Глава 10

― Ты когда вернулся в Россию? И как вы умудрились столкнуться? Машет рукой от Адама ко мне и обратно. – Максим, я сейчас единственный раз предложу решить вопрос мирно. Ты предоставляешь Еве развод, отказываешься от Пелагеи. Всё, что записано на твою жену, естественно, переходит ей. Муж громко смеётся. – У неё ничего нет. Сиротка из деревни. Да и неважно это, развод она всё равно не получит. Погуляет и вернётся, да, малышка? От злости сжимаю руки в кулаки. Свинья! Хочется броситься и расцарапать ему лицо. Стереть наглую ухмылку. Адам накрывает мою ладонь своей, что не укрывается от мужа. – А это уже интересно, и когда вы успели снюхаться? Может, любимая жёнушка, ты мне изменяла с ним? Корчила из себя невинную овечку, а сама?.. Надо бы тест ДНК сделать, узнать, от кого Пелагея на самом деле. – Ты прав, не от тебя, ― ложь сама рвётся наружу. ― Поэтому подпиши документы о разводе. Глаза Макса опасно сверкают, лицо на долю секунды превращается в маску, но улыбка быстро возвращается. Подаётся вперёд, приближая своё лицо слишком близко к моему. Мы практически сталкиваемся носами. Хочется отшатнуться, но Макс только этого и ждёт. – Знаешь, милая, я тебе не верю. – Твоё дело. Хмыкнув, муж снова откидывается на стул. – Можешь сегодня вернуться домой. Так и хочется отвесить низкий поклон в знак благодарности. Барин расщедрился. – Ева не вернётся, ― Адам достаёт из внутреннего кармана пиджака скрученные в трубку бумаги, ― ознакомься, это документы на развод. Макс с ленцой пододвигает бумаги к себе и начинает их изучать. Сначала я не понимала, зачем Адам позвал меня на кухню, а сейчас рада. Ни с чем не сравнимое удовольствие наблюдать, как спесь сходит с лица мужа. – Откуда? – Не получилось втихаря кинуть, да? Теперь очередь Адама довольно скалиться. Кажется, будто я оказалась среди двух хищников: льва и шакала. Последний пытается держать лицо, но явно остерегается нападения. И оно не заставляет себя ждать: – У тебя день на подумать, Макс, и всё подписать, потом я начну действовать. Муж задумчиво барабанит по столу, вглядываясь в лицо брата. Считает, что тот несерьёзен? Даже я не настолько наивна. Макс резко переводит взгляд на меня. – Ты получишь развод и даже оставлю дочь тебе, ― говорит так, словно наша малышка ― какой-то предмет торга! ― Но всё имущество, что числится на тебе, перейдёт мне и на время развода будешь жить дома. – Ты, наверное, забыл ― я сиротка из деревни. У меня за душой ничего нет. Да и жить я буду с будущим мужем. – Что?! ― Макс истерично смеётся, ― ты серьёзно? Думаешь с хрена одного брата перескочить на хрен другого? Дура наивная, ты ему на хер не сдалась, он возится с тобой, чтобы мои деньги себе присвоить. Сложно держаться, не показывать, как его слова ранят меня, но я не имею права на демонстрацию слабости. Иначе проиграю мужу. Но такого удовольствия я ему не доставлю. – По себе судишь? В любом случае я не откажусь от своих условий, ― киваю на бумаги в его руках и встаю из-за стола, ― Адам, я пойду соберу наши с Пуговкой вещи. Мой спаситель лишь коротко кивает в ответ, но что меня по-настоящему удивляет, так это его лицо в данный момент. Слишком ожесточённое, будто сдерживается из последних сил, чтобы не наброситься на брата. Или я выдаю желаемое за действительное? Не важно. Какие бы цели ни преследовал Адам, сейчас они совпадают с моей: отомстить Максу. За ту боль, что он причинил мне. За каждое произнесённое им слово. Перехожу из комнаты в комнату. Когда-то я любила эту квартиру, считала её идеальной, а сейчас мечтаю уйти отсюда и никогда не возвращаться. Всё вызывает отвращение. Семейные фотографии кажутся лицемерными, к нашей кровати брезгую подходить, и даже детская словно осквернена присутствием мужа и его любовниц. Беру только самое необходимое, любимые игрушки дочери, что-то из вещей. Всё остальное Адам и так нам купил. К голосам из кухни стараюсь не прислушиваться, как и не реагировать на стук в дверь. Меня это не касается. Проверяю сумку на коляске ― ни паспорта, ни моего телефона в ней нет. Ищу их в кабинете среди других документов, но тоже безрезультатно. Как и свидетельства о рождении Пелагеи. Поднимаю голову и замечаю мужа, стоит, оперевшись о дверной косяк, смотрит на меня, зарывшуюся в ворох документов. – Что-то потеряла, детка? – Где мой паспорт? – Мне откуда знать? Ты иногда бываешь такой рассеянной, оставила где-нибудь. Медленно подходит ко мне, заглядываю к нему за спину, ищу Адама, но там только пустой коридор. – Твой любовник занят, а мы побеседуем пока. Я не успеваю среагировать, как муж резко хватает меня за горло. Надавливает, перекрывая кислород. – А теперь мы поговорим, жёнушка, без посторонних.