Глава 33

Полина

– Да, доченька, па, – грустно улыбнулась я, чувствуя долю вины в том, что она целый год не видела своего отца. Конечно, главный виновник произошедшего – Карим, но я ведь мать. Понимала, что когда-то они будут общаться, могла бы хоть рассказывать малышке, что у нее есть папа…

– Па-па-па, – стала повторять дочка, услышав новое слово, не умолкала до самого выхода, и от этого мне становилось всё хуже.

Когда я сказала Кариму, что встречи будут проходить во дворе дома моего отца, то погорячилась. Назначила местом встречи парк на окраине города, который был как раз ближе всего к дому, взяла с собой охрану, но отцу ничего говорить не стала. Побоялась его реакции. Несмотря на то, что у Карима были все права видеть дочь, сомневаюсь, что отец одобрил бы и обрадовался его появлению. Вспомнить только его реакцию на появление моего бывшего мужа на открытии танцевальной студии.

Всё то время, что мы ехали в парк, я мандражировала перед встречей.

Воспоминания о нашем с Каримом поцелуе даже спустя сутки выбивали из колеи. Я врала себе, что переболела, что злость и обида перекрывают любовь. Одним-единственным поцелуем Карим доказал обратное. Но это ничего не значит. Мансуров сделал слишком многое, чтобы перекрыть нам путь друг к другу.

– Ма, – проговорила вдруг дочка и подергала меня за рукав. – Ня… Утя… Ня…

“Ня” в ее речи означало кушать, а “утя” – уточки. Мы часто выбирались в этот парк и кормили уточек хлебом, так что я сразу поняла, чего она хочет.

– Да, кнопка, я всё взяла, – потрясла я перед ней пакетом с хлебом.

Дочка сразу же разулыбалась и успокоилась, снова посмотрела на окно. Ей нравилось ехать внутри машины и наблюдать за тем, что происходило снаружи. Иногда я видела в ней себя, особенно в такие моменты, когда она вела себя спокойно, но порой она проявляла упорство, когда не получала желаемого, и стояла на своем, пока не выходило по ее.

В этом она пошла в Карима. В такие моменты мое сердце обливалось кровью.

Встреча была назначена сразу у входа, и когда я доставала дочь из салона авто, то понадеялась, что Карим проявит благоразумие и появится один. Свекровь весь этот год не проявляла желания увидеть внучку, и пусть так и останется в будущем. Было обидно за дочь, которую не считали в семье Мансуровых своей, но ее психика была мне дороже.

– Я рад, что ты приехала, как и обещала, Полина, – прозвучал глухой голос Карима сзади, когда охранник вытащил из багажника машины коляску.

– Я привезла дочь. Не рассчитывай, что снова сможешь унизить меня, – прошипела я ему тихо, пока дочка отошла, чтобы посмотреть, лежат ли там ее игрушки.

Пока что Карим ее не заинтересовал. Она привыкла, что рядом постоянно крутилась охрана, и Карима посчитала, видимо, одним из ставленников деда.

Конечно, я не рассчитывала, что они будут скрывать события сегодняшнего дня от моего отца, но была рада, что серьезный разговор с ним произойдет вечером.

– Унизить? Я никогда подобного не замышлял, Полина. Ты знаешь о моих чувствах и отношении к тебе.

– Упаси боже от такого, – пробурчала я и кивнула охране, чтобы двигались от нас в отдалении.

Я взяла дочку на руки, а коляску дала Кариму.

– Не познакомишь нас? – просипел он, глядя на нашу дочь. Я побоялась посмотреть в его глаза, не хотела видеть там того, что слышала в его голосе, полном любви и ласки. Подобное подделать невозможно, так что мое сердце против воли растаяло, но я продолжала держать оборону, помня о прошлом. Никогда не забуду своего унижения.

– Познакомить? – с горечью произнесла я. – Ты себя слышишь, Карим? Нашей дочке полтора года уже, а ты только сейчас просишь познакомить вас.

– Так говоришь, будто я бросил ее сразу после рождения, – с плохо скрываемой злостью проговорил он. – Просто я понимаю, что она вряд ли меня запомнила. Не хочу быть для нее незнакомцем, зачем ты так?

Он понизил тон, и в него прорвались вежливость и тайная мольба, отчего я немного оттаяла, решив дать Кариму шанс на сближение с дочкой. Но только с ней.

– Зачем я так? – повторила за ним попугайчиком и постаралась выровнять дыхание, чтобы он не понял, как волнует меня до сих пор его близкое присутствие. – Всё закономерно, Карим, но ты прав, не будем о прошлом. Я пришла сюда по твоему требованию. Ты хотел встречи с дочерью, ты ее получишь. Давай пройдем к пруду. Диана очень любит кормить уточек. Думаю, она лучше воспримет тебя, если ты составишь ей компанию.

