Глава 44

Сталь… Таисия Михайловна Сталь…

Эти три слова назойливыми мухами одолевали мой воспаленный мозг. Не было от них спасения! Ходила, как блаженная, пьяная, чумная…

Признание Марка, пусть и сделанное в свойственной ему манере, сотворило хаос в моей душе. Все это сначала походило на сказку, этакую яркую фантазию, но чем ближе он приближался, чем сильнее въедался в кожу, разрывая мою оболочку брони, тем отчетливее понимала, что обратного пути уже нет.

Встряла я… Как муха в липовом меду. Сладко, мягко, но бесповоротно и смертельно.

Ни Марк, ни я так и не произнесли слова «люблю». А мне было все равно. Оно будто пустым казалось, надуманным по сравнению с тем, что я видела в его глазах, и с тем, как сама стала смотреть на этот мир.

Осень вдруг потеряла пыльность, серость, всё заиграло, засверкало, превращая всё вокруг в калейдоскоп. И главной причиной моего внутреннего преображения был он… Марк Андреевич Сталь. Сильный, наглый, но до ужаса любимый.

— Тась, а ты ничего не хочешь мне рассказать?

Моя подруга Адель Ночкина буквально выкрала меня утром из издательства, отказавшись слушать и про ворох дел, и про совещание у генерального. Она зыркнула на меня, а в глазах знакомое синее пламя засияло…

Знала я этот огонь, поэтому просто встала, предупредила секретаря, что переезд в новый офис придется контролировать ей, и покорно пошла за Адой.

— То же самое я могу спросить и у тебя. К чему эта срочность? Сегодня пятница, можно было завтра с самого утра стартануть куда скажешь, — я махнула в сторону заправки, дав понять, что без дозы кофеина ехать куда-либо отказываюсь.

— Ты тему-то не меняй. Раевский вчера по телефону так громко говорил… Так громко… А потом гоготал конём, что аж стены подрагивали.

— Я твоего Раевского не смешила, поэтому к его внутреннему коню не имею никакого отношения. Разве плохо, когда у мужа конь есть? Вполне зачётно…

— Колись, подруга, — Ада догнала меня у прилавка, сжала локоть и оттянула подальше от посетителей, выстроившихся в очередь к кассе. — Тебе Марк предложение сделал?

— А ты откуда знаешь? — я даже пошатнулась, но Ада так крепко держала меня, что шансов упасть не было. — Ну не смотри ты так! Да! Говорит, что я могу сопротивляться сколько угодно, а в крайнем случае он с помощью твоего мужа все сделает без шума, пыли и свадебного выкупа.

— Ну, нет! Сталь обязан разориться на выкупе, подружаня. Это даже не обсуждается! Одна ты у меня, лучшая, верная и немного чокнутая, — рассмеялась Ада и бросилась душить своими объятиями. — Боже, я так счастлива за тебя! Безумно, безмерно! Таська… А я-то думаю, что это мой Бесик светится, как лампочка Ильича, отчего улыбается невпопад… А она просто влюбилась.

— Да, Ночка, влюбилась так, что аж зубы сводит от зависти к самой себе. Как думаешь, это нормально? Или я больна? Может, к врачу?

— А я считаю, что жить надо так, чтобы даже самой себе завидовать. Ярко, немного безбашенно, но незабываемо. А ты у меня девочка пылающая, так что пусть твой кочегар старается, а то мы ему с Раевским в поддувало напихаем!

— А знаешь, Ада, за что я тебя люблю? За умение радоваться за других, но не для галочки, а чисто и искренне. Спасибо тебе, подруга…

— Тась, только я не поняла, ты согласилась? Или, как нормальна баба, взяла время, чтобы потрепать нервы бедному мужику? — Ада рассмеялась и бросилась сгребать вкусности в дорогу.

— Да ты знаешь… — почувствовала, что по щекам и шее растекается румянец.

Ну как признаться, что в той ситуации здраво мыслить я просто не могла? Нас схлестнуло в порыве страсти, испепелило, а вернуло бездыханных, рвано дышащих и совершенно влюбленных. И в этом состоянии ни я, ни Марк даже не вспомнили о том, что я забыла ответить на его предложение.

— Идём, кофе тебя угощу, Сталь Таисия Михайловна!

— Так, ты мне зубы не заговаривай. Скажи, какого черта мы с тобой три часа уже трясёмся в машине?

— Помнишь Лерку Кот? — Ада помогла мне разложить снеки, взятые в дорогу, и выехала с парковки.

— Конечно, помню. Староста из «А» класса, заводила и редактор школьной газеты, только она ушла после девятого в какую-то гимназию, кажется. А что случилось?

