Глава 27

Карим

Я вполне себе терпел Диляру рядом и лгал самому себе, что меня устраивает этот брак. Хотел показать Полине, что я кому-то нужен. Хотел заставить ее ревновать. Да, я был на нее адски зол! Нуждался в мести!

Но ничего не вышло. По итогу причинил вред только самому себе.

– Не переживай, я буду вести себя паинькой, – запела Диляра совсем по-другому, улавливая мой посыл. – Хочу лишь убедиться, что нашему браку ничего не угрожает. Мы ведь образцово-показательная семья. И скоро у нас будет пополнение.

Я не сразу понял ее фразу, а затем она вдруг опустила руку на живот и погладила его. Показательно, намекая на…

– Ты беременна?! – спросил я и стал подсчитывать даты, когда мы последний раз были с ней близки.

– Мы должны родить наследника, Карим. Сына! Все от нас этого ждут, – произнесла она как-то странно, оставив меня в сомнениях.

Намекала ли она на беременность, или просто хочет забеременеть.

Ребенок от Диляры мне не нужен. Мне нужен развод, и это только вопрос времени, когда я поставлю точку во всей этой истории. У нее ни разу не было даже задержки, так откуда ребенок? Я привык верить интуиции, и сейчас нутром чуял, что Диляра что-то задумала. Если и беременна, то с какой-то целью и хитрым расчетом.

Но я выясню. Пусть не думает, что сможет меня облапошить!

А рожать мне детей будет Полина!

Диляра потащила меня в центр зала, а я так выпал из реальности, что не сразу осознал, напротив кого мы остановились.

– Поздравляю с открытием танцевальной студии! Место для строительства было выбрано невероятно удачное, Руслан. Вы сделали для своей невесты такой великолепный подарок. Сразу видно, как вы ее любите, – заулыбалась Диляра, пока я отходил от ее слов.

Нет. Никак нельзя допустить ее беременности, иначе Полина никогда не примет меня обратно. Мои шансы и так стремятся к нулю, а забеременей Диляра, и дорога к любимой женщине будет закрыта.

– Добро пожаловать! – ответил Диляре Руслан, а вот Полина смолчала, даже не посмотрела в нашу сторону, будто мы – пустое место.

Такие же гости, как все остальные. И будто не были мы так близки, что становилось неясно, где она, а где я. Словно мы не были единым целым.

Гноящаяся рана внутри засаднила. Закровоточила.

Полина смогла больно уколоть своим равнодушием. Холодная статуя, а не моя любимая, страстная, восторженная жена, смотрящая на меня как на бога.

А что теперь? Что, Полина? Ты правда совсем ничего не чувствуешь?

Неужели я недостоин того, чтобы ты хотя бы взглянула на меня одним глазом?

Я же смотрел на нее не таясь. Моя это женщина. Моя. Пусть и не подает вида, но я знаю, я верю, что смогу вернуть ее, завоевать, снова сделать своей по праву.

В постели, в сердце, в мыслях – везде буду главенствовать я!

Кровь быстрым потоком отлила от головы, пах натянулся от неуместного желания, которое мгновенно поработило меня.

Унять его я был не в силах, ведь красота Полины сражала наповал.

Она и раньше была прекрасным, чувственным цветком, но юной. Едва распустившимся бутоном. И это я был тем, кто научил ее всему. Я был ее первым – и я буду единственным, даже если мне придется пойти на крайние меры, прикончить Полянского, похитить жену и привязать к кровати, мучая ласками, пока она не сдастся.

Но в этот раз я буду действовать иначе. Я наделал ошибок. Я вел себя как дерьмо. Унизил любимую женщину, дал себе и другим ее обидеть. Она сказала всё верно, и хоть во мне тлела обида, что она не дала и шанса высказаться и нормально объяснить свою позицию, я признавал в ней право чувствовать себя потерпевшей стороной.

Я потерял ее, потерял дочь – и теперь готов действовать разумно, а не как дикий горец, мнящий себя во всем правым.

Я ошибся – но все свои ошибки искуплю.

Ради Полины наступлю на горло ненужной гордости, она здесь совсем не помощник.

Она поймет, что я готов пойти на всё, чтобы вернуть всё как было.

Голодным взглядом шарил по ее закрытому длинному платью. Красивая темно-красная ткань струилась по телу и обнимала его. Подол скрывал стройные ножки, прятал от меня волнующие изгибы и дразнил воспоминания. Впервые в жизни я завидовал тряпке! Сердце запульсировало внутри, колотясь о грудную клетку.

Черт, Полина, женщина, как бы я хотел избавить тебя от этого футляра…

Стоял, смотрел на нее и сгорал заживо. Странно, что от меня не шел пар. Дикий зверь внутри встал в стойку. Приготовился к прыжку, хоть я и запер его в клетке.

Тихо, Карим, тихо, здесь люди, а ты не дикарь…

– Отличный подарок, – выдавил я из себя, чтобы заполнить неловкую паузу, но не отрывал своего взгляда от Полины. Она похорошела за этот год. Будто расцвела. Такой я видел ее в последний раз еще до нашего с ней брака. Когда только встретил. Она вся сияла изнутри и испускала счастье. Неужели наш развод пошел ей на пользу? Или это любовь другого мужчины так на ней отражалась?

