ГЛАВА 24

АМИР Звонок, что раздался в тиши ночи, и те слова, что я услышал по ту сторону, ураганом снесли меня с постели. Я толком и не спал, раздумывал над словами Амины. Гнал машину по ночному городу, нарушил все правила движения, что встретились мне по пути. Сердце так грохотало, страх сковал душу, ещё не верил, что услышанное правда, но в груди горело чувством потери. На автомате позвонил отцу, Амине. Хотя первому я мог и не звонить, нечего ему там делать! В больницу ворвался через дежурные покои, поймал первую попавшуюся на пути медсестру, объяснил ситуацию, меня проводили до кабинета врача, что вёл маму. – Примите мои соболезнования, – увидев меня, говорит доктор, – к сожалению, сердце вашей матери не выдержало. Кулем опускаюсь на свободный стул, в груди ещё больше запекло от боли потери, из глаз сорвались слёзы. Как же всё вышло глупо! Одно враньё отца повлекло кучу последствий! Мамы больше нет, Поля ушла, Тигран не мой сын. Док говорит, что делать дальше, слушаю его, но в голове такой гул, что ни черта не запоминаю. О Аллах! Выхожу из кабинета, ладонью провожу по лицу, стираю влагу из слёз, приваливаюсь спиной к стене, опускаю голову вниз. Мама-мама, что же ты наделала! – У вас звонит телефон, – раздаётся женский голос. Вскидываю голову вверх, передо мной стоит девушка в белом халате, смотрит с сочувствием. Телефон продолжает звонить, достаю его из кармана. Амина! – Да, – принимаю вызов. – Амир, ты где? – шмыгает носом. – Я в больнице, Амина, ты где? – отрываюсь от стены, делаю пару шагов по коридору на выход. – Я внизу, меня не пропускают, – плачет сестрёнка, – мамы правда больше нет, Амир? – Да, сердце не выдержало, я сейчас спущусь. Сбрасываю звонок, торопливо иду вниз. Амину нахожу на улице, сестра сидит на лавочке, плачет, закрыв лицо руками. Подхватываю её на руки, сам сажусь на лавочку, усаживаю на колени, крепко прижимаю к груди, Амина плачет ещё громче. – Я столько плохого про неё наговорила, это я виновата, что её больше нет, если бы я не рассказала вам с папой всё, мама бы была жива! Правда бы, конечно, вскрылась, дядя рассказал бы, но не я! А теперь… теперь… Я виновата в смерти вашего с Полей сына, а теперь и в смерти мамы! Я несу людям только зло! Прости меня, Амир, во всём виновата я! Ещё крепче прижимаю к себе, чувствую, как у самого ручьём текут слёзы. Я не перебиваю её, даю выговориться, так ей станет хоть чуточку легче! А когда она замолкает и только плачет, сотрясает всем телом, начинаю говорить. – Амина, не надо всё брать только на себя. В той аварии главным виновным был отец, он доверил ребёнку руль, он нёс за вас ответственность. Отец во многом виноват, он сделал одну гадкую вещь, – кулаком вытираю глаза, – Полина может иметь детей, сама, конечно, не забеременеет и не родит, но с помощью суррогатной матери у нас могли быть уже ещё дети, отец подкупил врача, чтобы та соврала Полине, поставив фальшивый диагноз. Он у нас оказался не сторонник таких методов рождения, но мне кажется, это глупая отмазка, а на самом деле он просто решил женить меня ещё раз, на девушке нашей веры. Но он облажался, так рад был, что я согласился, что выбор доверил маме. Если бы не он, мама не встретила бы свою первую любовь и не пошла бы на такой шаг. Носом зарываюсь в растрёпанную макушку, вдыхаю сладкий запах духов сестры. – За что они так с нами? Как нам теперь быть, Амир? Как справиться со всем? – Мы справимся, Амина, мы справимся. Мы сидим так больше часа, уже собираемся отправиться домой и начать решать вопросы с похоронами, как к больнице подъехала машина отца. Мужчина выскочил, бросился к нам, в отличие от меня, Амина бросилась к нему. Девочка, она не может справляться со своими эмоциями. Я же к отцу не подхожу, он смотрит на меня, в глазах боль и вина. Да, ты виноват! В её смерти виноват ты! Кричу ответным взглядом. И как бы я не хотел его видеть и говорить, а приходится! Он муж, глава семьи, и он решает, где и когда проводить похороны. Отец принимает решение похоронить маму здесь. Три дня уходит на подготовку, за это время дом родителей наполняется приехавшими родственниками. Амину окружили двоюродные сёстры и тётушки, сестра замкнулась, практически ни на что не реагирует. Винит себя. В день похорон в доме появляется тот, кого никто не ожидал, разве только дядя, он совсем не удивлён приезду Дамира. Отец успел поругаться с братом, он, как и я, против свадьбы Амины. Провернули всё втихую, так не должно быть! Вот только, как я понял, дядя связан с Дамиром чем-то очень серьёзным. Этот брак выгоден для дяди, то, как он встречал Дамира, выворачивало всё нутро. Устраивать разборки в день похорон было бы безумием! Отец злится, держит рядом с собой Амину, не подпускает её ни к дяде, ни к её жениху. Я тоже стараюсь быть рядом, но приходится отходить, заниматься процессией. Для всех у мамы случился сердечный приступ, про то, что она наглоталась снотворного, знаем только мы трое, не считая медперсонала в больнице. Жутко бесит, когда заходит разговор о моих женах! Почему их нет на похоронах! Отец успел отправить Айгуль с ребёнком на родину, сам, как оказалось, он не полетел, по телефону высказал всё отцу моей второй жены. Подробности их разговора не известны, оборвал отца, мне не интересно! Кладбище помню как в тумане, как и всё остальное, я буквально на руках всё время держал Амину. Страх за сестру сковывал, что если она вновь попробует сделать что-нибудь с собой? К вечеру большинство родственников уезжают, остаются самые близкие. Пришло время разобраться со свадьбой Амины! Но, как оказалось, Дамир уехал, попрощавшись только с дядей! Между дядей и отцом вновь вспыхнул скандал. Брат отца намеревался прямо сейчас забрать Амину, но у него не вышло, сестра была в очень плохом состоянии. Нам нужно было время, чтобы всё решить, пришлось пойти на хитрость, уговорить дядю перенести свадьбу, и, к нашему счастью, родственник созвонился с уехавшим Дамиром. Свадьбу перенесли на один месяц от намеченной даты. Амина осталась с нами, но только до того, пока не придёт в себя от потери матери. Всё время после похорон мои мысли занимали мои девочки. Анализировал всё, что было между мной и Полиной, особенно время после того, как вскрылась правда. Я причинил любимой очень много боли, я породил в ней ненависть к себе, у Лии страх! Промучившись ещё пару дней, принял окончательное, но очень болезненное решение.