— Проблемы у неё, а Лерка меня ой как выручила в своё время. Помогла организовать выставку, при этом комиссию свою не взяла, зная, как мне нужны деньги.

— А как её так далеко занесло-то? Почему Приморский?

— Она сама там родилась, а после универа совсем с радаров пропала. А вчера я её фамилию в документах Раевского подсмотрела. Дело о разводе, представляешь? И Раюша мой защищает совсем не Лерку! — вспыхнула Ада, ударяя ладонью по оплётке руля. — А ты сама знаешь, что если Денис вцепится в кого-то, то всё…

— Хана! И что? Что ты собираешься делать?

— Нужно поговорить с ней, пока Раюша не подписал контракт с её мужем.

— А если уже подписал?

— Три ха-ха, — Ада достала из сумки папку с теми самыми документами и заговорщицки подмигнула, притапливая педаль газа в пол.

Мы катили вдоль моря, огибая крупные города, пока высотки не растаяли на горизонте. И только через полчаса притормозили у старенькой стелы с надписью «Приморский». Несмотря на скромность городка, все было довольно прилично, чисто и даже очень и очень атмосферно.

Двухэтажные домики, липовые рощи, цивильная набережная, а ещё здесь воздух был какой-то сладкий, незагазованный. Ада свернула с центрального проспекта, а ещё через минуту мы остановились у небольшого здания мэрии.

— Я не поняла, Ад, а почему мы приехали сюда?

— А я что, не сказала? Наша Лерка с недавнего времени ИО мэра Приморского.

— Охренеть…

Ада попыталась дозвониться до Кисы, как все привыкли называть её ещё в школе, но телефон был недоступен, поэтому мы сами отправились на её поиски. На мэрию это походило очень отдаленно. Полупустые коридоры, небольшое количество кабинетов, огромные кадушки с цветами и запах пыльного дубового паркета из детства.

— Добрый день, — Ада толкнула дверь в приёмную. — А мы к Валерии Ивановне. Она у себя?

— Добрый, сейчас уточню, — за столом секретаря сидела старушка и, совершенно не стесняясь, раскладывала пасьянс на компьютере. Она строго осмотрела нас с ног до головы, а после встала и поцокала к старомодной двустворчатой двери, обитой коричневым кожзамом.

Мы с подругой переглянулись и присели на складные кресла, как в кинотеатре, тянущиеся вдоль стены. Но через мгновение дверь распахнулась, и тишину мэрии разрушил восторженный визг.

— Ночка? Бесик! — Лерка бросилась к нам, раскинув руки. — Девки, вы что, вернулись?

Мы обнимались, целовали друг друга. И только старушка недовольно цокала каблучком, призывая к порядку. В её глазах читались укор, недовольство. И было чем… Три взрослые бабы устроили танцы в приёмной МЭРИИ!!!

— Я лет пять как вернулась, а Адка только в прошлом году, — не могла насмотреться на Кису – красивая, статная, в строгом костюме и аккуратным пучком пшеничных волос.

— Идём… У меня для вас сюрприз! — Лера распахнула дверь своего кабинета, и у меня отвисла челюсть… За длинным столом переговоров сидели Раевский и Сталь собственной персоной. — Та дам! Ну что вы замерли? Это Раюша, что, забыли? Мы в одной школе учились. А это его друг, Сталь Марк Андреевич.

— Вот это сюрприз, — виновато прошептала Ада и прошла к мужу, стыдливо протягивая ему украденные документы. Она поцеловала его, покорно села рядом и прижалась к его плечу. — Лер, знакомься и ты, это мой муж.

Я снова стала покрываться румянцев, только уже не от стыда, а от въедливого взгляда Марка. Он хмурился, выдавая недовольство.

— Ну? Тась Михална? Гони поцелуй, и будешь прощена, — Сталь протянул мне свою ладонь.

— Что вы здесь делаете? — проигнорировав шок Кисы, я прошла к своему жениху, поцеловала его и тоже села на соседнее кресло. — Ваше комбо начинает меня пугать. Вы что, следите за нами?

— Скорее, это вы следите, — Сталь перебросил руку на спинку моего стула, чтобы всему миру показать, что его я. Его… — Каратицкий утром весь мозг свернул, требуя помочь одному хоккейному клубу, владельцем которого является Добрынин.

— Добрыня? — хором воскликнули мы с Адой.

— Вы что, знаете этого неотесанного хама и мужлана? — краснеть пришла очередь Кисы… Она прижала к пылающим щекам ладони, наивно пытаясь снять жар смущения. Оооочень интересно…