Эпилог

– Мам, – Пуговка влетает ко мне в кабинет, протягивает самодельную открытку, где кривыми буквами написано «С днём рождения, папа» и рядом – отпечатки детских ручек. – Папе понравится? Или блёсток добавить? – Понравится, дорогая. Дочка закусывает губу, задумываясь, можно мне доверять или нет, но в итоге кивает по-королевски. – Тогда можем ехать встречать папу. – Пуговка, папа прилетит только через три часа. – А если пробки? Поехали, мам! И ножкой для убедительности топает. Пелагея выросла самой настоящей папиной принцессой. С боевым характером. В школе учительница не раз жаловалась на неё. – Она постоянно спорит! – Отстаивает своё мнение, – поправляет её Адам авторитетно, после чего у учителя заканчиваются любые слова и женщина теряется под его взглядом. Нет. Нельзя сказать, что наша девочка избалованная. Она с удовольствием помогает с делами по дому. Следит за младшими братьями. Усердно учится. Её энергии хватает ещё на занятия конным спортом и современными танцами. На что Адам немного ворчит. – Бальные танцы мне больше нравятся. Это сейчас она безобидно дрыгается под музыку, а что будет лет через восемь, когда она будет подростком? Иногда забавно наблюдать, как Адам трясётся над дочерью. Сыновей он воспитывает в строгости, а вот перед Пелагеей не может устоять. Прощает ей все шалости, идёт на уступки и внимательно следит за каждым её шагом. Не дай бог, кто-то обидит папину дочку, всех уничтожит. – Ма-а-ам, ну, поехали! Егорка уже одет даже. Словно в подтверждение её слов в кабинет влетает младший сын. – Ну, мы едем? – Вас долго ждать? – следом появляется в кабинете Илья, тоже уже собранный. Мне не остаётся ничего другого как закрыть ноутбук и пойти собираться. В аэропорт приезжаем сильно заранее. Решаем убить время в кафе. Детям настолько не терпится увидеть папу, что даже любимая картошка фри и сладости не отвлекают их внимание от табло прилёта. Все трое внимательно вслушиваются в каждое объявление, услышав, что приземлился самолёт из Дубая, дети дружно подрываются, готовые бежать к встречающим, но всё-таки застывают и выжидательно смотрят на меня. Я хоть для вида и качаю головой, но прекрасно понимаю их нетерпение. Сама ужасно соскучилась по мужу. Целых две недели не виделись! Мы вместе уже шесть лет, но они пролетели так незаметно, что кажется – мы только вчера столкнулись с ним у того подъезда. Всё плохое, что мы пережили, быстро вытеснило из памяти новыми, счастливыми моментами. Рядом с Адамом я поняла, что такое любить и быть любимой по-настоящему. Благодаря ему я обрела крылья за спиной. Муж поддержал моё желание заново пойти учиться. Во время беременности Ильёй я заинтересовалась компьютерной графикой. Долго не решалась сообщить Адаму, что хочу научиться профессионально рисовать. Он опять всё понял сам. Предложил курсы, а потом и поступить в университет. Помимо Кати и Саши, которая вскоре после нашего отъезда перебралась в Москву, я обзавелась ещё парочкой подруг. Это не говоря уж о жёнах друзей Адама. В нашем доме часто бывает шумно. И мне это нравится. Я больше не чувствую себя тенью мужа. С Адамом мы шагаем на равных. Сначала я боялась мнения общих знакомых: всё-таки сначала была женой одного брата, потом стала женой другого. Но уже в первую встречу поняла, насколько глупыми были эти страхи. Никто и не думает осуждать меня, наоборот, все искренне поздравляли нас с Адамом с обретённым счастьем. Про Макса вспоминали редко. Я знаю только лишь то, что он женился на когда-то известной певице Сандре, с которой изменял мне. У них есть общий ребёнок. Сын. Чуть младше Пелагеи. От тюрьмы Макса спас тесть. Ни я, ни Адам не знаем, женился он только ради свободы или на самом деле испытывал что-то к жене. После всех тех событий Макс вместе с женой и сыном сразу покинул страну. Уехали жить на другой континент. Больше я о нём никогда не слышала. Да и не хотела слышать. У нас своя семья, а прошлому в ней нет места. – Папа! – Егорка первым замечает отца, вырывает свою ручку из моей ладони и несётся на всех парах к отцу. Следом за ним и Пелагея с Илюшей. – С днём рождения! – слышу звонкий голос дочери. Дети буквально со всех сторон облепили отца и крепко обнимают его, целуя небритые щёки. Их четверых мало волнуют, что они мешают остальным, стоя на самом проходе. Глядя на них, никто и не решается сделать замечание. Бесполезно. Адам всё равно не отпустит детей из своих объятий. – Здравствуй, жена, – вдоволь наобнимавшись, они