Я сцепил зубы и задержал дыхание, чтобы успокоиться. Но не помогло. Внутрь словно кто-то вбил кол, острием протыкая все органы, но в первую очередь – сердце.

Внутренности скручивались в тугой жгут, превращались в фарш, когда я смотрел на Полину под руку с Полянским. Так и хотелось оторвать ему их под самый корень, чтобы не распускал на то, что принадлежит мне!

– Руслан меня балует, я так благодарна ему. Он во всем меня поддерживает, – вдруг произнесла Полина и впервые за вечер глянула мне в лицо. Там не было прежних чувств, которые бы срезонировали с моими, которые так и гудели внутри, лишь холод и равнодушие. Чистый белый лист, на котором не было ни одной эмоции. Ни одного чертового всплеска в мою сторону!

Как же так, Полина? Как же так?

– Очень рад за тебя, Полина, – произнес с плохо скрываемым раздражением.

Камень в мой огород с ее стороны засчитан. Но она права. Я активно сопротивлялся тому, чтобы она вообще работала, и сейчас она почти прямо говорила, что нашла то, чего не могла получить в браке со мной. Горько. Горько, я не догадался, как это важно для нее. Жизненно необходимо. Думал, что меня одного хватит, чтобы заполнить всю ее жизнь.

Но Полина не такая…

– Благодарю, Карим, – сухо произнесла она и выдавила из себя улыбку.

Фальшивую, ненастоящую. В ней не было тепла. Я ведь знал, как улыбалась прежняя – моя – Полина. А эта новая женщина не моя, и в этот виноват лишь я сам.

– Как Диана? Я бы хотел обсудить с тобой наши с ней встречи.

Не стал тянуть кота за хвост, переходя к делу. Уже видел, как она смотрела по сторонам и тянула Руслана в сторону. Хотела сбежать. Уверен, отпусти я ее сейчас, и больше не поймал бы в течение всего вечера.

– Встречи? – в шоке спросила она, не ожидала от меня подобного.

На красивой шее забилась предательская жилка, выдавая волнение. Зрачки нервно заметались. Она дерганым движением откинула назад красивую струящуюся массу блестящих волос. Моя красавица заволновалась.

Я наконец пробил ее ледяной панцирь. Но удовольствия и триумфа не почувствовал. Мне не нужен страх. Не нужно слепое подчинение.

Нужна Полина, смело и добровольно идущая мне навстречу.

– Да. Я ведь отец.

Диляра сузила глаза, я видел это периферийным зрением, но молчала, не имела права вмешиваться в такие дела. Руслан же не выказывал напряжения, но я на него не смотрел. Весь его вид меня раздражал. Я не понимал, как Полина могла променять меня на него. Он не заслуживает ее. И даже если подарил студию, то явно заглаживал вину за свои грехи. А они у него есть, я точно знаю, держа руку на пульсе.

Ничего. Пока промолчу, а после подарю ей другое здание. Раз она хочет заниматься этим, то пусть.

Кто я такой, чтобы требовать от нее после всего произошедшего между нами сидеть дома и воспитывать детей? Пора понять, что у нее есть свои мечты. Пора понять, что она не домашняя девочка, которая потерпит давление и приказы. Дураком я был, что не понял сразу этого. Я сам себе придумал то, как выглядел наш идеальный брак, только у любимой жены не спросил…

– Моя помощница напишет даты, когда ты сможешь видеться с Дианой. Она маленькая, поэтому только на территории дома моего отца, – скупо и по-деловому бросила Полина, и весь ее вид так и олицетворял нежелание со мной общаться и порыв сбежать куда подальше именно сейчас.

Я прищурился, проглотив готовое вырваться возражение. Прочитал ее слова между строк. Ты сможешь видеться с дочкой только под вниманием охраны.

Что ж. Пусть так. Пока что.

Руслан и Полина ушли поприветствовать других новоприбывших гостей, а я остался наедине с Дилярой.

– Что это было, Карим?! – прошипела она, дергая меня за локоть. – Ты до сих пор любишь ее? Тебе не стыдно? Что за сцену ты тут устроил?! Ты показал неуважение ко мне как к твоей жене. Даже не посоветовался со мной!

Я перевел взгляд на нее и вздернул бровь.

– Я когда-то обещал тебе любовь, Диляра? Что за истерика? С каких это пор я должен отчитываться перед тобой?

– Истерика? Я держу себя в руках, в отличие от тебя! Все вокруг видели, как тебя корежило от присутствия Полянского. И как ты готов был наброситься на…

– Замолчи, Диляра! – прошипел я, видя, что все вокруг стали оборачиваться в нашу сторону. – Если не умеешь вести себя на людях, то поедешь домой.

– И оставить тебя с этой? Чтобы вы уединились?!

– Не с этой, а с моей женой. Следи за своим языком, поняла?!

Она скуксилась и замолчала. Глаза наполнились слезами, но они меня совершенно не тронули. Фальшивые слезы от ненастоящей жены, что мне до них?

– Я пойду припудрю носик, – всхлипнув, попыталась она взять себя в руки и развернулась в сторону уборной.

Я же написал водителю, чтобы ехал сюда. Примет ли Полина от меня букет? Примет. Все ведь смотрят, она не захочет закатывать скандал при всех. А значит… Она примет мой подарок в присутствии Полянского. И пусть он видит, что я претендую на нее и не отступлюсь. Пусть подавится своей студией, я отгрохаю Полине не меньше.