каримом место, там уже сидела толпа адвокатов, но самого мужа при этом не наблюдалось. Пока я ехала на встречу, думала о том, что, возможно, рискую. Что Карима я теперь и не знаю, он может причинить мне вред. Заставить делать то, что ему нужно.

Но потом я подумала – а какого черта я, взрослая, независимая женщина, буду бояться? В конце концов, мы не одни там будем, да и вообще, бояться собственного мужа – это дно.

Только мы с Егором сели за овальный стол, как вдруг двери конференц-зала открылись и внутрь вальяжной походкой ступил сам Карим. С таким видом, будто он – хозяин положения.

Я прикусила нижнюю губу и сначала опустила глаза, чувствуя себя в сидячем положении в невыгодной позиции, но вставать было бы еще более глупо. Будто я хотела бы его поприветствовать. Но нет, я решила вести себя исключительно по-деловому, хоть сердце и рвалось в клочья, а тело мелко тряслось, от нервов знобило.

– Не показывайте страха, Полина, – прошептал мне на ухо Егор и коснулся моей руки, которая лежала на колене.

Я резко отдернула руку. Испуганно бросила взгляд на пока еще мужа. Карим никогда никому не позволял меня касаться. Мало того, что он и сам ужасно ревнив, так и в принципе у их народа такие обычаи. Нельзя касаться женщин.

Черт. Дурацкая привычка во всем подчиняться мужу. Ее я смогу искоренить еще нескоро.

– Доброе утро, Полина! – практически рыкнул Карим.

Я встретилась с ним глазами и вздрогнула. От него не ускользнуло, что Егор сидел слишком близко ко мне, еще и шептал что-то на ухо. В глазах практически бывшего мужа отчетливо читалась ярость. Я машинально отодвинулась от адвоката вместе со стулом, затем опомнилась, но пододвигаться обратно было бы глупо. В конце концов я просто вздернула подбородок и кивнула на его приветствие.

– Раз все собрались, давайте начнем, – начал говорить Егор, но Карим даже не повернул головы в его сторону.

– Ты уверена в своем решении, Полина? – спросил он у меня и прищурился, дергая верхней губой. – Назад дороги не будет.

– Ни в чем еще не была так уверена, как в желании развестись.

– Ну что ж, – как-то странно то ли ухмыльнулся, то ли скривился он. – Начинайте.

Карим кивнул адвокатам, и те стали переговариваться друг с другом, достали документы и посмотрели на Егора.

– Ты ему хотя бы о брачном контракте сказала, Полина? Или не посчитала это важным?

Я стиснула челюсти, сильнее злясь на него за это пренебрежение. Это я та, кто должен быть агрессивен и в ярости. Никак не он.

– Егор – опытный адвокат, так что да, с брачным контрактом он ознакомился, – процедила я сквозь зубы и сжала кулаки под столом, хотя было велико желание, чтобы они встретились с лицом Карима. Кстати, о нем и его синяках. – Фиолетовый цвет тебе к лицу, Карим, даже не замечала, насколько.

– Лестно, Полина. Твой любовничек постарался, – в таком же тоне ответил мне Карим, а затем посмотрел на моего адвоката. – Вы, Егор, гляньте внимательно на пункт 5.3. Ваша клиентка ведь умолчала, что она его нарушила?

Я насторожилась, а вот Егор стал листать договор, сдвинув брови. Мне не понравилось, как он засуетился.

– Сделаем перерыв в пять минут. Нам с клиенткой нужно переговорить, – произнес он и встал из-за стола. Я подорвалась следом, не понимая, что не так и почему у него такое кислое выражение лица.

Мы отошли в угол, где стоял кулер, и, пока я наливала в стаканчик воду, Егор тихо ввел меня в курс дела.

– Пункт 5.3 гласит о супружеской верности, Полина. Скажите, вы ведь были верны мужу?

Я застыла и активно заработала шестеренками в своей голове. Черт. Я и забыла об этом пункте. Когда я подписывала договор, раздел пять я лишь пролистала и глянула краем глаза, ведь я и измена – понятия несовместимые. Я собиралась быть верной Кариму всю жизнь, так что меня это совершенно не насторожило.

– Я никогда не изменяла мужу, Егор, что бы он там себе ни напридумывал, – вздернула подбородок и прошипела я, боковым зрением видя, как Карим вольготно расположился на стуле, совершенно ни о чем не беспокоясь.

Именно его спокойный вид так меня взбесил, что мне пришлось сделать несколько глотков прохладной воды, чтобы привести себя в чувство.

– Это хорошо, Полина, так как иначе вы не только лишаетесь содержания…

– Его деньги мне не нужны, мы уже обговорили этот момент. Не понимаю, зачем тянуть с разводом. Даже если бы был факт измены, а его нет, и поскольку на содержание я не претендую, не думаю, что это важно.

Я перебила Егора, и, судя по выражению его лица, зря. Он хотел сказать что-то, что мне явно не понравится.

– Не только содержания, Полина, но и какого-либо совместно нажитого имущества. Максимум, что вам светит в таком случае согласно брачному контракту, лишь фамилия, если говорить простым языком. И то только по согласованию с Каримом Бислановичем. А отсутствие имущества и факт измены сделают вас неблагонадежной матерью, так что ваш муж сможет выиграть суд об опеке над вашей дочерью.

Раньше я бы подумала, что это невозможно, но теперь не сомневалась, что Карим попробует отобрать Диану из чувства мести. Жалела ли я теперь, что поддалась порыву и сбежала, тем самым себя подставив? Нет.

