Глава 4

Несколько дней пролетают в странном настроении.

Мы с мужем то сближаемся, то наоборот – проскальзывает холод. Я то верю в его слова о верности, то начинаю записывать все плохие знаки в столбик.

Сплетни.

Запах, который исходил от волос Эльвиры.

Обострившийся трудоголизм моего мужа, из-за которого он уже дважды не ночевал дома на этой неделе.

Хотя Дима делает над собой усилие и задерживается по утрам, чтобы провести со мной и дочкой больше времени за завтраком. Но это его максимум. И я чувствую нарастающее напряжение. Что-то тревожит его. Он молчит и не пускает меня в свои проблемы. В нашем браке с самого начала так было заведено: я не лезу в его бизнес и не мучаю расспросами.

Правда, сейчас меня это не устраивает. И откуда мне знать, из-за чего он на самом деле переживает? Работа – это самая банальная отговорка для любого мужчины. На нее можно свалить что угодно.

Тем более моя работа тоже заставляет понервничать. Сроки для подачи работ на конкурс подходят к концу, а я не могу решиться. Приступ неуверенности в своих силах становится удушающим. В этом плане я всегда завидовала мужу. Он как танк. Чертов бронепоезд. Идет к цели и не видит никаких препятствий. Если честно, он из тех, кто может пройти по головам в критический момент. А мне бы хоть капельку смелости. Веры в себя.

Мне иногда кажется, что все вокруг взрослые и состоявшиеся. А я только притворяюсь. И поэтому так боюсь делать первый шаг в любой области. Словно это неоправданный риск. Я что-то скажу или сделаю, и все вокруг узнают, что не существует тридцатидвухлетней женщины Анны Свиридовой, а есть маленькая, запутавшаяся в себе девочка, которая научилась всех водить за нос до поры до времени.

Я копалась в себе и старалась понять, откуда такие мысли. А потом вспомнила неприятную историю, которая случилась со мной в детстве. Меня толкнули в спину, и я упала с пирса прямиком в воду. Глубина там была запредельная, а я не умела плавать. Я была такая маленькая, что даже не догадалась делать гребки. Только помню, что считала секунды и мечтала побыстрее всплыть, потому что воздух вот-вот закончится.

Наверное, такое учит осторожности. И учит не высовываться – ходить подальше от края, чтобы никогда больше не оказаться в беспомощном положении между жизнью и смертью.

Тогда меня вытянул на берег парнишка постарше. В какой-то момент он подхватил меня под водой и помог выбраться на поверхность.

Дима вот тоже старше меня. И я очень долго смотрела на него снизу вверх, будто он мой спаситель.

– У тебя скоро выставка? – спрашивает Дима.

Он ставит чашку с кофе на столешницу и заглядывает через мое плечо. Я как раз разложила перед собой свои фотографии и пытаюсь понять, за которые из них не испытываю жгучий стыд.

– Да, согласовываем последние детали. Но я, наверное, не буду отдавать свои работы.

– Почему?

– Там сильные участники, и открывать выставку приедет Гоша Марцев из Москвы.

– Кто это?

– Фотохудожник. Очень важный человек. Я боюсь услышать его критику.

– Хочешь, моя фирма подарит ему что-нибудь дорогое?

У меня аж дар речи пропадает.

– Что? – выдавливаю из себя. – Ты хочешь купить его?

– Я хочу, чтобы ты не нервничала.

И он пожимает плечами. Мол, это же обычное дело.

Всё и всегда решать деньгами.

– Иди лучше разбуди Алиску. Ей пора вставать.

Дима молча разворачивается и уходит. Я собираю завтрак, стараясь переключить мысли на мирный лад. Мне главное, чтобы дочка ничего не почувствовала. Я стараюсь сохранить ее волшебный мирок изо всех сил.

На сотовый разом приходит несколько сообщений от подруги. Я сразу открываю переписку.

“У меня получилось!”

“Я нашла знакомого, он в таком разбирается. Так что он сделал так, чтобы не осталось следов”.

“Пароль подошел. У Эльвиры там ничего интересного, рабочая переписка и еще контакты риэлторов. Она ищет квартиру побольше в центре города”.

“Но есть два сообщения, которые она написала контакту с именем “Вир”. Я сейчас перешлю их тебе”.

