Глава 2

Остаток праздника проходит как в тумане.

Я забираю Алису пораньше и еще долго не могу прийти в себя. Кручу в голове обрывки фраз, которые случайно услышала.

Я же не ослышалась?

Говорили обо мне?

Конечно, обо мне!

Новенькая Аня с фотостудией – это точно я. Других таких тут нет.

Ну и что? Господи, Аня, выкинь это из головы! Это обычные сплетни! Откуда им что-то знать о нашей семье?

Но так это не работает. Гадкий голосок сомнения нашептывает и заставляет переживать. Я толком не могу сконцентрироваться на домашних делах, всё валится из рук. Даже Алиска замечает, что со мной что-то не так. Она начинает капризничать и громче требовать моего внимания.

К счастью, мне удается уложить ее спать пораньше. Я спускаюсь на первый этаж, чтобы приготовить ужин, и слышу, как переливается стандартной мелодией мой сотовый.

– Да, милый, – отвечаю мужу. – Ты уже едешь?

– Нет, малыш. Я как раз звоню, чтобы ты не ждала. Мы тут застряли конкретно.

– Что-то случилось?

– Да, случилось… Я завтра всех замов уволю к черту!

Он тяжело выдыхает, гася вспышку гнева. А я яркой картинкой представляю, как муж прикладывает ладонь к лицу и устало растирает переносицу. Я слишком хорошо знаю его привычки, он всегда так делает, когда говорит выжатым и едва живым голосом.

– Ты ложись без меня, – добавляет он мягче. – Я здесь заночую.

– В офисе?

Я хмурюсь. Такое бывало пару раз, когда у Димы случался аврал и он не хотел тратить время на дорогу. Но сегодня мне безумно не нравится эта затея.

– Здесь есть комната для отдыха, не волнуйся. – Следует идеальная тишина, и я понимаю, что Дима выключает динамик своего телефона на несколько секунд. – Ань, прости, мне надо идти. Завтра договорим.

Я не успеваю использовать последний довод, что завтра его очередь отводить Алису в детский садик. Муж отключается. А я опускаюсь на стул с сотовым в ладони и некоторое время просто смотрю перед собой. Все плохие мысли, которые я гнала от себя весь день, возвращаются штормовой волной.

Что происходит?

Ведь еще утром я была в нем абсолютно уверена.

Мне становится так одиноко в огромном доме. Дочка спит, и вокруг нет ни одного звука. Даже верхние лампы не горят. Только несколько лампочек подсветки. Я всегда любила приглушенный свет по вечерам, но сейчас он кажется мрачным и депрессивным.

Я резко встаю с места и щелкаю сразу все выключатели. Весь первый этаж вспыхивает как новогодняя елка. Но легче не становится.

Надо что-то делать…

Ведь надо?

Это не совпадение?

По своей натуре я осторожный человек, но если я ловлю импульс, то меня трудно остановить. Вот и сейчас мне хочется прыгнуть за руль и поехать в офис к мужу. Я придумаю причину. Захвачу ужин и скажу, что не смогла оставить его без нормальной еды. Да, в современном мире это так себе довод, когда вокруг полно доставок из хороших ресторанов. Но зато приготовлено с любовью.

Только у меня Алиса на руках… Я точно не буду будить ее и усаживать в детское кресло на ночь глядя. Это уже маразм. А оставить дочку не с кем. Я обзаведусь подружками в новом поселке к пенсии, не раньше.

Да и что я хочу проверить?

Даже если самые худшие подозрения – это правда, как можно приехать в офис внезапно? Там камеры на каждом углу и пост охраны. Пока я доберусь до кабинета мужа, можно будет успеть переставить в нем всю мебель.

Все-таки это бред…

Надо выдохнуть.

И прекратить накручивать себя.

Дима любит меня. У нас хорошая семья, он никогда не давал поводов для ревности. Он столько всего делает для нас с Алиской, он души не чает в дочери, и он просто-напросто идеальный отец. Я бы почувствовала его ложь… хоть что-то, хоть какой-то намек в его поведении.

