Глава 2

Ритуал Очищения!

Слова Рагнара, брошенные перед тем, как он хлопнул дверью, въедаются в сознание, словно клеймо раскаленным железом.

Он не просто отказывается от меня. Он собирается вытравить саму суть нашей связи, объявить ее дефектной на глазах у всего королевства.

Мой взгляд падает на запястье. Тонкий золотой узор метки истинности, когда-то сиявший так ярко, что его можно было разглядеть даже сквозь тонкую ткань перчатки, в последние месяцы заметно потускнел.

Я списывала это на собственное отчаяние, на угасающую надежду. Переживала, что это наши чувства остывают, и метка лишь отражает холод, поселившийся в сердце моего мужа.

Последнее время он охладел ко мне, редко заходил по ночам.

Дверь в покои открывается без стука, и на пороге появляется та, чьё имя перекатывается ядом на моих устах.

— Лиран…

Она скользит по комнате с грацией хищницы, уверенной в своей победе. Ее пепельные волосы собраны в сложную прическу, а темно-синее платье облегает фигуру, не скрывая, а лишь подчеркивая слегка округлившийся живот. Живот, в котором растет дитя моего мужа.

Она останавливается передо мной, и ее льдисто-серые глаза с фальшивым сочувствием оглядывают меня с ног до головы.

— Бедная Айлин, — любовница мужа мурлычит, как сытая кошка. — Ты, должно быть, совершенно раздавлена. Не вини его слишком сильно. Генерал просто выполняет свой долг перед Империей.

Она лениво проводит ладонью по своему животу. Я чувствую слабую, но безошибочно узнаваемую ауру магии Рагнара, исходящую оттуда, и сердце сжимается в ледяной кулак.

— Все для блага Империи, дорогая, — продолжает стерва, наслаждаясь моим молчанием. — Я лишь немного помогла твоей метке угаснуть. Вытянула толику твоей силы, чтобы… ускорить неизбежное. Ты же не можешь пойти против своего народа, который так отчаянно нуждается в наследнике?

Ее слова, словно вспышка молнии, освещают уродливую правду.

Это не чувства моего мужа угасли. Это она, эта ведьма, планомерно высасывала из меня жизнь, разрушала нашу связь.

Ее взгляд впивается в фамильное кольцо на моем пальце — тяжелый золотой обруч с драконом.

— Видишь? — она кривит свой идеальный рот в усмешке. — Даже с этим могущественным артефактом ты оказалась пуста. А я понесла его дитя без всякой магии. Просто потому,что я — настоящая женщина.

Смех Лиран, тихий и мелодичный, эхом разносится по комнате, и мне хочется зажать уши, чтобы его не слышать. Я сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Крик застывает в горле, превращаясь в обжигающую кислоту.

— Тебе, наверное, очень тяжело, — она делает шаг вперед, и в ее руках появляется небольшая резная шкатулка из темного дерева. — Прими мой дар в знак… сочувствия.

Она протягивает мне шкатулку. Ее глаза блестят торжеством.

— Мне не нужны твои подачки! — выкрикиваю я, и голос срывается от ярости.

Я отмахиваюсь от ее «дара», отшвыривая шкатулку в сторону. Она ударяется о каменный пол с глухим стуком и раскрывается.

На светлые плиты высыпается горсть каких-то сушеных темных листьев и узловатых, скрюченных корешков.

Я хмурюсь, недоумевая. Что это?

От них исходит странный, незнакомый, чуть горьковатый запах. Какой-то целительный сбор? Или… что-то иное? Зачем она принесла мне это?

В тот же миг дверь моих покоев с грохотом распахивается. На пороге, чеканя шаг, врывается отряд дворцовой стражи, и их капитан, даже не взглянув на меня, устремляет свой взор на рассыпанные по полу травы.