Глава 21 · Где я получаю необычный артефакт

Я думала, что этот день не настанет, а когда осознала, что все прояснится сегодня, то почему-то не ощутила особого трепета. Перегорела, что ли?

Как бы там ни было, но сейчас я чувствовала себя куда увереннее и нужнее людям, чем когда была просто мадам де Гроот.

Вчера я разыскала сына того самого бедного старика. Благо обошлось без трагедий. Парень был самым обычным нерадивым студентом, провалил экзамен и очень боялся разочаровать отца. Так и ютился все эти дни у друзей.

То, что отец от тревоги и горя места себе не находит, ему просто не приходило в голову.

На глазах старика были слезы благодарности. Когда он прощался, долго тряс мою руку морщинистыми ладонями и обещал возносить молитвы за мое благополучие каждый день.

На этом фоне мое жадное стремление узнать имя того, кто нанял Венди Акстер, чтобы развести нас с Виктором, выглядело каким-то мелочным и несерьезным.

Будь мы чуть терпимее, доверяй друг другу чуть больше, не понадобилось бы обращаться к магу. Мы могли просто поговорить. Но ревность и обида заглушили в нас обоих голос разума.

— Лиззи, ты совсем не слушаешь.

Я отвлеклась от унылого пейзажа за окном и поймала укоризненный взгляд Найджела. Он, оказывается, все это время о чем-то говорил.

— Я думал, тебе будет интересно узнать, чем кончилась история Луи Ореньона. Но, если не хочешь…

— Прости, задумалась, — улыбнулась я ему. — Так что там у Людовика?

— Он все-таки выяснил, кто стащил родовой амулет и забросил его в склеп.

Я развернулась всем телом и глянула уже с откровенным любопытством. Вот так новости!

— И кто этот злодей, по чьей вине мы сутки блуждали в подземельях?

— Сам племянник!

Я опешила:

— А зачем ему это?

Найджел со смехом отмахнулся.

— Не поверишь, все получилось чисто случайно. Парень проспорил приятелям, что сможет потихоньку взять артефакт вынести наружу.

— Луи же говорил, что там магия, которая не дает вынести вещь наружу? — удивилась я.

Найджел свернул в проулок, выехал на соседнюю улицу. Только потом продолжил:

— Так и есть. Мальчишка как только вышел за пределы поместья, магия вернула амулет в дом. Но почему-то не в шкатулку, а к гробнице основателя рода.

— Может, так и было запланировано?

— Кто знает. Только племянник Людовика и сам не знал, где искать семейную ценность. Поэтому струсил и решил промолчать.

За разговором время пролетело незаметно. Автомобиль притормозил у знакомого дома. Найджел открыл дверцу, выпуская меня наружу, под мелкий моросящий дождик. Студеный ветер тут же дохнул в лицо близкой зимой, остужая мое нетерпение и страх.

— Только без глупостей, Элизабет, держи себя в руках, — предупредил мой телохранитель, прежде чем мы вошли к мастеру Элрику.

— Мне кажется, я повзрослела лет на десять за это время, — призналась я, глядя под ноги на стертые ступени. — Раньше жизнь была такой простой, счастливой и безмятежной. А сейчас каждый день я узнаю все новые грани человеческой натуры — от самых грязных и отвратительных до возвышенных и чистых.

— Это нормально. Каждый проходит этот этап в своей жизни. Усваивает новые знания, взрослеет, мудреет и… живет дальше.

— Но как?

— Спокойно. Как все живут. Просто будешь чуточку осторожнее и предусмотрительнее.

— Мне кажется, я никогда не смогу вернуться к прежней жизни и относиться к людям как раньше.

— Поверь мне, Лиззи, сможешь. Просто помни, что мир не состоит только из черных и белых красок. Он цветной. Не суди всех по поступкам одного. Но и не считай всех ангелами.

Найджел остановился, взял меня двумя ладонями за плечи, заглянул в глаза.

— Все, пришли, сделай глубокий вдох.

Мастер Элрик при виде нас удовлетворенно потер руки.

— Рад приветствовать вас, господа. Задачка оказалась непростой, но я справился.

— Имя! Назовите мне имя, — не выдержала я.

— Не так быстро, мадам, — мои надежды на немедленное избавление от мук неизвестности растаяли, как дым на ветру. — Имя вы сами узнаете. Я же подготовил для вас артефакт, который укажет на искомый субъект при встрече. Возьмите.

Маг протянул мне перстень с большим прозрачным камнем.

— Горный хрусталь? — с любопытством поинтересовался Найджел.

— Он самый, — мастер Элрик довольно заулыбался. — Любимый камень магов. Он легче всего вбирает в себя заклятия.

— Зачем оно мне? — Я тем не менее послушно надела кольцо на палец.

Артефактор проследил за мной взглядом, перехватил мою ладонь, повернул кольцо камнем внутрь.

