Глава 50

Ночь... Проснувшись, я вздрогнула всем телом... Мне снова снилась мама. Она сидела в своей комнате и безотрывно смотрела в окно на небо.

Тосковала.

Я это знала. Она всегда тосковала по тому, кого любила. Страх и нерешительность сгубили ее жизнь.

Почему она не сбежала со свадьбы? Не хватило силы духа.

Так глупо...

Душу сковал холод. Повернув голову, я взглянула на мужчину, что спал рядом на боку. Он хмурился. Наверное, и его мучают кошмары. Вытащив из-под одеяла руку, легонько коснулась его подбородка. Кожа оказалась немного колючей. Щетина.

Шай издал странный звук, словно промурчал. Зашевелившись, он обнял меня и притянул к себе ближе.

Стало теплее. Сейчас, когда он спал, мне не было так страшно. Не мучил стыд. Я могла спокойно смотреть на него. Без стеснения.

Красив. Да... И такая широкая, сильная грудь. Мои пальчики скользнули по его смуглой коже.

Если бы все сложилось иначе, смогла бы я заинтересоваться им?

О да! Подойди он ко мне на светском вечере или в парке, представься, я была бы на небесах от счастья, что у меня появился такой кавалер.

Сильный, решительный, хитрый...

Мне нравились в нем эти качества. То, чего мне всегда не хватало. Этот мужчина словно дополнял меня, или я его...

Но все сложилось по-иному. И он встал в один ряд с моим отцом и прочими мерзавцами.

Поджав губы, я отвернулась и взглянула в окно. На небе светила полная луна, отбрасывая полосу света на потолок. Этого хватало, чтобы развеять в комнате полумрак.

— Ты холодная, Ханна, а ладони влажные, — раздался тихий шепот. — Тебе приснилось что-то плохое?

Я снова взглянула на Шая. Он не спал. Смотрел на меня сердито.

— Я тебя разбудила, прости.

— Нет, не ты... Расскажи, что тебя тревожит?

— Да, так, всего лишь глупый сон.

Он привстал и навис надо мной.

— Что такого плохого ты видишь, что просыпаешься потная среди ночи? Расскажи мне.

— Маму, — зачем-то призналась, всматриваясь в лицо Шая, тени полумрака делали его суровым и грубым. — Я захожу в комнату и вижу, как она сидит у окна и смотрит в одну точку. Словно ждет... Ждет того, кто уже никогда к ней не вернется. И так холодно становится, и невыносимо больно.

— Она действительно любила кого-то, кроме твоего отца?

— Она никогда не любила лорда Кенни, — выдохнула я. - Ее сердце было отдано другому, но...

— Он не был настойчив? Не добился ее? — странно, я заметила в его взгляде злость.

— Нет, — покачала головой. — Это она оказалась слишком трусливой. Когда нужно было бороться, мама смирилась. Тем самым погубила и его, и себя... Она умерла задолго до чахотки. Ее душа всегда была пуста. Оболочка от человека... Я росла и видела это. Потухший взгляд. Всегда холодные руки.

Шай усмехнулся, как-то недобро, что ли.

— А ты, Ханна, что делала бы ты? Если бы любила другого, но твой отец отдал бы тебя сынку своего дружка? Расскажи мне.

— Я, — выдохнув, набрала полную грудь воздуха. — Окно, любое. Связанные простыни. Крики. Битая посуда. Я бы ни за что не вошла в храм. Затащили бы — визжать начала и плевать, что скажут гости. Но не стала бы женой того, кто мне не любим!

— Но моей же стала, — Шай внезапно засмеялся.

— Во-первых, я не забыла о разводе. Во-вторых, ты не мерзкий сынок аристократа, в-третьих... А я никого не любила до...

— До меня? — он склонился ниже. — Никого не любила до меня, Ханна?

— Я... — облизнула губы, сообразив, что вообще в запале сказала. — Я не люблю тебя... Нет!

— Но женой стала!

— Это другое! Вся наша ситуация иная. У мамы был тот, кого она любила, а у меня... — я вздохнула. — А у меня нет ничего и никого за спиной. Там пустота. Но я ведь все равно от тебя сбежала. Ты не забыл?

— Такое забудешь. Я все надеялся, что из храма вынесу тебя на руках. Какой там... Неслась по газону, словно за тобой свора псов гонится. Это было так обидно, Ханна. До слез. Но в окно ведь больше не выпрыгнешь?

— Прекрати! — фыркнув, я отвернулась к окну. — Можно подумать, ты стоял у алтаря с букетом и рыдал.

— Язва.

— Сам женился, я тебе в жены не навязывалась.

— А если не я, кого из своего окружения ты бы предпочла в мужья, Ханна? Отец искал тебе жениха, мне это известно. Так кого?

Я призадумалась, вспоминая сыновей лордов, вхожих в наш дом.

Меня передернуло. А перед глазами встал только один — тот, кого Лаура испуганно назвала Ночным королем.

— Давай спать, — шепнула, поворачиваясь к нему спиной. — Глубокая ночь.

— Ханна, ответь кого?

— Тебя, — выдохнула признание. — Я выбрала бы тебя!

— Мне приятно это услышать, — его ладонь легла на мой живот и притянула ближе к нему. Не спасало даже одеяло. Я остро чувствовала жар, идущий от мужчины, даже через него.

— Шай, что ты делаешь?

— Обнимаю свою жену. Имею на это право, — шепнул он мне на ушко.

Его губы скользнули по моему плечу. Замерев, я не знала, что делать, но...

— Закрывай глаза, Ханна, я буду рядом, и ни один кошмар тебе больше не приснится.

Он обнял меня крепче и притих. Я слышала, как его дыхание разбивается о мои волосы. Как тяжелеет его ладонь на моем животе.

Всматриваясь в окно, я кусала губы.

Он... он мне муж.

И его прикосновения не должны вызывать у меня отторжения.

— Ханна, в комнате достаточно прохладно, если хочешь, я сменю тебе одеяло на более плотное.

— Ты и вовсе спишь без него, — пробурчала первое, что в голову пришло.

— Потому что не хочу пугать тебя. Мне нужно, чтобы ты расслабленно отдыхала в моих объятиях, а не лежала словно в струну вытянутая. Поэтому я потерплю и так.

То есть он мерз, потому что я не позволяла ему укрыться? Но...

Выдохнув, я повернулась на спину и, отогнув один край, пригласила его:

— Если ты при этом будешь спать? — он прищурился.

— Вот если я буду знать, что ты мерзнешь из-за меня, точно не усну.

— Моя девочка, — усмехнулся Шай и натянул на себя одеяло. А после обнял меня и притянул к своей груди. — Отдыхай, Ханна. Я не причиню тебе вреда, клянусь.