Глава 59

Глава 59

Нина гнала, что есть силы. Навигатор показывал путь к Сергею в офис. Что значит отмени?! Как это ничего не станет делать?! Он с ума сошел?!

Истерично гудели автомобили, шарахались железными телами в сторону. Чудом оставались пустыми нерегулируемые переходы, что спасало Нину от трагедии. Не ослепил невесть откуда взявшийся луч редкого солнца, не хлынули потоки дождя, не было гололедицы. Только поэтому Нина добралась до нужной ей улицы целой и невредимой.

Место для парковки нашла быстро, и хотя очень торопилась увидеть Сергея и доступно объяснить ему, что капризы здесь совсем неуместны, вместо этого она дернула ноздрями и осталась сидеть в салоне. Сладковатый запах, напоминавший о чуть подгнивших фруктах, окутал плотным облаком и проник в каждую пору. Тело одеревенело, глаза закатились. Невыносимая боль пронзила голову сразу со всех сторон.

Нина глухо застонала и неловко заскребла руками. Резким рывком подняла их к лицу. Пальцами вцепилась в волосы, но не почувствовала этого. Всепоглощающая, пожирающая изнутри боль, охватила череп и тонкими щупальцами проникла в каждую клетку. Нине казалось, что ее посадили на электрический стул. Вокруг что-то трещало и щелкало, шипело и стрекотало, и не было этому ни конца, ни края.

Она не поняла, что приступ длился лишь три минуты. Для нее это была бесконечность, из которой она вынырнула совершенно обессиленной. Постепенно всё вокруг обрело четкость. Нина вяло шевельнулась, огляделась и непонимающе нахмурила брови. Потерла лоб, соображая, что это было.

Головная боль отозвалась легким звоном в затылке. Запах тоже исчез. Только тело казалось чужим и неуклюжим. Нина беспомощно уставилась в стекло. А если она до офиса не дойдет? О том, чтобы воспользоваться автомобилем, не было и речи. А вдруг всё повторится?

– Сережа… Сережа, ты где? – просипела она в трубку. – Я приехала. Мне очень-очень плохо… Помоги мне добраться до врачей.

Сергей недовольно скривился: опять Нина устроила спектакль. Решила давить на жалость. Надоело! Поначалу ее экзальтированность ему нравилась. По сравнению со спокойной и будто слегка подмороженной Леной, Нина выглядела фейерверком. Новогодним бенгальским огнем. Вулканом, пышущим магмой.

Теперь это стало утомлять. Поэтому он чуть не сказал, что ему некогда и раз она себя неважно чувствует, давление там или что, пусть вызовет такси и отправится в больницу. Но почему-то этого не сделал.

«Ладно. Пойду к ней. Только ведь опять начнет «на колу мочало…» - поморщился он. Вздохнул, накинул куртку и побрел вниз. Пока шел, снова обдумывал предложение старого компаньона выкупить его фирму.

«Почувствовали, воронье, - грустно размышлял Сергей. – Кружат. Звонят, выспрашивают. За три копейки хотят взять».

Приучал себя к мысли, что это выход. Завяз уже глубоко, любое телодвижение затягивает в трясину еще больше. А делать ничего не хочется. Вставать утром с кровати, и то неохота, лежал бы целый день, да смотрел в потолок.

В такие моменты, Нина начинает его теребить: о чем думаешь? И как бы объяснить, что ни о чем. Не поверит. Хотя врет, вот уже сутки он думает о Лене. Услышав от Ани, что она уехала с мужиком, как извращенец, стал представлять, что они там вдвоем вытворяют. Краснел, будто в замочную скважину подглядывает, бесился, но поделать с собой ничего не мог.

Выхватил взглядом машину, приготовился морально к гневному Нининому монологу, пошел, утопая в склизких листьях, разъеденных первым снегом. Женский силуэт неясно маячил за стеклом.

«А-а, пускай! - махнул он на ходу рукой. – Пускай пилит. А я буду думать о Ленке».

Не взглянув на Нину, нырнул в салон и упал на переднее сиденье. Поерзал, устраиваясь удобнее: ну, начинай свою песню…

Но Нина молчала. Сергей удивленно повернул голову и встревоженно дернулся. Сами собой мелькнули в голове слова бабушки: краше в гроб кладут. Вот так и можно было сказать о Нине. Бледная, с желтоватым отливом кожа, обвисла складками и обозначила морщины, особенно вокруг рта. Глаза ввалились, помада неряшливо скопилась в уголках губ. И очень сильно пахло потом.

По всей видимости, Нина заметила испуг, мелькнувший на лице Сергея. Она занервничала, провела пальцами под глазами и начала тянуть шею к зеркалу. Сергей вжался в кресло и принялся чересчур внимательно разглядывать сцепленные в замок пальцы. На Нину он смотреть больше не решался.

Что с ней? Неужели из-за его отказа от адвоката она так психанула, что вмиг постарела на добрый десяток лет?

Стало немножко стыдно - заставил сильно ее нервничать. Но, в конце концов, что она лезет с этой квартирой? Квартира его и Лены. Сами и разберутся.