Как только мы подошли к пруду, я разделила буханку хлеба на две части – одну отдала Кариму, а от второй стала отщипывать и давать Диане. Как я и думала, она сразу начала обращать пристальное внимание на Карима. Раньше нам никто, кроме деда, из мужчин тут компанию не составлял.

Руслана я старалась не задействовать, держала на расстоянии, не желая давать ему ложную надежду, что когда-нибудь мы станем семьей. Да и побоялась, что дочка уж слишком прикипит к нему, чего я допустить точно не могла. Точно так же я не сближалась с Алисой, понимая, что когда-то в ее жизни появится женщина, которая займет место матери, а я на него не претендовала.

– Это папа, Диана, па-па, – познакомила я дочь и отца, когда Диана уже вся изнемогала от любопытства и дергала меня за кофту. – Она довольно любопытна, даже не знаю, в кого, – улыбнулась я и пояснила присевшему также на корточки Кариму.

Так ему было удобнее быть на одном уровне с Дианой.

– Может, в меня? – хмыкнул он с улыбкой и протянул руку, поглаживая Диану по пухлой щечке.

Она застеснялась и спряталась за меня, одним глазком периодически поглядывая на него.

– А вот стеснительная точно в тебя, Полин. Помнишь, когда я впервые позвал тебя на свидание, ты всё норовила опустить голову, гипнотизируя взглядом пол?

О да. Я это помнила. Особенно то, как в тревоге билось мое сердце, практически оглушая меня. Мои конечности тогда тряслись от паники, а губы пересохли, но я при этом не облизывала их, всё боялась, что он решит, будто нравится мне. Удивительно, как довольно быстро я прикипела к нему, да настолько, что пошла против отца.

– Па-па? Па-па? – вдруг стала повторять вопросительно Диана, вызывая у меня улыбку.

– Видимо, чувствует родную кровь, – в шоке высказала я свои мысли вслух. – Обычно она незнакомцев стесняется.

Карим выглядел довольным, но только до последней моей фразы.

– Незнакомцев? И много их было? – практически прорычал и даже схватил меня за плечо, дергая прямиком к себе.

– Не трожь! – прошипела я. – Тебе какое дело?

– То есть не отрицаешь?

– Не перекладывай с больной головы на здоровую. Хотел пообщаться с дочерью? Общайся! – процедила я так, чтобы Диана ничего не услышала и не занервничала. Благо в этот момент она схватила внушительный кусок хлеба и отбежала ближе к пруду. Уточки как раз подплыли ближе.

Карим зло прищурился, но ничего не сказал и пошел к дочери. Неожиданно для меня он довольно быстро нашел общий язык с Дианой. Она что-то лепетала ему и тянула к пруду, держа своей маленькой ладошкой его палец, а он внимательно слушал, да так, будто что-то понимал в ее несвязной речи. Что поразило меня больше всего, так это его довольная улыбка, которая так ни разу и не спала с его лица. Он, казалось, и правда был рад происходящему.

Периодически он с подозрением посматривал на меня, но я сложила на груди руки и стояла поодаль, чтобы он не вздумал завязать со мной прежний разговор. Еще не хватало выслушивать его бредни про то, что мы снова будем вместе.

– У Дианы скоро день рождения. Полтора года – внушительная дата, так что я хотел бы сделать грандиозное мероприятие в честь этого, – сказал он вдруг ни с того ни с сего, когда время встречи подошло к концу.

– Мы уже всё организовали, – скупо улыбнулась я. – Если хочешь, можешь прийти, всё же ты отец, но приходи один.

– Я же уже сказал. С Дилярой покончено. Я уже объявил ей о разводе.

– Всё у тебя так просто, – хмыкнула я. – Объявил он.

Я не знаю, откуда во мне появилось столько язвительности, но я разговаривала так всякий раз, когда говорила с Каримом. Ничего не могла с собой поделать.

– В любом случае я не ее имела в виду, – пожала я плечами, успевая опередить ответную реплику Карима. – Не хочу видеть никого из твоей семьи на нашем празднике.

– Ясно.

Карим даже спорить со мной не стал, что весьма удивило меня. Раньше он как-то пытался сблизить меня со своими родными, даже спустя время не оставлял попытки, а сейчас вдруг стал соглашаться почти со всем, что я говорила. Будто впервые стал меня не просто слушать, но и слышать.

– Тебе понравится подарок, который я подготовил, Полина.

– Главное, чтобы он понравился Диане, Карим. До свидания.

Я развернулась и потянула дочь за собой. Всё то время, что мы шли с ней к машине, я буквально кожей ощущала взгляд Карима на себе. Диана еще, как назло, постоянно оборачивалась и махала ему ладошкой, но я силой воли не следовала ее примеру.

Не хочу, чтобы Карим решил, что я дам ему второй шанс.

Глупое. Глупое. Сердце. Зачем же ты так бьешься?