Глава 37
Глава 37
Аня весь день просидела дома. О злосчастном вечере в ресторане старалась не вспоминать. Так гонит мысли перепивший накануне человек, который устроил пьяный дебош, а протрезвев, ужасается своему поступку.
Нет, совесть ее нисколько не мучила. Она хотела поставить точку и поставила. И сразу стало легче, будто вскрыли нарыв. Еще саднит, еще побаливает, но ранка затянется и останется лишь розоватый след на коже, которой тоже со временем поблекнет.
Маме решила ничего не рассказывать. Если только отец не пожалуется, она и не узнает. Иначе будет вздыхать и произносить дурацкие фразы с психологических форумов, что это ее отец, а их отношения это их проблема. Нет. Это и ее проблема тоже.
Отец предал ее не тогда, когда закрутил роман с этой бабищей, а когда поставил ее, Аню, перед выбором: как ни в чем не бывало продолжить с ним общение, и тем самым причинить боль маме, или высказать всё, что думает и остаться без него.
Мама, конечно, ее выпад не одобрит. Воспитывать не станет, но загрустит. А ведь только-только стала оживать. Работу нашла. Должность, конечно, странноватая, но, кажется, ей нравится. Только вот, как же будет с квартирой?
Аня уже предлагала маме взять бабушку и молча переехать. Пусть подавятся! Но мама боится, что они помешают Ане учиться. Да и бабушка от смены обстановки может впасть в психоз. Девушка поежилась, вспомнив, как совсем недавно летали по квартире вещи.
Тренькнул телефон. «Привет. Как дела? Не хочешь погулять в центре?»
Первое желание было написать «нет». Аня вообще не собиралась вылезать на свет божий. Спряталась, как рак-отшельник в свое убежище и не намерена его покидать. Тем более, чтобы встретиться с ней. Дочерью ее злейшего врага.
Весело запрыгали три точки в окошечке мессенджера, Даша не унималась и явно хотела пообщаться. И Аня не убрала телефон, а потом и с неожиданным для себя любопытством начала ждать, что ей напишет эта яркая, как тропическая бабочка блондинка.
Вчера она сразу догадалась, что это дочь Нины. Да и кто бы ошибся, если перед ней была практически точная копия. Даже бесцеремонность, с которой Даша потащила ее в бар, очень напомнила нахрапистость ее матери.
– Нет, всё-таки ты крута! – восхищенно повторила Даша, когда они устроились среди мягких подушек на диване.
Аня отвернулась и уныло посмотрела в крохотное окошко.
Бар находился в цокольном этаже, поэтому сквозь стекло было видно только асфальт. Время от времени мимо шныряли чьи-нибудь ноги. Иногда лапы.
– Всё, всё, дальше мы сами, - замахала рукой на официанта Даша.
Аня с насмешкой посмотрела, с каким сожалением парень отошел от их столика. Отойти-то отошел, но так и прилип к Даше взглядом, готовый по первому требованию кинуться обратно. Мог бы, как пес улегся у ног. Не приходится сомневаться.
Удивительно, но эта особенность Даши нисколько не злила. Абсолютно, нет. Просто забавно смотрится со стороны. На факультете у них тоже были красивые девушки и на них, конечно, обращали внимание, но чтобы вот так… Такое Аня видела впервые.
– Будешь? – предложила Даша, глубоко вдохнув дым.
Воздух наполнился запахом ментола и дыни. Аня качнула головой, в её глазах читалась усталость.
– Что толку от моей крутости? – усмехнулась она. – Он уже сделал свой выбор.
Даша откинулась на подушки, вытянула свои бесконечные ноги, нисколько не заботясь о том, что официант выпучил глаза и, похоже, перестал дышать. Ни кусочка лишнего из-под платья не показала, а уже такой эффект.
Некоторое время она молча смотрела в выложенный разноцветными плитками потолок. И вдруг резко приподнялась и заглянула Ане в лицо.
– Ты знаешь… Ты очень похожа на него и… и не похожа.
Она рассмеялась, сама понимая, как глупо прозвучала фраза. Ее смех сработал такой же приманкой, как и всё остальное. Двое мужчин у бара синхронно повернули головы, словно услышали волшебную дудочку. Аня не выдержала и улыбнулась. И как эта Даша живет, если ей не дают прохода?
– Не похожа, потому что отец изменился… - улыбка исчезла.
– Ой, ну с мамусиком немудрено… - беспечно отозвалась Даша. – Она всегда такая была. Люди для нее не существуют. Есть только один центр Вселенной – она сама. Но в твоего отца она, похоже, и правда влюбилась…
Аня уныло взбивала трубочкой лед с листьями мяты. Безалкогольный махито. Даша попросила себе крепкий кофе. Легкое опьянение прошло и в любой другой обстановке она бы уже давно продолжила праздник. Да хоть бы здесь, в этом лаунж-баре. Тем более желающих угостить и познакомиться с ней предостаточно. Но почему-то в обществе Ани ничего такого не хотелось. Приятнее было просто болтать, причем темы находились сами собой.