– Что случилось, Нина? – решился спросить.

– Я… я не знаю. Я приехала, и вдруг мне стало плохо. Боль… - она коснулась головы, - просто нереальная боль. Я думала, я умираю.

Сергей осторожно взял ее за руку. В голосе прозвучала такая неподдельная растерянность и паника, что он испугался. Кожа у Нины оказалась влажной и немного липкой.

– И запах еще этот, - она дернула носом. – Чувствуешь?

Сергей деликатно помотал головой.

– Будто ананасы сгнили… - пожаловалась Нина. – Сейчас уже не так, а вот когда голова болела, воняло сильно.

Она помолчала.

– К врачу надо, Сережа. Что-то не то со мной… - панические нотки так и зазвенели в воздухе.

Нина всхлипнула.

– Тихо, тихо, - притянул ее к себе Сергей. – Это давление, наверное.

– Нет! – взвизгнула Нина. – Не давление… Отвези меня в клинику. Прошу! Меня примут, это экстренный случай. Это ненормально… такие боли… И ананасы…

Сергей совсем переполошился. Всегда уверенная, немножко властная Нина на глазах превратилась в истеричную тетку, подозревающую у себя все болезни мира.

– Хорошо, хорошо, - забормотал он. – Едем. Куда?

– В «Скандинавию». У меня там ДМС.

***

– Теперь всё? – чуть насмешливо спросила Лена.

Сергей поджал губы, отвернулся, разглядывая стенды с бумажками. Суд закончился быстро. Квартира пополам, об алиментах для Берты договорились по обоюдному согласию. Ежемесячная фиксированная сумма, плюс помощь, которую посчитает нужной сам Сергей.

Было немного странно, что всё прошло обыденно, без драм, разборок и взаимных обвинений. Наверное, со стороны они смотрелись, как вполне разумная пара, которая обо всем сумела договориться заранее. Кто бы мог подумать, какие почти криминальные страсти предшествовали этому скучному процессу.

Теперь даже маячивший у крыльца седой орангутанг не вызвал у Сергея эмоций. Всё будто занемело.

О проблемах Лене рассказывать не собирался. Не хотел, чтоб злорадствовала. Достаточно и того, что смотрит на него, как на микроба. Подумаешь! Нашла богатенького и думает, что нужна ему долго будет? Как была наивной, так и осталась.

Беды начались в тот же день, когда Нина попросила отвезти в клинику. Крутился как белка в колесе. Доктора, исследования, анализы, истерики Нины, которая цеплялась за него скрюченными пальцами и рыдала, рыдала, рыдала. На рубашке расплывались пятна, местами они были скользкие и засыхали неприятными твердыми на ощупь буграми.

– Это же просто гипертония? – с надеждой спрашивала Нина, хлопая припухшими веками.

От переживаний она вся как-то быстро постарела, перестала следить за собой и целыми днями читала форумы тех несчастливцев, у кого заподозрили страшное.

Глиобластома. Попросту опухоль мозга.

Диагноз Нине никто пока не озвучил. Сергей отговорил докторов. Он знал, какая последует реакция и во что в этом случае превратится его жизнь.

Уже сейчас Нина впадала в истерику при любом неосторожном слове, во всем она видела намек на страдания и смерть. Лихорадочно искала примеры исцеления и, что больше всего пугало Сергея, начала смотреть каналы каких-то проходимцев, которые уверяли, что травами и содой излечивают любую болезнь.

– Вот, - тыкала она пальцем в экран, показывая очередного бородатого старца, - вот, к нему надо. Он все болезни снимает. Хоть и дорого, но посмотри, сколько людей написали, что он им помог!

– Валентина нашла покупателей! – теребила она его через сутки. – Завтра же оформляй сделку. Деньги старцу в течение двух недель нужно отвезти. Сама поеду. То есть ты меня отвезешь. Я боюсь за руль.

Сергей цепенел, как ящерица на морозе, криво улыбался, осторожно хлопал Нину по руке и не знал, как сказать, что продажей квартиры занимается агент Лены, и что везти деньги мошеннику он не собирается.

Особенно после откровенного разговора с доктором.

– В Испанию! Я поеду в Испанию! Илья не откажет! Там хорошая медицина и климат,- загоралась следующей идеей Нина. – Я мать его детей. Конечно, не откажет!

Илья посочувствовал, но на письма ответил сухо. Даша и Даня о болезни матери даже не узнали.

Нина поплакала и снова начала писать знахарям. Сергей обрадовался: пока она занята, он нашел небольшую двушку в новом районе. Съездил, посмотрел, всё понравилось. Оставалось только начать сделку. И как можно скорее, а то помимо целителей, у Нины появилась еще одна навязчивая идея – расписаться и обязательно обвенчаться.

Это было невыносимо. Какое-то дежавю. Снова болезнь, и снова нелегкий выбор. Сергей нервно посмеивался и гадал, за что ему это? Почему снова он?

– Хорошо, Нинуля, хорошо, - прищурившись, смотрел мимо.

Теперь уж точно не до раздумий. Пора действовать.