— Наденьте и не снимайте. Но хрусталь лучше не демонстрировать лишний раз на публике, дабы не сбить тонкие настройки. Как только столкнетесь со злодеем, камень начнет светиться. Вы и так это увидите.

Я покосилась на руку с сомнением.

— Но что, если я даже не знакома с этим человеком?

— Знакомы, и еще как. По всему выходит, что это кто-то из близкого круга.

— Ну и как я должна искать этого неведомого злодея? — с досадой воскликнула я, садясь в мобиль.

— Лиззи, не кипятись, — остудил мой гнев Найджел. — Предлагаю следующий план. Ты составляешь список самых близких людей из вашего с Виктором окружения, с кем нужно, договариваешься о встрече. А завтра мы вместе поедем по адресам, либо встречаем гостей у тебя дома. Извини, одну тебя я не отпущу. Если человек уже совершил столь неблаговидный поступок, кто знает, на что он может быть способен.

Я задумалась, кого включить в подозреваемые, и как быть с драконьей родней Виктора? Если честно, они приходили в голову первым делом. Со дня нашей свадьбы их отношение ко мне было, мягко говоря, настороженным.

— Идет, — согласилась я с разумными доводами.

Как раз и подумаю до завтра, к кому отправиться первым делом.

— Вот и отлично! Значит, завтра с утра и приступим.

Найджел довез меня до калитки и уехал по своим делам.

Я в задумчивости шла по дорожке, любуясь трудами своего садовника. Он уже вырезал засохшие плети и убрал опавшие листья с дорожек и газона.

— Мадам Элизабет, — мужчина приподнял при виде меня шляпу. — Доброго вам денечка.

— Здравствуйте, месье Гюстав, — помахала я. — Вашими трудами палисадник так преобразился, что любой денечек покажется добрым.

— Благодарю, мадам. Скоро здесь станет еще лучше.

— Лиззи, — окликнул меня от дверей веселый девичий голосок. — Ну чего ты там застряла? Я дожидаюсь битый час.

— Жози? Рада видеть тебя. Как здоровье? — пошла я навстречу подруге.

— Ай, — отмахнулась она. — Что мне сделается? Победила я эту заразу. Идем в дом, теперь-то ты не отвертишься от рассказа. Что за таинственные дела у тебя с Найджелом? Мадам Финч сказала, что вы даже ее держите в неведенье.

Я подняла руку, чтобы поправить выбившийся локон и прикрыть смущенный румянец на щеках.

Как мне вывернуться в данной ситуации? Ведь Найджел настаивал, чтобы я никому-то не говорила о признании Венди Акстер и наших поисках. Как быть? Ссориться с Жози не хотелось.

Я не успела додумать эту мысль, как увидела яркий огонек, блеснувший на пальце. Перстень мага! Что это? Разве он не должен светиться, лишь когда рядом окажется отправитель письма? Не-е-е-ет… Или да?

Мой разум отказывался верить очевидному. Та самая неведомая гадина, что разрушила мою жизнь — Жози? Моя дорогая Жози?

— Ой, что это за колечко? Какое необычное, светится! Это магия? — Жози цепко схватила мою руку. — Лиззи, ты стала невыносимо скрытной! Ну скажи же мне, откуда у тебя такое чудесное кольцо? Лиз, почему ты молчишь?

Жози замерла и нахмурилась:

— Лиззи, ты в порядке? Ты заболела? Да? Бледная какая-то. Ну-ка, идем в дом. Лиз! Отомри!

Я с трудом выдернула свою ладонь из ее пальцев, спрятала кисть с сияющим перстнем в карман.

— Давай потом, Жози…

Открыла дверь и шагнула за порог.

Мысли в голове бились в истерике. Жози⁈ Не может быть! Только не она! Я уверена в ней, как в самой себе. Более открытого, честного и дружелюбного человека еще поискать. Да я ее знаю с трех лет!

— Ли-и-из? Не молчи, бога ради! Ты меня пугаешь, — подруга зашла следом. — Мадам Финч! Принесите воды. Кажется, Лиззи плохо.

— Мадам Элизабет! — ахнул рядом голос моей экономки. — Да на вас лица нет. Сядьте сюда. Мадемуазель Жозефина, побудьте с ней, я принесу нюхательную соль.

— Нет-нет, не надо, — наконец смогла я сказать что-то внятное. — Просто голова разболелась. Пойду, лягу.

— Я помогу, — с готовностью подхватилась Жози.

— Нет! Не стоит, право же. Я справлюсь. Тебе нужно поберечься после болезни, дорогая. Вдруг это что-то заразное? Отправляйся домой, — отодвинулась я и пристально посмотрела в глаза той, что была мне подругой с самого детства.

Наша дружба всегда казалась нерушимой. Во всяком случае, я верила в это. Никогда, ни словом, ни делом, Жози не давала повода усомниться в себе.

