Глава 3

Муж приезжает за мной.

Я наблюдаю через окна студии, как он паркует свой большой внедорожник и выходит на улицу. Я невольно заглядываюсь на него, следя за каждым жестом.

Если честно, я пытаюсь скинуть прожитые вместе годы и посмотреть на него свежим взглядом. Не в привычном антураже, когда наша дочка бегает рядом, а моя голова забита ремонтом и бесконечными делами. А вот так… На улице.

Словно он случайный прохожий.

Я утыкаюсь лбом в прохладное стекло и вижу, как муж закидывает ключи от машины в карман и четким движением поднимает воротник, когда налетают порывы ветра. Он брутален и сексуален, как дьявол. Да, он определенно выделяется из толпы. Дима излучает мужскую уверенность и напористую силу. Он успешен, это сразу бросается в глаза. И он умеет одеваться. На нем черные джинсы и поло, поверх которого накинут классический тренч.

– Малыш, – произносит он с улыбкой, когда я выхожу ему навстречу. – Успеваем забрать Алиску из садика?

– Да, сейчас только полчетвертого. Они в это время обычно кушают.

Я закидываю сумку через плечо и передаю ему картонную коробку с рекламными буклетами.

– Это надо отвезти домой.

Дима кивает и перехватывает коробку. Он тянется ко мне за поцелуем, а я действую как робот со сбитой программой. Запоздало реагирую, отвечая на его ласку, но внутри скребется что-то неприятное и отравляющее каждое мгновение.

– На тебе другая одежда. – Я провожу ладонью по его поло. – Ты заезжал домой?

– Нет, у меня есть одежда в офисе. Ты же сама передавала. Не помнишь?

Я хмурюсь. Я правда не помню.

– У меня с этим переездом голова идет кругом, – я устало выдыхаю.

– Тебе надо отдохнуть, Анют. Я серьезно. Слетайте куда-нибудь в теплые края с Алисой, дочка будет рада. Забронируешь хороший отель с закрытой территорией, возьмешь няню…

– А ты?

– Сейчас не лучшее время. – Дима кладет ладонь на мою поясницу и направляет к входной двери студии. – Я не смогу вырваться.

– Ты же босс, Дима. Неужели никак? Тебе тоже надо отдыхать.

– В следующем году. Обещаю.

Я знаю, что здесь бесполезно спорить.

В нашей семье по важным вопросам последнее слово всегда остается за Димой. Он глава во всех смыслах, и я сама не заметила, как приучилась во всем советоваться с ним. Хотя нет. Пожалуй, я могу купить занавески на свой вкус. Но вот наш дом выбирал муж.

Он выслушал мои доводы, когда я хотела поселиться в другом месте, а потом по пунктам убедил в своей правоте. Он умеет быть чертовски настойчивым и заводить разговор в глухой тупик, в котором остается только один вариант – принять его сторону. Я на самом деле согласилась с ним, хотя душа до сих пор не лежит к “Золотой дубраве”. А уж его работу вообще нельзя трогать. Я ведь знала, что выхожу замуж за карьериста и трудоголика. Точка.

– Анна, – за спиной раздается голос моего менеджера. – Подождите минутку.

Я оборачиваюсь и вижу, как Эльвира приближается к нам с папкой в ладонях. Она стучит шпильками, и эхо каждого ее шага расходится по залу и начинает безумно меня раздражать. Она где-то бросила свой модный бесформенный пиджак и теперь соблазнительно покачивает бедрами в обтягивающем платье темно-синего цвета.

– Добрый день, Дмитрий Александрович. – Она бросает на моего мужа теплый взгляд.

– Добрый, – отвечает он и сразу толкает дверь, отворачиваясь от нее и впуская прохладный осенний воздух с улицы.

– Что вы хотели, Эльвира? – спрашиваю у менеджера.

– Только что пришли документы от жюри. Возьмите с собой.

– Спасибо. Можно было кинуть мне на почту.

– Я решила, что лучше распечатать.

Она любезно улыбается, а я забираю папку. Дима ждет меня. Он придерживает дверь и рассматривает противоположную сторону бульвара, совершенно игнорируя наш с Эльвирой разговор. Я быстро прощаюсь и ловлю протянутую ладонь мужа.

– Знаешь, что я тут пыталась вспомнить? – спрашиваю его, когда мы поворачиваем к парковке. – Кто посоветовал мне Эльвиру?