– Там так написано? Наверняка мелким шрифтом, – ахнула я и не заметила, как сжала пластиковый стаканчик. Благо всю воду я выпила, так что не облилась, а оный полетел в мусорку.

– Нет, Полина, никаких мелких шрифтов. Так что вернемся к основному вопросу. Есть ли у вашего мужа какой-то компромат на вас, чтобы он мог веско утверждать, что адюльтер с вашей стороны имел место быть?

Я было открыла рот, чтобы яростно убедить адвоката, что я законопослушная гражданка, хорошая мать и благочестивая супруга, как вдруг вспомнила те снимки, которые кинул мне под ноги Карим при прошлой встрече. Там отчетливо видно, что я нахожусь в доме Полянского, а на его руках находится наша с Каримом дочь Диана. Черт! Неужели всего одна ошибка может лишить меня дочери?

– В ночь, когда я ушла из дома, мы с дочкой ночевали у моего друга, – сглотнув, прошептала я на ухо Егору, чувствуя, как испариной покрывается всё тело. – Но никакой измены, просто хороший друг. Я у него работаю сейчас. Но у Карима есть фотографии…

Я быстро ввела Егора в курс дела, и по мере того, как он мрачнел, уходила и моя уверенность в себе.

– Но ведь Карим привел в дом будущую вторую жену. Он ведь мне точно изменил!

– К сожалению, Полина, в договоре прописан пункт измены только со стороны жены. Ограничений для мужчины нет.

Я оглянулась на Карима, чье лицо было побито мне на радость, и с горечью осознала, что он никогда не планировал быть мне верным. Господи, если бы я не была так влюблена тогда, заметила бы, что верность в договоре касалась лишь меня? Почему же я была так ослеплена и, наоборот, подумала, что пункт про измену касается нас обоих? Еще и как дура решила, что это лишний раз доказывает его любовь ко мне. Посчитала, что отец был в корне не прав, считая, что я совершаю ошибку, а сейчас… Вон как всё обернулось.

– Скажите, может ли кто-то свидетельствовать в вашу пользу, что в ту ночь у вас с Полянским ничего не было?

Услышав вопрос Егора, я замерла. Ночевал ли тогда с нами кто-то в квартире, кроме нас? А может… Соврать?

– А если домработница Руслана?

Насколько я знаю, тогда она точно была в доме, вот только во сколько ушла… Не знаю…

– Уже неплохо, – кивнул Егор, но даже я поняла, что этого мало.

Воцарилась недолгая тишина.

– Полина, – начал он говорить. – Насколько мне сказала Инна, ваш отец – Лев Архипович Демидов, верно?

– Да.

– Будет лучше, если ваша родня подтвердит, что после разлада с мужем вы поехали с дочерью в отчий дом. Как я понял, это не противоречит устоям семьи вашего мужа Карима. К тому же слово такого уважаемого человека имеет вес.

Егор не сказал этого прямо, но намекнул, что в моем случае лучше будет соврать. А это значит, мне нужно убедить моего отца, что так оно всё и было. Пойти к нему на поклон.

– Ну! Вы закончили совещаться или как? – с недовольством спросил Карим, затем встал и подошел чересчур близко ко мне, убедившись, что никто нас не слышит. – Пока вы не начали тут адвокатские баталии, я хочу сделать предложение своей жене. Она его оценит. Выбора-то особо и нет.

Карим оскалился так, будто перед ним стоял ярый конкурент, а не я, и от этого взгляда меня прошиб озноб. Не от страха, нет, скорее, от злости, что мы докатились до такого. Я знала, что Карим никогда не сможет поднять на меня руку, как бы ни был зол, в контроле ему было не отказать.

– Что тебе нужно?

– Ты в невыгодном положении, Полина. Ты ведь хочешь сохранить опеку над Дианой?

– Да.

– Я обеспечу тебе содержание и не стану отбирать дочь, но при одном условии.

– Каком же?

– Ты будешь присутствовать на моем никяхе с Дилярой. Как послушная первая жена, которая одобряет мой новый брак и выбор. И только после этого я тебя отпущу. Иначе…

Он сделал многозначительную паузу, но всё было ясно без слов. Отберет Диану.

– С чего мне верить тебе? – с горечью спросила я. – Ты только и делаешь, что угрожаешь мне.

– Я дам тебе клятву, что не отберу дочь, если придешь. Устроит?

– Устроит? Господи. Я тебе верила, верила твоим лживым клятвам, а ты оказался только подобием мужчины, ты не держишь свое слово и считаешь нормальным шантажировать ребенком! Ты всегда хотел взять вторую жену? Не хотел хранить верность? Так у вас прикрывают и оправдывают измену?

Несмотря на мои попытки держать себя в руках, я всё же сорвалась. Лицо Карима насупилось, а сам он стал темнее тучи.

– Глупая ты, подождала бы немного и всё бы поняла, а своими действиями ты сама разрушила наш брак.

– О чем ты? – прошептала я в шоке.

Карим молчал, не отпуская моего взгляда. И я читала в его черных глазах столько всего: презрение, укор, злость, ревность, но и тоску, его тягу ко мне…

Они были осязаемыми и даже отзывались во мне, но я подобралась и выглядела равнодушной. Нас уже не вернуть, Карим. Убирайся к своей Диляре.

Я не сказала этого вслух, но этого и не понадобилось. Он понял по моему виду. Скрипнул зубами и процедил на прощание:

– Ты услышала меня, Полина. Либо будет, как я сказал, либо жди суда!