Пересланное сообщение – “В семь?”

Пересланное сообщение – “Пришли мне ключ от номера”.

Черт, я уже забыла, что отправила ей пароль от рабочего ноутбука Эльвиры. Я случайно подглядела его и, не подумав, разболтала Злате. А она уже провела целое расследование.

– Мам! Мама! – требовательный голос дочери подсказывает, что я не замечаю ее уже несколько секунд.

Я и правда пропустила момент, когда они пришли. Дима держит Алиску на руках, а она наклоняется ко мне за поцелуем. Ну как тут устоять? Я целую ее в щечки, носик и лобик, наслаждаясь детским заливистым смехом.

– Телефон, – произносит дочка, когда на мой сотовый звонят.

Я вижу на экране фотку Златы. Видимо, она заметила, что я прочитала ее сообщения, и решила набрать меня.

– Не сейчас, – неожиданно строго произносит Дима. – У нас семейный завтрак, ты помнишь?

Ответа на риторический вопрос он не ждет. Дима протягивает ладонь и бесцеремонно сбрасывает звонок. После чего опускает Алису на стул и дурачится с ней, но продолжает говорить со мной.

– Тебе нужно меньше с ней общаться, – следует его наставление.

– То есть?

– Мне не нравится Злата, – произносит Дима и смотрит пристально. – О чем вам вообще разговаривать? У нее нет семьи, нет детей. Она живет пустой жизнью.

Возмущение вскипает огненной волной, но я запрещаю себе ругаться при дочери. И Дима пользуется этим, он не оставляет мне шансов высказать всё, что я думаю. Он забирает Алису с собой, чтобы завезти ее в садик по дороге. Я провожаю их взглядом, а после тоже сажусь за руль.

– Привет, Златка, – я включаю громкую связь. – Я только освободилась.

– Привет. Ты прочитала мои сообщения?

– Да.

– Внимательно? – наседает подруга.

– Я поняла, что Эльвире нужны ключи от номера.

– Вот-вот. У нее роман…

– Необязательно.

– То есть? Думаешь, она деловые встречи проводит в номерах? В вашем деле так принято?

– Ну иногда. В крутых отелях бывают съемки, проводят интервью с красивым фоном… А она сейчас активно продвигает нашу выставку, пиарит ее.

– Продвигатель, – шипит Злата. – Сказала бы я, что она активно продвигает. Вернее, какое свое место.

– Ты что-то слишком завелась.

– Потому что ненавижу лживых мужиков!

– Злата, пожалуйста…

– Хорошо, пусть будет деловая встреча. Но имя “Вир” тебе ни о чем не говорит?

Я задумываюсь.

– Нет, я сегодня не сильна в ребусах.

– Твою мать, Аня! Это же сокращение от Свиридов. Это очевидно!

Я нервно постукиваю по рулю ноготками.

Вир. Свиридов.

Буквы совпадают, но я никогда не слышала, чтобы моего мужа так называли.

– Эльвира написала ему “после семи”. Я прошерстила ее календарик, и знаешь, что нашла? У нее и правда очень плотный график из-за выставки, но магическим образом именно сегодняшний вечер свободен.

– Понятно.

– Таким образом, мы знаем день и время. Осталось понять, какой это за отель.

– Злат, прости, у меня вторая линия.

– Ладно. Я тебя наберу, если что-нибудь узнаю.

Я отвечаю на второй звонок. И он обещает быть еще менее приятным. Я терпеть не могу общаться с Владом. Он несколько лет работает с моим мужем, и всё это время я проявляю чудеса изворотливости, чтобы не пересекаться с ним лишний раз. Потому что иначе можно сойти с ума.

– Привет, Аннушка, – хамовато бросает он в трубку. – Ты скоро будешь в студии?

– А зачем тебе?

– Дима сказал, что надо привезти коробки. Там какие-то рамки.

Черт!

Я действительно просила мужа об услуге. Один из его клиентов занимается промышленной гравировкой, и я закинула идею, чтобы он изготовил для нашей выставки памятные призы с именами участников.

– Другого курьера не было? – спрашиваю Влада, повторяя его наглый противный тон.

– Нет, только я остался. Так когда приедешь? Я уже тут торчу.