Дима вдруг ловит свой шаг. Он на мгновение замирает, словно меньше всего ожидал такого вопроса. Но он быстро приходит в себя.

– Мой приятель. Она работала в его фирме пару лет.

– А как его зовут?

– Ты все равно его не знаешь, – отзывается Дима, а я неожиданно для себя считываю в его голосе непривычное напряжение. – А зачем тебе?

– Да так, – я пожимаю плечами, – просто любопытно стало.

Дима подводит меня к своему внедорожнику.

– Дим, ты забыл закрыть окна.

– Я специально. Пытаюсь проветрить салон.

Он усмехается и нажимает кнопку сигнализации. Машина подмигивает фарами, после чего муж кладет ладонь на хромированную ручку пассажирской двери.

– Только не удивляйся, – бросает он.

– А что случилось?

– Видно, ночью сломался дозатор ароматизатора. Я утром чуть не задохнулся.

Дима раскрывает для меня дверь. Я наклоняюсь вперед и чувствую резкий химозный запах. Я с трудом угадываю в нем привычный аромат, который всегда покупаю для машины мужа. Сейчас он слишком концентрированный и больше напоминает средство для уборки.

Это первое, что приходит мне в голову.

А потом я вспоминаю аромат, который исходил от волос Эльвиры.

Это он, да…

Тот самый аромат, который мне показался смутно знакомым и который я не признала сразу.

Так пахнет салон машины моего мужа.

Я сбита с толку и не знаю, как себя вести.

Спросить у Димы, какого черта?

Он точно найдется с ответом.

А если он действительно так жесток, что изменяет мне с Эльвирой, которую устроил на работу в мою студию?

Я даже зажмуриваюсь от этой мысли. Нет, мой Дима не такой…

Или такой?

И что тогда мне делать? Чего еще ждать от него?

Я делаю над собой усилие, чтобы опуститься в пассажирское кресло. Я смотрю на Диму, который ведет себя как ни в чем не бывало. А меня всю изнутри выкручивает. Хотя я еще в стадии отрицания. Мне хочется списать все моменты на совпадение и выкинуть их из головы, поскорее вернувшись в свою счастливую семейную жизнь. Или это уже следующая стадия – гнев? Я чувствую его в груди, он лижет огнем и бьется.

– Что там с офисом? – спрашиваю мужа, стараясь успокоиться. – Решили проблемы?

– Давай лучше о твоей работе.

Он протягивает руку и сжимает мою ладонь. Привычный жест, он часто так делает, когда за рулем и когда обстановка на дороге не требует предельной концентрации. А я смотрю на его длинные пальцы и не могу расслабиться. Наоборот, его прикосновение напрягает.

– Ты переводишь тему? – спрашиваю его прямо. – Я должна понимать, что происходит в твоем бизнесе.

– Всё под контролем.

– Но ты опять не будешь ночевать дома? Мне это не нравится, Дима. Я хочу, чтобы мой муж был рядом.

Он хмурится. Ему явно не нравится этот разговор, как и тон, который я выбрала.

– Думаешь, мне в кайф? – Он отнимает свою ладонь и холодно выдыхает. – Но по-другому большой бизнес не построить.

– Ты никогда не спрашивал меня, нужен ли мне твой большой бизнес. Ты всегда делаешь только то, что хочешь.

Я слышу, как у него спирает дыхание. Я произнесла слова из списка табу. Меня и правда несет. Я никогда не разговаривала так с мужем.

– Тебе не нужны деньги? – шипит он.

– Черт! – Я сжимаю кулаки от бессилия. – Конечно, мне нужны деньги! У нас ребенок…

– Вот именно!

– Но я говорю о том, что ты почти не бываешь дома.

– Я сейчас приехал пораньше, чтобы забрать дочь из сада! – Дима тоже взрывается. – Где я не уделяю время?!

Да, момент я выбрала не лучший.

Но это потому, что я не решаюсь произнести настоящие обвинения. То, что на самом деле раздирает мне душу.

Ты спишь с Эльвирой?

Поэтому не ночуешь дома?

Эти вопросы намного уместнее, но мне не хватает духу. Я боюсь начинать этот разговор, когда у меня нет фактов на руках.

– Ты сейчас приедешь и закроешься в кабинете, – произношу глухо. – А завтра тебя опять не будет.

– Я и ночевать завтра не приеду.

Прекрасно.