Со стороны их пара смотрелась странно – модельная блондинка в вечернем платье и обычно одетая девчонка, к неброской красоте которой еще нужно было приглядеться.
– А… давно он… - Даша замялась, подбирая слово, и Аня пришла на помощь.
– Ушел? Да нет, не очень. А вот отношениям год, как я поняла…
Помолчав, осторожно спросила:
– А ты почему так спокойно реагируешь на всё это? – Ты же… ее дочь.
Вместо ответа Даша снова глубоко затянулась, выдохнула дым и прикрыла глаза.
– Ну-у… - протянула, наконец, она. – Мамусик, по сути, для меня посторонняя женщина.
Что-то в ее голосе заставило Аню насторожиться. Будто кольнуло морозными иголками кожу. Она задумчиво посмотрела на Дашу, но тут же отвела взгляд. Её собственные чувства к отцу были такой же сложной смесью обиды, разочарования и… жалости. Только признаваться в этом никому, а главное, самой себе, не хотелось.
***
Даша написала Ане, вышла из номера на балкон и замерла. Она много слышала о здешних закатах, но никогда не представляла, насколько это красиво! Небо было похоже на взбитый мусс – свинцовые, оранжевые, розовые и багряные облака улеглись пышными слоями и приготовились перемешаться между собой. Самые нетерпеливые уже наползли друг на друга и засияли невообразимыми тонами.
Янтарное, немножко сплюснутое солнце лениво осматривало свои владения, прикидывало, куда направить лучи, да так, чтобы они впитали в себя все оттенки и разукрасили бледно-желтые стены домов и посеревшие окна. Разошлись по сторонам похожие на огромный пропеллер потоки света. Слепо выискивали себе жертву. Того, кто по неосторожности загляделся на вечернее небо. Ярким лазером резали по глазам, заставляя жмуриться и приставлять ко лбу ладошку.
Даша пискнула от восторга, схватила телефон и попыталась сделать сэлфи. Старательно ловила нужный ракурс, пытаясь уместить в кадр всё – и волшебный небесный коктейль, и строгую архитектуру и купол католической церкви с застывшим на верхушке ангелом.
Разочарованно надула губки, просматривая фото. Ничего похожего! Дешевая подделка, намазюканная бледными, лишенными жизни тонами. А небо уже снова поменяло рисунок – будто провернули калейдоскоп, и стекляшки сложились в новый рисунок. Даша с восторгом приняла и этот дар невидимого художника. Попятилась, опустилась в стоящее рядом кресло и притихла, как на спектакле.
Вот бы гулять и гулять по такой красоте! Хоть всю ночь, как она это делала у себя дома. Потянулась к телефону и, пытаясь поймать неуловимые изменения в воздухе, быстро нащелкала несколько десятков кадров. Выложила на своей страничке. Подумав секунду, отправила Пауле, Каролине и Эрике. Сейчас Эрика сто процентов покажет эту красоту своему братцу. И пусть Андрес умрет от ревности, понимая, что Darinho или Даринья точно не останется в одиночестве.
Найти компанию ей никогда не составляло труда. Вот и здесь, в незнакомом городе, где она родилась, но почти не росла, стоит только пойти по барам на соседней улице, как уже через час она будет облеплена гроздьями молодых людей. Причем не только парней, но и девушек. Так было всегда. Где бы Даша ни появлялась. Она как магнит притягивала всех к себе.
Единственный раз, когда ей через пять минут общения не стали заглядывать в рот, был вчера. Казалось, эта странноватая девчонка Аня обладала врожденным иммунитетом и совсем не поддалась Дашиным чарам.
Чем заинтересовала еще больше. До этого момента ее круг общения состоял из людей, готовых плясать под ее дудку. Аня же… Аня была совсем другой. Поначалу Даша даже не поняла, что тут не так.
А к концу вечера озарило: в Ане не было ни малейшего намека на восхищение, которое обычно она у всех вызывала. Ни зависти, ни попытки подражать, ни даже банального интереса к ее роскошной жизни и внешности.
Это заинтриговало.
Аня жила своей жизнью и совсем не стремилась присосаться к сладкому нектару Дашиной исключительности. Ей было всё равно.
Эта самодостаточность поначалу Дашу задела. Но одновременно и привлекла. Стало интересно. Как будто перед ней загадка, которую обязательно необходимо разгадать.
Сарказм – главное Дашино оружие, отскакивал от новой знакомой, будто на ней был бронежилет. Ничего не замечая, Аня спокойно отвечала на вопросы и не старалась что-то доказывать. Это было совершенно не похоже на реакцию, к которой Даша привыкла.
«Нет, определенно нужно с ней встретиться», - подумала Даша и, не тратя времени на переписку, набрала Аню.