Глава 25 · Где все дороги ведут в замок одиноких душ

Виктор

Я метался по комнатушке этого проклятого магического салона, пытаясь удержать дракона внутри. На пальцах то появлялись, то пропадали чешуйки. Из груди рвался рык. Зверь внутри меня сходил с ума.

Кто бы знал, чего мне стоил прошедший месяц. Голос разума — то, что было во мне от человека, твердил — отпусти ее, насильно мил не будешь. Она нашла другого. Она хочет уйти.

Дракон орал — убьем соперника, украдем, спрячем, наша! Моя! Моя! Никому не отдам!

Я, как мог, пытался быть человеком.

Зря. Кого я пытался обмануть? Надо было оставаться драконом.

Сейчас мой дракон бился от боли и выл раненым зверем, чувствуя, что теряет свою пару.

Я остановился, чтобы хоть чуть выплеснуть эмоции, жахнул кулаком по дверному косяку. Во все стороны полетели щепки.

Плохо. Ох, как плохо. Контроль потерян окончательно.

— Виктор! — рыкнул над ухом обожаемый Элизой Найджел. — Прекрати, ее ты этим не спасешь.

Кожу тронуло остужающее заклятие. Дракон внутри меня словно споткнулся. Дернулся беспомощно. Затих.

Пусть я знал, что это ненадолго, но все равно медленно обернулся, выдавил через силу:

— Спасибо.

Тяжело опустился в кресло.

— Что там? — кивнул на лестницу, туда, где на втором этаже, маг-целитель колдовал над Лиззи. — Как она?

— Пока неизвестно.

Найджел тоже был отнюдь не железным. От переживаний он осунулся и постарел. Теперь стало очевидно, что этот матерый драконище разменял не одно столетие.

Я сдернул с шеи галстук, засунул ненужную тряпицу в карман.

— Почему? Целитель говорил, что на ноже был обычный парализатор! Почему она не приходит в себя?

Дракон снова взвыл, вторя моим мыслям: «Моя! Наша! Заберем⁈ Сейчас! Не хочу-у-у-у жда-а-а-ать! Моя!»

Я с силой вцепился в подлокотники, чувствуя, как под пальцами крошится дерево.

— Прекрати! — рявкнул Найджел. — Ты уже достаточно натворил дел. Хватит.

Мне подсунули стакан с чем-то крепким, ароматным. Я влил пойло в горло одним глотком, совершенно не осознавая, что именно пью.

— Герцог де Гроот, вас надо перевязать, я настаиваю!

Доротея, экономка Элизабет, поставила на столик поднос. Я оглядел миску с водой, бинты и пузырек с какой-то жидкостью.

— Вы ранены, месье, у вас кровь!

Перевел взгляд на свой рукав, насквозь пропитанный алым. Правда, ранен. Удивительно, но я вовсе не чувствовал боли. Душа болела куда сильнее, чем плоть.

Махнул рукой, пытаясь прекратить суету вокруг.

— Оставьте, мелочь, царапина.

— Я настаиваю, месье де Гроот! — голос женщины стал приказным.

Я решил, что лучше не спорить из-за ерунды, подчинился. Стянул сюртук, закатал рукав рубашки.

Под тканью обнаружилась глубокая резаная рана. Я оглядел ее с удивлением.

Женщина зацокала укоризненно языком. Проворчала:

— Ох уж эти мужчины. Здесь рассечено почти до кости, а он — царапина! Оставьте!

Найджел усмехнулся, добавил в стакан того же пойла, подтолкнул ко мне. Велел:

— Пей.

И я снова подчинился.

Стало куда легче. Дракон почти затих, перестал рваться на волю.

— Что это? — я попытался определить напиток на запах.

— Не знаю, — беспечно отозвался Найджел. — Целитель дал. Велел выпить. Обоим. Сказал, что специальное драконье. — Глянул на меня с усмешкой. — Еще будешь?

Я покачал головой.

