Глава 32

— Почему ты мне не рассказал? — практически бежала, чтобы догнать Марка. Поговорить нормально так и не удалось, потому что как только он вышел из душа, на него обрушился шквал звонков, а в перерывах он ещё умудрялся отвечать на электронные письма. И вид у него был такой, будто стратегический план нападения разрабатывал — не меньше.

—Тась, всем будет проще, если ты поймёшь, что есть вещи, советоваться в которых мне не требуется. Я как-то привык самостоятельно принимать решения, за кого мне рубиться, а кого можно и в утиль сбросить, — Марк смачно шлёпнул меня по заднице, заталкивая в лифт.

Было страшно, как мы перетупим эту черту неловкости, но, кажется, в неё упиралась только я. Сталю было так легко и комфортно, что неловко за саму себя становилось. Он вёл себя так, будто мы всю жизнь вместе прожили.

— Ты что, Гришу в утиль сбросил?

— Так он прогнил насквозь, — Сталь вдруг лупанул рукой по стенке лифта в сантиметре от моей головы, чуть склонился и нагло и абсолютно собственнически поцеловал.

Его сильные губы топили и лёд, и решимость разобраться, а все аргументы, что копились в моей голове, стали трескаться тонким весенним льдом. Оставалось только наслаждаться моментом, пытаясь не замечать пламя, что хозяйничало у меня в груди. Ну что он за человек такой???

— Возражения имеются?

— А я… Я привыкла вести переговоры, — голос предательски дрожал, выдавая слабость и смятение. Я будто пьяная была, покачивалась, отчаянно сминая полы его пиджака, прижималась, только бы чувствовать сильное сердцебиение. — Знаешь, это такие встречи, на которых конфликтующие стороны предъявляют требования друг другу.

— Ненавижу слово — требование, — сморщился Марк и рывком хищника укусил меня за кончик носа.

— Ну хорошо, пусть будет: условия, пожелания. Так лучше?

— Лучше, но не жизнеспособно. Беспутова, ещё раз говорю, что я разберусь без твоих бесиков и гномиков. А если они мне и потребуются, Тась Михална, то исключительно в сексуальном плане, уж очень мне твоя компания понравилась.

— Что за фото там были? — я чуть со стыда не сдохла. Оказалось, не так-то это и просто смотреть в глаза мужчине, что с такой легкой пошлостью заигрывает с тобой.

— О-о-о-о-о… Это просто превосходная фотосессия. Я чуть не кончил, рассматривая твои прелестные титечки, — протянул Марк и рассмеялся, пропуская меня к выходу. — Долгими зимними вечерами мне будет не скучно.

— Ты что… Что ты задумал, блудник стальной? — взвыла я и, не обращая внимания на удивленных туристов, рванула следом за Марком на парковку. — Отвечай! Рукоблудство — страшный грех!

— А в детдомах не крестят. Какой с беспризорника спрос? Уверен, всевышний простит меня за безобидную шалость, — не унимался Марк, продолжая гоготать так, что по бетонному паркингу проносились раскаты его зычного голоса. — Тась, эта тема закрыта и обсуждению не подлежит. Все копии документов отправлены Раевскому, чтобы впаять твоему супругу неприятную статейку о преследовании, защите чести и прочей чепухе. Поверь, на ближайшую пару лет Гришаня будет занят по самые бубенцы, я тебе слово даю. Мы таким поскудышам в детском доме тёмную устраивали.

— Марк… — делала вид, что пытаюсь зафиксировать ремень безопасности, а сама посматривала на своего спасителя.

Ведь я его не просила… А в такие подарки судьбы как-то слабо верится, особенно после того, как человек, с которым ты прожил пятнадцать лет, показал всю феерию душевной подлости. Для чего это Марку?

— Тась, перестань, а то мне страшно. Ты так хмуришься, что скоро серая жижа полезет из ушей, — Сталь сжал моё колено, а потом бросил свой ноутбук. — Давай, у нас есть час, чтобы прочитать условия сделки. Кстати, Иванов, клюнул неслабо, раз с самого утра уже о делах думает.