Неужели она могла так подло предать меня? Ради чего? Почему?

Я отступила к лестнице и снова посмотрела на кольцо. Камень сиял, будто в него случайно попали магическим зарядом.

— Лиз, Лиззи? — Жози выглядела потерянной.

Я почувствовала, что еще немного, и разрыдаюсь прямо здесь. Ноги сами понесли меня наверх, по лестнице, коридору, в спальню.

Там я бросилась на постель и дала выход слезам. Горькая обида переполняла мою душу. Как же так? За что мне это все?

Мадам Финч принималась стучать в дверь несколько раз, только у меня не было сил открыть. Слезы ослепляли. Боль выворачивала душу.

— Оставьте меня, пожалуйста, — только и смогла проговорить я.

Через час слегка пришла в себя. Села на смятой постели, нашарила в комоде последний платок. Мельком глянула на себя в зеркало и ужаснулась. Надо бы сходить умыться. Одним платком этот кошмар не исправить.

Через полчаса удалось успокоиться настолько, чтобы было не стыдно спуститься в салон и взяться за шар. Кольцо, выполнив свою миссию, уже не светилось. И я, втайне надеясь на чудо, решила подтвердить или опровергнуть неприятное открытие своими методами. Вдруг все-таки ошибка? Ну, вдруг?

В комнате для гаданий я уселась за стол, придвинула шар, долго колебалась, не решаясь поставить в этом деле точку. Кое-как себя уговорила и положила на холодную поверхность обе ладони. Наморщила лоб, сосредотачиваясь на вопросе. Громко выдохнула и сказала, заранее понимая, что увижу в хрустале:

— Покажи мне, как Жози отправляет это мерзкое письмо.

Внутри шара всколыхнулся туман. Был он сначала белый, но очень быстро окрасился алым, пропитавшись моим настроением. В дымном мареве постепенно проявилась картинка.

Я смотрела на нее и чувствовала, что внутри не осталась места ни слезам, ни способности удивляться. Чувства мои словно выгорели.

В шаре моя подруга, моя самая лучшая, самая любимая Жози, яркая как экзотическая птичка, весело размахивая сумочкой, входила в почтовую контору. Дарила призывную улыбку молодому служащему за стойкой. Протягивала знакомый конверт.

— Ближе! — проговорила я.

Шар послушно исполнил приказание. Надпись на конверте стала четкой-четкой. Позволила себя прочитать и разбила остатки иллюзий.

Все. Полный крах! А совсем недавно у меня была счастливая семья, любящий муж и самая верная на свете подруга.

Была…

Почтальон в шаре взял конверт, мимоходом назвав цену пересылки. Жози пальчиком подвинула по почтовой стойке монетку.

Я невольно усмехнулась. Вот она — истинная цена моего счастья. Кто же знал, что вся моя жизнь — такая дешевка.

В шаре раздался стук печати и на поверхности конверта появился круглый оттиск. Я до сих пор могла его увидеть, стоило только открыть сумочку.

Жози на прощание стрельнула глазами в парня и пошла на выход. Все. Занавес.

Я резко отдернула обе руки, заставив шар погаснуть. Опустила ладони на колени и замерла, пытаясь хоть как-то уложить в голове новую реальность.

Что ж, ошибки нет. Это действительно была Жози. Моя, чтоб ее, честная и искренняя Жози!

В груди закипала холодная ярость.

Сейчас больше всего хотелось уничтожить благополучие Жози так же, как она разрушила мою семью и мою жизнь. Но сперва расскажу обо всем Виктору. Теперь, когда есть доказательства, хочет он того или нет, но выслушает меня.

Правильно говорят — хочешь насмешить Бога, поделись с ним планами.

Помню, Мадам Финч пыталась меня отговорить, хватала за руки, взывала к разуму.

Помню, она жалела, что Найджел уехал по делам, а на меня некому повлиять.

Помню, пыталась загородить собой дверь.

Все помню. Но и я не могла иначе. Правда жгла изнутри, требовала выхода. Я решила ее выпустить.

До особняка де Гроотов долетела на первом попавшемся под руку магмобиле. Сам путь в моей памяти не отложился, не оставил о себе следа. Вроде бы только что стояла у вывески салона и вдруг — оп! Уже вижу знакомые ступени, а над ними помпезную дверь с кованной ручкой.

Зато дальше все четко. Захочешь, да не выйдет забыть.

Позвонить в дверь я не успела. Взлетела вверх на крыльцо, взялась за колокольчик, подбирая мысленно слова, готовясь произнести горячую речь, но дверь открылась сама.

— Лиззи? — Уже не моя Жозефина отчего-то побледнела. — Ты что здесь делаешь?

Замечательный вопрос! Я прищурилась и криво усмехнулась.

— По-моему, куда интереснее, что здесь делаешь ты?