— Нет. Хватит. Слишком сильная дрянь. Притупляет чувства.

Найджел кивнул, подтверждая.

— Самое то, для нашей ситуации. Иначе с ума сойдем, пока дождемся. Или озвереем.

Наверху стукнула дверь.

Я вскочил, стряхивая с руки женские пальцы.

— Герцог де Гроот! — рявкнула Доротея. — Стоять! Тут узелок осталось завязать.

От неожиданности я замер, позволяя завершить перевязку.

— Ну вот, — женщина пригладила поверх бинта ладонью, — теперь можете бежать.

Два раза не нужно было повторять. Ноги сами понесли по ступеням вверх. Следом топотал Найджел. Такой же напряженный и взвинченный.

Целитель вышел на лестничную площадку, вытащил из кармана платок и принялся промокать с лица пот, стараясь не смотреть нам в глаза. Вид его не обещал ничего хорошего.

«Моя! Забрать!» — вновь взвыл внутри дракон.

— Что с ней? — прошептал я осипшим голосом. — Что с Элизабет?

Целитель, не поднимая глаз, сунул скомканный платок в карман и оглянулся на спальню Элизабет.

Было видно, что он не может решиться облечь правду в слова.

Мое сердце пропустило удар. Я месяц в тайне от самого себя жаждал отмщения. Но не так же страшно. Видит Бог, не так!

— Все плохо, мэтр? — подал голос Найджел.

Целитель нервно кашлянул. Можно было его понять. Вид двух взвинченных драконов кого угодно заставит нервничать.

— Не буду скрывать, господа, дела плохи. — В руках его вновь появился платок. Нервные пальцы крутили из ни в чем неповинного шелка узлы. Рвали дорогое кружево. — Боюсь, что до утра ваша супруга, герцог, не доживет.

Я онемел от окончательного осознания скорой потери. Дракон внутри меня горестно замолк.

— Но почему? — вперед выступил Найджел. — Мы допросили нападавших. Они не собирались убивать Элизабет. Им заплатили за похищение. На ноже был парализующий состав. От этого не умирают.

Целитель развел руками, зло глянул на растерзанный платок и отшвырнул его в сторону.

— К сожалению, в дело вмешалась магия.

Наконец-то его взгляд уперся в меня.

— Почему вы не завершили связь, герцог?

— Связь? — не понял я.

— Именно. — Маг принялся спускаться вниз, тяжело отсчитывая ногами ступени. — Связь истинной пары.

Я застыл оглушенный. Нет, конечно, были такие подозрения. И дракон реагировал на Элизабет слишком ярко, слишком ревностно. Но истинная пара… Это такая редкость!

— Вы уверены? — прошептал я.

— Абсолютно. — Маг остановился на середине лестницы. — Так же, как уверен, что незавершенный ритуал сейчас убивает вашу супругу. Парализатор лишь послужил катализатором.

— Но, — я судорожно сглотнул, — но истинная связь проявляется только после «драконьего совершеннолетия» — в двадцать пять лет. Это общеизвестно. А Элизабет всего двадцать один.

Целитель на минуту задумался.

— Значит, произошло что-то, что запустило ритуал раньше времени. Думайте, что это могло быть?

— Замок одиноких душ и маскарад! — выпалила вперед всех Доротея. — Там Элизабет встретила свою идеальную пару. — Палец ее указал на меня. — Как оказалось, вас, месье де Гроот.

Маг вздохнул и преодолел последние ступени.

— Вполне вероятно, — согласился он. — Магия замка слишком древняя. Сейчас ее суть никто не берется постигнуть. Но она вполне могла запустить ритуал, тем более, что вы уже были близки.

Вот теперь я поверил беспрекословно. Поверил и ужаснулся. Боги, что я натворил?

О замке много чего говорили, но большую часть историй я считал досужими россказнями. И шел туда от отчаяния, в глупой надежде заглушить свою боль, встретить ту, что исцелит мое истерзанное сердце. А встретил Элизабет.