— Так, может, надо было встретиться? Переговорить? Послушать, что они хотят?

— Нет, я люблю играть в недотрогу. Поигнорим их немного, а потом скинем свой вариант договора. Беспутова! — Сталь притормозил на светофоре, резко перегнулся через торпеду и зашептал на ухо: — Ты мне сейчас нужна как никогда… Это в наших интересах накатать такой договор, чтобы задницы свои прикрыть. Это должна быть чистая сделка, не имеющая обратной силы. Поверь, как только бизнес начинает приносить серьёзное бабло, бывшие нерадивые владельцы так и норовят отщипнуть кусочек напоследок…

Кожа просто вибрировала от потоков энергии, смешивающейся с мурашами и волнами жара. Да я в ходячий вибратор превратилась, реагирующий на этого засранца слишком явно. Сама от себя не ожидала… Пыталась дышать, закрывала глаза, вслушивалась в переливы музыки, но в мозгу до сих пор картинки прошлой ночи стояли…

Его бешеный взгляд, искрящийся языками адского пламени, резкие, почти болезненные касания. Он играл мной, моим телом, руководил, управлял, повелевал вдохами… Он не просил, не заставлял, всей своей аурой поглощал всю меня, подчиняя, превращая в маленькую девчушку, наскучавшуюся по мужику…

Вот только сколько у него таких, как я?

Сотня? Две?

Таким мужчиной сложно не очароваться. Это как дорогая тачка с жирной комплектацией, полным приводом и охрененным движком…

И только я об этом подумала, как внизу живота снова всё вспыхнуло, лишая даже возможности сконцентрироваться на договоре. Буквы плясали, ноги тряслись, и мне изо всех сил хотелось сжать бёдра, лишь бы унять то напряжение, скручивающее мышцы в тугой узел.

— А ты можешь закинуть меня домой? Мой компьютер остался в квартире, да и времени уже слишком много. Я лучше дома поработаю…

За своим возбужденным трансом я и не заметила, как мы свернули с трассы в сторону города. Сталь продолжал горланить по громкой связи, песоча то одного лентяя, то другого. Лицо его было красным от злости, пальцы сжимали оплетку руля так, что казалось, она рванёт в любой момент!

Он отбил звонок, резко обернулся, очевидно, планирую отказать мне, но быстро осмотрел и мои легинсы, и тонкую майку, под которой не было даже белья, потому что кто-то вчера сдёрнул с меня бюстгальтер так, что крючки вырвал.

— Что, даже на ужин не пригласишь? — Марк сбросил входящий, открыл окно и закурил, продолжая коситься на меня.

— Я плохо готовлю, — врала, потому что мне нужно было просто выдохнуть… Просто вырваться из-под его влияния, чтобы понять, что именно я натворила!

— Ну, раз так… — Марк кивнул и довольно нагло перестроился в правый ряд, сворачивая в сторону центрального проспекта. — Не дам тебе шанса отравить своего шефа.

Мне вдруг стало стыдно и жутко неудобно. Годиков-то мне много, вот только умишка и жизненного опыта с гулькин нос. Не того он хотел услышать… Нутром чуяла, что не того…

Машина свернула в подземный паркинг нашего жилого комплекса, остановилась у лифтов. И я вдруг замешкалась, стала бестолково перебирать руками, то убирая телефон в карман худи, то снова впихивая его в подстаканник.

— Пока! — выдохнула и рванула вон, только бы скрыть свою растерянность.

— Ну, пока…

Дура! Дура! Что ты как десятиклассница, которую поцеловали на дискотеке?

Ну, ведь уже всё случилось! Так чего теперь беспокоиться о своей чести и о том, что он подумал обо мне?

Не шла, а бежала. Неслась по коридору, желая только бы поскорее добраться до квартиры. И как только захлопнулась дверь, смогла дышать…