Я зажмуриваюсь, пытаясь успокоиться.

На следующий день ощущения чуть притупляются. Рутина затягивает, и я на автопилоте собираю дочку в садик, а потом уезжаю в свою студию. К счастью, сегодня нужно решить множество вопросов по работе. Это отвлекает от нехороших мыслей.

– Анна, доброе утро, – официальным тоном здоровается Эльвира.

Она мой менеджер выставок. Высокая и эффектная блондинка, она напоминает снежную королеву, что идеально подходит для ее должности. Хотя мне с ней неуютно, в ней чувствуются надменные нотки. Но ее советовали друзья мужа, и как профессионал она не вызывает вопросов. Она умеет находить общий язык с капризными клиентами и держать в тонусе всех сотрудников.

– Согласованы даты на конец октября, – произносит она, заглядывая в заметки. – Вы хотели добавить еще работы на конкурс? Свои, кажется?

– Я еще думаю.

– Сроки поджимают.

– Я знаю, Эльвира, – я показываю тоном, что не нужно меня подгонять, тем более я действительно еще не решила, буду ли я выставлять свои работы или нет. – Что там с авансом?

– Пришел. Я сейчас перешлю вам чек.

Она наклоняется к своему рабочему месту. Я краем глаза вижу, как она вводит пароль в ноутбук и открывает почту.

– Черт, опять, – недовольно тянет Эльвира и поднимает руку, ныряя под копну шелковистых волос. – Больше никогда не надену эту цепочку!

– Что там? – спрашиваю.

– Там идиотский крючок, и он вечно путается с волосами.

– Давайте помогу снять.

– Спасибо, – с выдохом облегчения произносит Эльвира.

Она заводит под волосы вторую руку и резковато перекидывает их вверх, чтобы оголить шею. Я же чувствую, как моей щеки касаются ее прядки. А еще через секунду я улавливаю смутно знакомый запах… Я не могу назвать его, но он кажется чем-то родным и привычным, и он исходит от волос Эльвиры.

Очень знакомый аромат.

Где же я могла слышать его?

– Вам звонят, – голос Эльвиры вырывает меня из раздумий.

– Ах да. Вот цепочка.

Я отдаю ей украшение, которое мне удается отцепить.

– Спасибо. Я, пока ехала в лифте, пробовала расстегнуть, но ничего не вышло.

Я киваю и смотрю на экран сотового. Звонит подруга. А вот Дима до сих пор не ответил на мои сообщения.

– Златка, привет, – бросаю в трубку. – Ты уже вернулась из Питера?

– И даже больше! Обернись, пожалуйста!

Я немного зависаю, но через мгновение понимаю, что от меня требуется. Я делаю полуоборот и вижу лучшую подругу в другом конце студии. Она только зашла и машет мне подставкой с двумя стаканчиками кофе. Хотя, зная Злату, там один кофе для меня и смузи из сельдерея и шпината для нее.

– Выглядишь как амбассадор отличного настроения, – говорю ей, подходя вплотную. – Как слетала?

Она обнимает меня и передает стаканчик с латте. Я вижу надпись на крышке.

– Туристическая программа выполнена на пять с плюсом, – делится она. – Я так зарядилась, чувствую себя великолепно.

– По тебе видно.

Она щурится и наклоняет голову набок, из-за чего ее рыжие кудряшки повисают пружинками в воздухе.

– А ты вот какая-то не такая, – тянет она задумчиво. – В глазах тоска…

– Правда? – я не нахожу сил отпираться и пытаться натянуть легкомысленную улыбку на губы. – Так заметно?

– Анечка, насколько я помню, твой кабинет вон в той стороне?

И она ладонью показывает правильное направление. Я не успеваю подтвердить ее догадку, Злата поворачивает к двери, на которой через три шага можно рассмотреть мое имя.