– Жди.

– Конечно, котенок…

Я отключаюсь.

Надо отдышаться. Перестать так остро реагировать на Влада, тем более его вот-вот придется лицезреть. А это намного хуже, чем телефонный разговор. И он будет издеваться. Он всегда говорит грязные пошлые вещи, если Димы нет рядом. Его это чертовски забавляет.

– Не рада видеть меня? – Он сразу начинает скалиться и не спеша оглядывает меня с ног до головы.

Гад усмехается и переводит взгляд обратно на мое лицо. Наглый, самоуверенный, тошнотворный. Как же мне порой хочется его придушить!

– Где коробки? – спрашиваю его.

– В багажнике. Скажи, куда отнести.

– Можешь в коридоре…

– Хотя отнесу в кабинет. Давно не заходил к тебе.

– Влад, только веди себя нормально. Там люди…

– А когда было по-другому?

Это правда. При посторонних Влад не позволяет себе ничего лишнего. И этим держит меня на крючке. Я внутренне смирилась, что мне легче перетерпеть наши редкие встречи, чем пытаться поговорить на эту тему с мужем.

Дима не поймет. Я уверена, он мне даже договорить не даст…

– Один, два, три, – Влад пересчитывает коробки, когда я тоже вхожу в кабинет. – Все на месте.

– А это что за конверт?

– Для Эльвиры, там имена наших клиентов. Она обещала сделать пригласительные.

– Я передам. – Я взмахиваю ладонью.

Но на Влада это не действует. Он оборачивается, проверяя дверь кабинета. А потом бесцеремонно захлопывает ее резким толчком.

– Это лишнее, – отзываюсь. – И здесь большие окна. Мы все равно как на ладони.

– Да я только поболтать.

Он хмыкает и разминает шею. Влад коротко стрижется, под машинку, и носит тяжелые цепочки металлического цвета. Я ничего не понимаю в его стиле, это адская смесь репера и мафиози. Но очевидно, что Влад проводит много времени в качалке. Он массивный и высокий. И он на десять лет младше моего мужа.

Если откинуть мою ненависть к нему и вернуться в тот вечер, когда я совершила ошибку, то можно понять, почему я клюнула на него в ночном клубе. У Влада харизма горячего плохиша. Особенно когда он не открывает рот, а только двигается. Играет своими совершенными мускулами.

– Ты так смотришь на меня, – он смеется. – Хочешь убить взглядом?

– Я жду, когда тебе надоест эта больная игра.

– Ты просто не видишь свое лицо, тебе бы тоже было забавно.

– Чего ты добиваешься, Влад?

– Мне интересно, когда ты расскажешь ему.

Влад присаживается на мой стол и бросает сомкнутые в замок ладони на свои бедра.

– Можно без деталей, котенок…

– Не называй меня так.

– А то что? Скажешь Диме, что я обижаю тебя? Давай. Только начни с того, как я обидел тебя в кабинке для привата в том клубе. Хорошо? Ты так стонала тогда…

Я отворачиваюсь от него. Пытаюсь отогнать яркие воспоминания, но это невозможно. Я помню слишком многое. Даже звуки, запахи. И поцелуи Влада, и его уверенные, настойчивые руки…

Это было пять лет назад. Еще до нашей свадьбы с Димой. В тот период мы расстались с ним, разругавшись из-за его тяжелого, невыносимого характера. Я тогда испугалась, что потеряю себя рядом с таким властным мужчиной, и захотела прекратить наши отношения. Но мне было так больно, все равно не хватало его, хотя головой я приняла решение держаться от Димы подальше. А он все равно звонил и приезжал ко мне. Добивался.

И тогда в моей голове родился “чудесный” план. Я решила отпустить тормоза и завести интрижку. Я знала, что через такое Дима не сможет переступить и отстанет от меня. С этими мыслями я согласилась пойти в ночной клуб с подружкой, хотя обычно обходила такие места стороной.

– Ты знал, что ты делаешь, – бросаю Владу в лицо. – Ты увидел меня за барной стойкой и сразу подошел. Ты знал, кто я. Знал мое имя и знал, что я невеста Димы. А я вот увидела тебя впервые. В тот вечер я не имела понятия, что ты его партнер и друг.