Такими темпами мы быстро придем к правде. Осталась всего пара развилок.

– Останови за остановкой, – бросаю, показывая ладонью на обочину.

– Зачем? – огрызается Дима.

– Мне нужно в цветочный!

Это лишь повод. Хотя я действительно приглядела небольшой магазинчик на прошлой неделе. Там продают винтажные корзины, которые я хочу поставить на веранде. Я несколько раз проезжала мимо, забывая остановиться, но сейчас мне чертовски нужно проветриться.

Дима тормозит излишне резко, а я хлопаю дверью на эмоциях. Давно мы так не отводили душу! Наговорили друг другу любезностей на повышенных тонах так, что у меня даже в горле першит. Я вообще не привыкла к ругани.

Хотя, может, дело в том, что я вечно с ним соглашаюсь?

– Черт, – тяну недовольно, когда понимаю, что придется обходить большую лужу.

Место для магазина выбрали крайне неудачное. Справа забегаловки с шаурмой, в которых с легкостью можно отравиться, а с другой стороны неприветливая ночная стоянка с высоким забором. Хотя днем местность смотрелась приятнее. Мне приходится сойти с дорожки и повернуть за старенький киоск, который приготовили к эвакуации на площадку металлолома.

– Эй, красивая, – раздается сбоку мужской голос с развязными интонациями. – Что ищешь?

Только этого не хватало.

Знакомств в мрачном переулке.

Я включаю режим игнорирования и прибавляю шагу, чтобы поскорее вернуться на главную дорожку.

– Глухая? – голос напитывается грубостью за мгновение, а следом раздается смешок еще одного мужчины. – Ты чего не отвечаешь?

Мой локоть сдавливает чужое прикосновение. Меня хватают и дергают, заставляя развернуться. Но шок не дает разглядеть чужие лица. Я только понимаю, что прямо передо мной стоит мужчина с надвинутым на брови капюшоном, а рядом с ним маячит еще один парень.

– У меня ничего нет, даже телефона, – произношу голосом, который сама едва узнаю. – Только карта…

– Отошел от нее! – выкрикивает Дима. – Быстро!

Я слышу его шаги. Слава богу, он все-таки вышел из машины!

Я замечаю, как второй силуэт тут же ныряет в сторону, убегая. Но первый мужчина продолжает держать меня за руку. Наоборот, он сдавливает сильнее, из-за чего я беспомощно взвываю, а потом справа мелькает что-то металлическое.

– Дима, у него нож!

Страх вонзается в самое сердце. Пульс начинает стучать в висках, и я рефлекторно сжимаюсь.

– Отпусти ее, – спокойнее добавляет Дима. – Не дури.

Муж приближается к нам. Он делает последние шаги, буквально крадется и не выпускает из виду мужчину. Дима выглядит таким собранным и уверенным, словно где-то научился справляться с адреналином. Мне становится легче, когда я смотрю на него. Сердце буквально напитывается уверенностью, что он всё решит. Он знает, что делает.

– Тебе денег дать?

– Давай, – мужчина кивает и сам подается вперед.

Вот он нервничает. Он весь как на шарнирах, я чувствую его дрожь.

Дима тянется к внутреннему карману. Он достает бумажник и протягивает его мужчине.

– Бросай, – отзывается тот.

Дима не слушает его и продолжает надвигаться. Вот-вот он окажется совсем близко… Я с трудом остаюсь на месте, меня тянет к нему магнитом, как к островку безопасности.

– А-а-а! – выкрикиваю, когда случается вспышка.

В первую секунду я даже не понимаю, что происходит. Меня отшатывает в сторону, я вдруг оказываюсь за спиной мужа и вижу, как он снова и снова наносит удары по незнакомцу. Четко поставленные, тяжелые и профессиональные, что ли… Как в боксе, когда надо нанести урон, но не убить. И Дима сам останавливается. Он поражает меня своим хладнокровием. Он контролирует каждый свой мускул и эмоцию.

– Пошел отсюда! – командует он и толкает мужчину, с которого слетел капюшон, а на лице появились следы крови.

Тот едва удерживается на ногах, но делает, как было приказано.

– Ты в порядке? – Дима разворачивается ко мне и пытается поймать мой расфокусированный взгляд.

А я не могу так быстро прийти в себя.

– Аня?

– Да, да, – я киваю, но пока даже дышать нормально не могу.