— Она умирает?

Маг нехотя кивнул, отвечая на мой вопрос.

Я тут же выпалил следующий:

— Что-то можно сделать? Можно завершить ритуал сейчас? Или, я не знаю… если это спасет Элизабет — разорвать связь? Не молчите, мэтр! Ну же!

Я еле дождался ответа.

— Должен предупредить, что не уверен, — нерешительно проговорил целитель. — Есть крохотный шанс. Но это большой риск…

— Плевать! Я готов на все, что угодно! Говорите, не медлите.

Я сам не заметил, как оказался подле мага и вцепился ему в лацканы сюртука.

Найджел встал рядом, положил ладонь мне на плечо.

— Успокойся, Виктор. Тебе сейчас нужно сохранять хладнокровие. Ты же хочешь помочь Элизабет?

Помочь Лиззи? Хочу! Всем сердцем хочу. Только от моего хладнокровия ничего не осталось еще месяц назад. Клочья и пепел. Впрочем, как и от меня самого.

Я через силу разжал пальцы, отодвинулся от мага на шаг и почти прорычал:

— Хочу! Я сделаю все, что скажете.

— В общем, можно попытаться удержать ее, если завершить ритуал привязки истинной пары. Но имейте в виду, если мадам де Гроот после завершения ритуала захочет уйти за грань, она утянет за собой и свою истинную половину — вас, герцог.

— Конкретнее, доктор!

— Хорошо. Вот вам конкретика. Я могу завершить ритуал и отправить вас за Элизабет. Туда, где она сейчас застряла — на грань жизни и смерти. А дальше все будет зависеть от вас. Либо вы вернете ее к жизни, либо она приведет вас к смерти. С момента завершения привязки у вас будет одна судьба на двоих. Решайте, герцог.

О чем тут думать? Мой дракон попытался вырваться наружу. Я с трудом затолкал его обратно.

Сказал, не раздумывая:

— Согласен. Приступайте. Прямо сейчас.

— Что для этого нужно?

Мы расположились полукругом возле кровати с находящейся в забытьи Элизабет.

— Ничего особенного, — ответил маг. — Все то же, что и для ритуала заключения брака между драконами. Вы же его не проводили?

Я покачал головой. Это была одна из нерешенных проблем.

— Нет. Мы поженились по человеческим законам. На брак по нашим обычаям мой род не дал разрешения.

— Семейство де Гроот было против? — понятливо кивнул Найджел.

— Мягко говоря. — Я криво усмехнулся. — Мать не разговаривала со мной три года. Только сейчас, когда было объявлено о разводе, снизошла до встречи.

Целитель снисходительно похлопал меня по руке.

— Уж поверьте старику, молодой человек, это — проблема не только драконов. Человеческие матери тоже редко бывают довольны избранницами своих сыновей. Нуте-с, хватит разглагольствовать, давайте приступать.

Он обернулся к Доротее.

— Мадам, мне нужна чистая миска и красное вино. А еще пара свечей.

Он дождался, когда экономка удалится из комнаты и пробормотал:

— Было бы неплохо раздобыть ритуальный нож, но сгодится и скальпель. С ним не так зрелищно, зато надежно.

Я неспешно закатал рукав, освобождая запястье. О том, как проходит драконья брачная церемония, я был прекрасно осведомлен.

Найджел тем временем выдвинул в центр спальни одну из прикроватных тумбочек.

Лекарь расстелил на ней льняное полотенце, положил сверху футляр с хирургическим инструментом.

Все замерло в ожидании возвращения Доротеи.

— Вот миска и вино! — возникла на пороге чуть запыхавшаяся экономка. — Я могу вам еще чем-то помочь?

— Можете, — маг передвинул тумбочку удобнее. — Сядьте рядом с Элизабет и придержите ее руку так, чтобы запястье было над миской.

