Глава 24

***

День медленно подходил к завершению. Как же я была этому рада. Ноги гудели с непривычки. Руки... Просто отваливались. Лицо сводило от напряжения. Сложно.

Да что там, с непривычки безумно тяжело. И физически, и морально. Отключить свою гордость, с улыбкой выслушивать недовольные претензии. Тащить тяжелые подносы так, чтобы не расплескать содержимое тарелок и кружек.

Быть для всех милой и доброжелательной.

Выдохнув, я осмотрела зал. Постояльцы неспешно завершали ужин. Тихо переговаривались друг с другом и особо не торопились разойтись по своим комнатам.

Похоже, здесь, кроме меня, никто не устал.

Я сидела за первым столиком и, не мигая, смотрела в окно на дорогу. Тревога немного улеглась. Я весь день подсознательно ждала, что сюда заявится брошенный у алтаря муж. Но нет. Кажется, миновало.

Появилась уверенность, что никто меня здесь искать не станет.

Господин О’Доэрти не сможет прознать о существовании тетушки, потому как отцу и в голову не придет о ней рассказать. Впервые его болезненное высокомерие обернулось для меня выгодой...

Я прикрыла глаза и, кажется, сидя задремала...

...Зал пустел. В моем переднике приятно побрякивали монетки.

И все же день прошел удачно. Да, нелегко и непросто. Но прибыльно.

— О чем думаешь, племянница? — Тетушка Долорес появилась незаметно и, не спрашивая, присела рядом со мной за столик.

— Не могу себе объяснить, почему так долго терпела отца и не прибежала сюда. Были мысли, но я все отодвигала их. На что надеялась только? — честно призналась.

— Может, расскажешь мне, что у вас произошло, Ханна? — Ее ладонь накрыла мою и сжала. — Ты вышла замуж или так и не успела "да" перед алтарем сказать?

Прикусив губу, я ощутила странный страх. Сознаться, что жена? Это только добавит проблем. Начнутся вопросы: кто муж и прочее.

— Сбежала, тетушка, перед церемонией, — улыбнувшись, я постаралась придать лицу беззаботное выражение. — Пусть теперь отец объясняется перед брошенным женихом.

— А искать станет? — она прищурилась.

— Отец? — я смутилась. В груди что-то неприятно кольнуло. — Для этого ему нужно оторваться от бокала. Нет. Не станет он меня искать. Дом он проиграл, у него теперь и без меня проблем хватает.

— А склады, док? Все то, чем владел Брадан после смерти нашего папеньки? — она подалась вперед, не отрывая от меня жадного взгляда.

— Отец все пропил, тетушка Долорес.

— Вот как выходит, — она недовольно покачала головой. — И правильно ты сделала, что ко мне пришла. Трудолюбивая, вижу. Приживешься. К Свейну моему присмотрись. Нравилась ты ему девочкой. А что? Вы некровные. Он мне хоть и сынок, но неродной.

От этих слов мне сделалось дурно, но виду я не подала. Зачем обижать родственницу. Хотя оплошность свою увидела. Нужно было сознаться, что уже жена.

Но уже все. Сказанного не вернешь.

— Платье твое я пристрою. Хорошо за него выручить можно. А больше у тебя ничего не осталось? — и снова этот пристальный жадный взгляд.

— Нет, — я печально вздохнула, прекрасно помня о припрятанных драгоценностях. — К сожалению, ничего. А так жаль. Мне бы сейчас хоть какие-нибудь средства не помешали бы.

Я не понимала, что меня настораживает, но предпочла прикинуться дурочкой.

— Ну, хорошо, — тетушка хлопнула меня по плечу и встала....

Оставшись одна, с облегчением выдохнула. Поднявшись, прошлась вдоль столика и тут же ощутила гадкий запах.

— М-м-м, интересно, чем наша леди занята будет этим вечером, — раздалось за спиной.

Поморщившись, я отступила на шаг и обернулась. Свейн. Его глаза подозрительно блестели, и запах...

— И как часто ты прикладываешься к бутылке, кузен? — не сдержала я эмоций.

— Столько, сколько могу себе позволить, ни разу не сестрица. Я единственный наследник, когда-нибудь всё это станет моим. Так что не стоит так высоко задирать свой носик, Ханна, — он двинулся на меня. — Интересно, что ты сделаешь, если вдруг ночью обнаружишь, что в постели не одна? Наверняка твой женишок успел сорвать вишенку. Я слышал о лорде Кенни. И о том, что происходило в его доме. Скольким он тебя проиграл, Ханна? Скольких ты ублажала, чтобы рассчитаться с его долгами? Так может, и мне воспользоваться твоей уступчивостью?

Он загнал меня в угол нависая. На его губах блуждала предвкушающая ухмылочка. Такая мерзкая. Похабная.

— Только посмей ко мне сунуться, Свейн, — прошипела я змеей.

— И что ты мне сделаешь? — он склонился ниже и обдал меня перегаром.

— Ну-у-у, — я старалась удержать лицо и выдавила первое, что пришло на ум. — Обращусь за помощью к Ночному Королю. Шай О’Доэрти — любил садиться за стол, когда лорд Кенни ставил меня на кон. Он очень ко мне предрасположен. Тебе нужны такие враги, Свейн? А я пожалуюсь, поверь.

— Блефуешь! — он чуть отстранился. — Ты понятия не имеешь, кто он такой.

— Шай О’Доэрти? — уточнила я. — Высок как бог, глаза черны как ночь. Брюнет. Когда улыбается этот дракон, любая женщина смутится и падет к его ногам. Он воспитан, обворожителен и просто непростительно красив. За столом не пьянеет и не проигрывает.

— Хм... — Свейн отступил еще на шаг. — Значит, правдивы были слухи, и ты давно давалка.

— Нет, кузен, — я улыбалась, хотя чувствовала себя просто ужасно. — У меня был лишь один мужчина. Он выиграл меня раз и навсегда. Хочешь взять то, что принадлежит Ночному Королю? Тогда будь готов ответить за это. Осмелишься?

Я захохотала напоказ и, обогнув его на трясущихся ногах, пошла к выходу.

Чего мне стоило не расплакаться в этот момент.

Мерзкий щенок. Всхлипнув, я понеслась к своей комнате. Оказавшись внутри, закрыла дверь и придвинула к ней стул, подпирая ручку. Упав на кровать, наконец дала волю чувствам и разрыдалась в голос.