подходят ко мне. Муж ласково проводит ладонью по моей щеке, прежде чем оставить на моих губах невинный поцелуй, в котором так много обещаний на будущий вечер. – Прекрасно выглядишь. Он говорит мне комплименты каждый день. И каждый раз я смущаюсь, словно девочка. – Пап, у нас подарок! – Пуговка протягивает уже знакомую мне открытку и какую-то коробку. Адам принимает подарок. Долго рассматривает открытку, проводит пальцем по знакомым ладошкам и хриплым голосом благодарит за подарок. – Па, глянь, что внутри, – не выдерживает Илья. Он пытается скрыть волнение, но получается не очень. Внутри лежит цифровая фоторамка, на экране которой транслируются наши фотографии. – Мы теперь всегда будем с тобой. Сейчас, глядя на Адама в этот момент, я не понимаю, как могла считать его холодным. Ведь на его лице столько разных эмоций, которые он даже не пытается скрыть. Радость, гордость и бесконечная любовь к нам. А ещё мне на долю секунды кажется, что в его глазах появляется блеск, который бывает при слезах радостях. Но муж быстро берёт себя в руки и скрывает от нас эту маленькую слабость. Снова притягивает нас всех к себе. Обнимает крепко, шумно вдыхая. Я и сама втягиваю больше воздуха в лёгкие. Вот так пахнет счастье. Запах нашей семьи. Сладкий аромат встречи после долгой разлуки. День рождения мужа и его приезд празднуем в семейном кругу. Только мы, папа со своей новой женой – нашей бывшей няней – и мой брат. Тамару мы наняли, ещё когда я была беременной Ильёй. Она помогала мне с Пелагеей. Папа сразу был покорён этой женщиной, но первый шаг не решался сделать. Просто приезжал к нам в гости и часто наблюдал за Тамарой со стороны. – Пап, пригласи её куда-нибудь, – не выдержала я однажды. – Дочь, не говори глупости. На кой чёрт я ей сдался. Пенсионер с кучей болячек. Раздражением и злостью на самого себя было пропитано каждое слово. Папа тогда уехал, не попрощавшись, и не приезжал к нам неделю. А потом приехал. Вместе с Тамарой. Он всё-таки набрался смелости и позвонил ей. Пригласил на свидание. Бывшая нянечка призналась, что это было самое неловкое, но при этом милое свидание в её жизни. Свадьбу они сыграли сразу. И года не прошло после их знакомства, а потом ещё и новость о беременности. Мой брат всего на несколько месяцев младше моего сына. По этому поводу папа сильно переживал. Что люди скажут? Да и как сына на ноги поставить. Но потом осознал: своё счастье важнее, чем мнение других. Да и с работой как-то срослось. Старый работодатель предложил хорошее место в головном московском офисе с редкими поездками с проверками по регионам. Совсем скоро папа изменился. Помолодел буквально на глазах и был снова похож на того себя, из моего детства. Открытого, любящего мужчину. После скромного застолья папа с семьёй остались на ночь у нас. Рано утром все мужчины уезжают на рыбалку, а мы с Тамарой и Пуговкой устраиваем небольшой девичник. Хозяйничаем на кухне и сплетничаем. – Мам, – вдруг робко зовёт дочка, – а как ты поняла, что любишь папу? От такого вопроса я теряюсь. Тамара прячет тихий смешок в ладони и с интересом поглядывает на меня. – Не знаю, милая. Просто в какой-то момент поняла, что твой папа необходим мне как воздух и вода. Девочка задумчиво кивает. – А почему ты спрашиваешь? Пелагея краснеет вся. Мне кажется, она не расскажет, но я ошибаюсь. Дочка тихо признаётся. – У нас в классе появился новый мальчик. И кажется, я влюбилась, мам. – А почему грустная такая? – интересуется Тамара. – Страшно полюбить кого-нибудь. – Не бойся, малышка. По-настоящему любить совсем нестрашно, наоборот, это счастье. Когда это чувство настоящее, взаимное, оно придаёт сил. Когда ты любишь, тебе ничего не страшно и все трудности оказываются по плечу. Искренняя любовь способна творить чудеса. – Как расколдованная Белоснежка после поцелуя? – Да, – улыбаюсь своей умной девочке. – Главное, не обмануться и не перепутать любовь с симпатией или увлечением. Для этого, милая, всегда слушай своё сердце. Оно тебя никогда не обманет. Пуговка на какое-то время затихает, а потом согласно кивает. – Папа также сказал. Ему сердце подсказало. Сказал, что оно забилось в унисон с твоим, стоило тебя один раз увидеть. Губы невольно растягиваются в счастливой улыбке. Дочка гладит себя по груди. – Моё молчит. Может я Матвея вовсе и не люблю? Надо приглядеться к нему получше. Пелагея сбегает, а я, взяв телефон, отправляю мужу сообщение. «Моё сердце тоже забилось в унисон с твоим».