Я думал, что экономка откажется, но она даже не дрогнула. Уселась рядом с бесчувственным телом моей Лиззи, аккуратно подняла ее руку, развернула и, придерживая одновременно за локоть и пальцы, расположила над пустым сосудом.

— Так?

— Да, спасибо.

Лекарь открыл футляр и достал скальпель.

— Ну-с, приступим.

Очень скоро на дно миски закапала алая человеческая кровь и темная драконья. Обе они пенясь смешивались внутри сосуда, заменившего ритуальную чашу. И от этого смешения рождался магический огонь.

Яркий, холодный, состоящий из фиолетовых и зеленых язычков.

Маг дождался, когда крови наберется достаточное количество, и выдал Доротее моточек бинта.

— Перевяжите рану, — велел он. Перевел взгляд на меня. — Вам нужно, месье де Гроот?

— Нет! — ответ вырвался у меня куда резче, чем позволяли правила хорошего тона. — Не нужно, — проговорил я куда мягче. — Сейчас само остановится.

— Как знаете.

Целитель отер скальпель тряпицей и вернул в футляр.

Все действо поражало своей неспешностью.

Поражало и жутко нервировало. Меня.

— Продолжим.

Маг, не обращая внимая на мои метания, взял в одну руку миску, в другую — открытую Найджелом бутыль и завел знакомый мне с детства напев на древнем драконьем языке.

Там пелось о том, что единство душ нерасторжимо. Что, закрепляя связь, дракон делит жизнь со своей половиной. Что конец одного из связанной пары означает конец пути и для другого.

Целитель пел и тонкой струйкой лил в кровь вино.

Магический огонь, принимая нашу с Элизабет жертву плавно, едва уловимо менял цвет.

Очень скоро над магическим эликсиром, замешанным на крови, полыхало золотое пламя.

— Готово.

Маг первым протянул миску мне.

— Пейте, герцог. Вам нужно осилить почти все. Постарайтесь забрать огонь себе, чтобы не обжечь нечаянно вашу супругу. Ей хватит одной ложки. Человеческий организм не столь силен, как драконий. Как ни крути, а перестройка в ее теле начнется только после ритуала.

— Знаю!

Я порывисто протянул руку, принял чашу из его пальцев. Принялся пить, обжигая губы и щеки до волдырей, впитывая в себя огонь.

Последнюю ложку зелья я сам влил бессильной Элизабет, осторожно приподнимая голову, не давая захлебнуться.

Дольше чем надо задержал хрупкое тело в объятиях, с изумлением осознавая, как сложно разжать руки.

Дракон внутри меня умиротворенно урчал, радуясь завершенной связи.

— Что дальше? — спросил я.

Маг отдал Доротее миску и ложку. Неспешно обхватил пальцами запястье Элизабет, нахмурился.

— Вам придется пойти к ней, на грань. И уговорить вернуться. Иначе…

Что иначе, я догадался и сам. Что здесь непонятного?

— Как это сделать?

— Вам нужно лечь рядом, обнять супругу и попытаться уснуть. Истинная связь сама вас переместит. Но запомните главное — надо быть честным и с самим собой, и с любимой женщиной, и с мирозданием. На грани нет места фальши и лжи. Если ваши чувства недостаточно сильны, лучше не пытаться.

— Понятно.

Я не стал медлить. Скинул на стул сюртук. Снял ботинки. Замешкался, надо ли раздеваться полностью? Но вдруг понял, что брюки и рубашка точно не помешают моей душе переместиться на грань.

Лег прямо в одежде рядом с Элизабет, крепко прижал ее к себе.

Найджел направился к выходу, увлекая за собой сомневающегося целителя, погасил свет.

— Мы будем в соседней комнате, — сказал он зачем-то.

Смешной! Зачем? Если у меня все получится, мы вернемся с Лиззи вдвоем. Если нет… Что ж, надеюсь, найдется кому похоронить тела.