– У него не было ножа. Связка ключей, слышишь? Это была связка ключей.

Я не спорю, хотя уверена, что видела лезвие. Дима подхватывает меня на руки и относит обратно к машине. Он распахивает заднюю дверцу и усаживает, как маленького ребенка, помогает откинуться на кожаную спинку.

– Я так перепугалась…

Стресс на стресс дает усиленную реакцию. Во мне бродит столько эмоций, что я непроизвольно протягиваю ладонь и сжимаю запястье мужа. Ищу в нем опору, как привыкла за пять лет брака. Дима наклоняется вперед, ныряя в салон, и я обнимаю его так крепко, как вообще могу. Целую в шею, нервно и жадно.

– Всё хорошо, все прошло, – он успокаивает меня.

– А ты как будто вообще не испугался…

– В нем было килограмм шестьдесят.

– Там еще второй был.

– Да, его сразу ветром сдуло.

Он говорит расслабленным тоном, которым обычно смешит меня. И это действует. Я улыбаюсь, хотя глаза на мокром месте, и веду лицом по его груди, чтобы почувствовать его присутствие острее.

– Никогда ничего не бойся, когда я рядом, – добавляет Дима. – Черт, малыш, я не железный. Ты так жарко дышишь…

Он подхватывает пальцами мой подбородок и направляет к себе. Его губы напирают на мои, я сразу сдаюсь и проваливаюсь в глубокий сладкий поцелуй с головой. Пока он длится, так легко поверить, что Дима безумно по мне соскучился. По моему телу. Он был как робот и контролировал каждое свое движение в недавней потасовке, но тут он совсем другой. Он не может остановиться и непроизвольно подстраивает мое тело так, словно мы остались наедине в нашей спальне.

– Дима. – Я ловлю его ладони, которые заходят слишком далеко. – Нам все-таки не по двадцать, чтобы делать это в машине.

– Тут большой салон, – бросает он в запале. – Тесно не будет.

– Ты уже проверял? – срывается с моих губ.

Выходит ужасно, я бросаю эти слова как обвинение. Ведь мы с Димой никогда не развлекались на заднем сиденье.

– Что? – Дима останавливается.

Между нашими телами образуется пропасть. Муж отодвигается и смотрит на меня пристальным взглядом.

– Что ты имеешь в виду? Что я проверял?

Я все-таки поднимаю голову и смотрю в его зеленые пронзительные глаза. Он так напряжен. Я чувствую, как под моими пальцами все его тело становится каменным.

– С кем проверял? – нажимает он. – Так вот в чем дело, вот что на тебя нашло… Что ты себе придумала, Аня?

Я качаю головой, не зная, что ответить. Мне нужна пауза. Немного времени, чтобы привести мысли в порядок.

– Нет, Аня, ответь мне. Что происходит в твоей голове? Ты поэтому устроила сцену? Ты никогда не выговаривала мне за то, что я много работаю. А тут начала…

– Я сказала только то, что есть.

– Но думаешь ты явно больше, – Дима разочарованно усмехается. – Ты правда решила, что я завел любовницу?

Он первым произносит это слово.

– Отлично, – добавляет он и выныривает из салона. – И кто навел на такие мысли? Кто постарался? Злата?

– Она тут ни при чем.

– А ее бывший муж? Если у нее мужик ходил налево, то и твой должен? Так работает женская логика?

Дима хлопает по карманам, ища пачку. Он бросил вредную привычку, когда я забеременела, но иногда возвращается к ней. Обычно когда случаются тяжелые времена в бизнесе.

– Что я должен сказать? – Дима дергает другую дверь и продолжает поиски в бардачке. – Чего ты ждешь от меня?

– Ничего.

– Нет, скажи мне. Я должен хоть что-то понимать в этом абсурде.

– Это не абсурд. Я чувствую, что ты отдаляешься…

– Аня, я здесь. Я рядом с тобой.

Я провожу ладонями по лицу и опускаю голову. Становится не по себе от ледяного тона мужа. Невозможно вычеркнуть из сердца все чувства: нежность, привязанность, страсть, – а они бунтуют и делают мне больно. Я не могу видеть мужа таким. Физически не могу. А он выглядит уязвленным, словно я произнесла то, что он вообще не ожидал услышать.

Не ожидал и не заслужил.

– Я люблю тебя, – доносится голос Димы после щелчка зажигалки. – У нас семья. И я никогда не изменял тебе.