– Рассказывай, – подруга сразу переходит к делу, как только оказывается в кабинете, она ставит стаканчик на стеклянный столик и садится в низкое кресло у окна. – Что стряслось?

И вот с чего начать?

С дурацких сплетен?

– Я, наверное, просто загналась. Накрутила себя… Я случайно услышала на детском дне рождения, как обсуждали нас с Димой.

– Кто обсуждал?

– Новые соседки. Из “Золотой дубравы”. Одна из них сказала, что я слепая дура. Не вижу, что творит мой муж.

Я шумно выдыхаю и тоже падаю в кресло. И беспокойно смотрю на Златку. Больше всего мне хочется, чтобы она сейчас рассмеялась и махнула рукой. Мол, ну и глупостями ты забиваешь себе голову!

– Ты уверена, что говорили о вас? – спрашивает Злата и даже не думает смеяться.

– Уверена. Они называли наши имена. А еще Дима вчера не приехал домой ночевать, остался в офисе.

– И часто он ночует в офисе?

– Нет, только когда дела наваливаются. Ты же знаешь его работу!

– Мой бывший тоже такой трудоголик был, такой трудоголик.

От ее язвительности становится не по себе.

Тем более я в курсе, каким подонком был ее бывший муж. Я тогда Злату не один месяц успокаивала, она столько слез выплакала и столько посуды перебила. А еще я ловила ее у квартиры какой-то ведуньи-шарлатанки. Злата очень хотела, чтобы та провела обряд и у ее благоверного отсохло одно место.

– Прости, я в этом вопросе не лучший советчик, – продолжает Злата. – Я много слушала, что “на работе запарка” и что “командировка срочная и никак не отменить”. А он на самом деле завел другую бабу. Вот так банально. Жизнь вообще банальная штука.

Она отпивает из стаканчика.

– Он мне потом высказывал, что я на себя забила. Представляешь? Выглядела я плохо, и дома бардак был, оказывается. Ему мало времени уделяла. Поэтому он перестал видеть во мне женщину и разлюбил. Видишь ли, я ему чужая стала. А я тогда бегала как белка в колесе. У меня родители сильно заболели, один за другим… Бесконечные врачи, анализы, больницы, то в одном месте консультация, то в другом. И страшно было, вдруг лечение не поможет.

– Я помню, Злат.

– Я ждала поддержки, в каждой семье бывает черная полоса, а оно вон как вышло, – она усмехается и выдыхает, отпуская неприятные воспоминания. – Развод и девичья фамилия. Хорошо, родить не успела от такого урода.

– Он сейчас точно локти кусает.

– Еще бы, – она смеется. – Знаешь, сколько раз писал?

Злата быстро привела себя в форму. Черная полоса закончилась, и она взялась за себя. Не только за фигуру, но и за профессию, вообще жизнь. Тогда же она покрасилась в рыжий цвет, который ей безумно идет.

– А подозрения у тебя есть? – спрашивает она после паузы. – Может, какая-то стерва крутится вокруг твоего мужа?

Я качаю головой. Но у него много сотрудников, и он проводит десятки встреч. В другие города по делам он тоже летает. Дима успешный бизнесмен, и он привлекательный мужчина, вокруг таких всегда накалено поле женского внимания.

Черт.

Я так давно об этом не задумывалась. Провалилась в спокойную семейную жизнь и потеряла бдительность.

Я поворачиваю голову и смотрю в большое зеркало, которое висит рядом с окном. Мне кажется, что я выгляжу нормально. Хотя я никак не подчеркиваю свою женственность. На мне удобные кроссовки и брючный костюм из мягкой ткани. Волосы собраны в пучок. Макияжа нет. Духи тоже забыла нанести, опаздывала с Алиской в садик.

Это уже считается, что запустила себя, или еще нет?

А на мужской взгляд?

На взгляд моего мужа?

– Прости, – говорю Злате, доставая зазвонивший сотовый. – О, это Дима.

Не прошло и трех часов, как он решил перезвонить мне.