Я уткнулся носом в шелк светлых волос, жадно втянул любимый запах.

«Моя-я-я-я», — счастливо заурчал дракон.

«Твоя, — согласился я. — Наша. Теперь навсегда».

Закрыл глаза и моментально уснул.

Кто бы мог подумать! Грань — это замок одиноких душ? Поразительно.

Здесь все было, как в прошлый раз.

Ночь. Озеро. Звезды. Тишина. Покой.

Покой абсолютный, умиротворяющий. Убивающий боль в сердце и сомнения в душе. Целительный.

Пологий берег. Вода — жидкое серебро.

Знакомая фигурка у самой кромки. Плащ. Маска. Мерцающее искрами платье.

Даже сейчас, зная кто передо мной, я не смог опознать в этой женщине Элизабет.

Магия замка одиноких душ умело создавала иллюзии, отводила глаза, морочила голову.

— Как ты здесь оказался? — спросила Лиззи, не оборачиваясь.

От тона ее голоса меня обдало холодом. Я хотел было сделать шаг навстречу, но споткнулся, застыл, не завершив движения.

— Что ты здесь делаешь, Виктор?

Как говорил целитель? Главное, быть честным? И с собой, и с любимой женщиной, и с мирозданием?

Что ж, так тому и быть.

— Я пришел за тобой.

Женская фигурка присела, взболтала пальцами темное серебро воды.

— Зачем?

Жизни в голосе так и не появилось.

— Я не могу без тебя.

— Раньше мог…

— Раньше я был слеп. И глуп. А еще…

Элизабет обернулась, глянула через плечо, ожидая моих слов.

— А еще я поддался гордыне. Решил, раз ты меня променяла на другого мужчину, значит, и я не нуждаюсь в тебе.

— А это не так? — В мертвом голосе проснулся интерес.

— Не так, Лиззи. Ты нужна мне.

Она смотрела испытующе. Молчала. Я затаил дыхание.

— Это лишь слова, — наконец ответила она и снова отвернулась. — Уходи. Я не пойду с тобой.

— Не руби сгоряча, Лиззи. Не спеши. Дай мне время. Я докажу делом, что раскаиваюсь. Главное, чтобы ты простила.

Ответом мне стало молчание.

Что ж, вы ждете от меня искренности? Я оправдаю ваши ожидания. Прости, драконья гордость.

— Знаю, я был… неправ, — слова дались непросто, но это меньшее, что нужно было сказать.

Я чувствовал, что как и в прошлый раз на нашем нечаянном свидании во время маскарада, время здесь не бесконечно. Неизвестно, когда оно закончится, когда пробьют часы.

— Неправ? — неискренне поразилась Элизабет.

— Непривычно слышать от меня такое? — Я усмехнулся. — Мне и самому кажутся странными эти слова. Даже и не знаю, произносил ли я что-то подобное раньше. Но слушай — я был неправ. Я был полным идиотом, признаю.

Женская фигурка медленно поднялась, стряхнула с пальцев серебряные капли.

— Если думаешь, что можешь меня этим разжалобить, то ты самый настоящий идиот! — припечатала моя любимая маленькая Лиззи, всегда такая покладистая и мягкая.

— Я надеялся, что получится. Прости, — закрыл я глаза рукой.

Думай, герцог де Гроот, думай! Женщина напротив — уже не та Лиззи, которую ты знал. Совсем другой человек. Взрослая, умудренная жизнью. Точнее, битая этой самой жизнью… и мной. Чего уж там, я сделал все, чтобы оттолкнуть ее от себя как можно дальше. И сейчас мне надо убедить эту новую Лиззи вновь довериться мне.

Доказать, что если мы вернемся, я в лепешку расшибусь, но завоюю ее. По-другому и быть не может, истинная пара дракона — это не пустой звук.

Но прямо сейчас нужно найти верные слова, чтобы выкарабкаться нам обоим. Чтобы выбрать жизнь. Вместе.