Глава 51

***

Я повернулась на живот и открыла глаза. Утро. Тепло. Плотное одеяло укутывало, как кокон. Шторы задернуты, но через оставшуюся широкую щель проникали яркие лучики солнца.

Я уставилась на подушку рядом. Вторая половина постели была пуста.

Шай уже поднялся и явно бодрствует.

И так странно. Злости нет совсем. Лишь утренняя нега. Обняв подушку, прикрыла глаза. Мысль, что он спал рядом, больше не казалась мне какой-то преступной.

Да, спал. Да, обнимал. Согревал.

Выдохнув, улыбнулась.

В комнате приятно пахло цветами. Запах показался таким знакомым.

Распахнув глаза, привстала и, уперевшись локтем в матрас, осмотрелась. Моему удивлению не было предела.

Действительно, букет! На прикроватной тумбочке. И не просто полевые цветочки, а розы. Розовые бутоны на высоких стеблях с обрезанными шипами.

Поджав губы, ощутила, как в глазах защипало. Мои первые цветы. Никто и никогда не дарил мне их.

Даже отец ни разу не принес букетика на мой день рождения.

А я все ждала. Мечтала. Думала, какими они будут.

Розы... в груди заныло. Девочка, что жила в моей душе, восторженно захлопала в ладоши.

Это словно маленький праздник.

Откинув одеяло, подобралась ближе к вазе и осторожно коснулась плотного бутона. Аромат усилился. Сделав глубокий вдох, я просияла.

— Если бы я знал, что это доставит тебе такое удовольствие, то явился бы в твой прежний дом с букетом, — вздрогнув, я обернулась в сторону двери, ведущей в гардероб.

Шай стоял на пороге в одних легких домашних штанах и внимательно следил за мной.

— Если бы ты принес мне букет, то был бы самым желанным гостем, — честно призналась ему. — Наверное, все женщины любят розы, но мне... — мой голос дрогнул. — Мне еще никто и никогда их не дарил. Интересно, их можно будет засушить? — я снова с нежностью коснулась цветка, уже сожалея, что через несколько дней он увянет.

— Их можно будет заменить, Ханна, — подойдя к постели, Шай присел рядом и, поймав мой взгляд, заправил за ухо упавший на плечо светлый локон. — В нашей спальне всегда будут свежие цветы, независимо от сезона. Ты заслуживаешь намного больше, чем простое внимание.

— Они правда красивые.

— Красивая здесь только ты, Ханна, — склонившись, он оставил поцелуй на моем обнаженном плече, а после, поддев лямочку, вернул ее на место. — Не хочу спускаться в гостиную, как насчет завтрака на террасе? Я вообще думаю, а не сменить ли нам спальню, на ту, где есть выход на нее. Мне кажется, это чудесной идеей. Сколько вечеров мы могли бы там провести, рассветов встретить.

— Шай, у нас... — развернувшись, он приложил палец к моим губам. — Давай все же позавтракаем с видом на наш запущенный сад, которому так не хватает внимания хозяйки этого дома.

— Манипулятор, — выдохнула я прямо в его пальцы.

— И не говори, сам себе порой поражаюсь. Как меня земля носит и высшее общество терпит. Я бы съел немного жареного мяса и бутерброд с зеленью и сметаной, сдобренной чесночком. А ты?

Я улыбнулась. Злость на него уже всю извела, закончилась. А вот нового чувства не появилось.

Он прищурился и ухмыльнулся, словно знал, о чем я думаю.

— А тебе, моя красавица, омлет с зеленым горошком?

— Фу, — я скривилась. — Не люблю горошек.

— А грибы жареные? — Он приподнял темную бровь.

— А есть?

— Для тебя, Ханна, я их хоть с другой стороны моря выпишу, и будут. Хотя можно ведь у нас устроить грибницу. Слышал я где-то о таком...

Он крепко так призадумался.

— Шай, завтрак, — напомнила ему.

— Угу, — он кивнул, поднялся с постели, отправился в гардеробную и вышел оттуда с моим стареньким халатиком. Положил его передо мной на постель и замер, разглядывая потертую ткань.

— Выращивать грибы — неплохая затея, нужно узнать, подходят ли климатические условия для этого и что требуется. Странно, что до этого додумались лишь единицы. И... почему я забыл о такой мелочи? — он указал на мой халат. — Сегодня же отправлю письмо мадам-швее, пусть исправляет мою оплошность. А пока...

Он схватил мой халат и, подойдя к двери, открыл ее. Я и пискнуть не успела, как эта тряпка полетела в коридор.

— Слуги знают, что с этим делать.

— Шай! — моему возмущению не было предела. — Он у меня один!

— А будет много, сейчас дам тебе свой. Он и мягче, и гораздо новее.

Этот... как его назвать, опять скрылся в гардеробе. Я подскочила, чтобы вернуть свою вещь, а то ее действительно выкинут, но не успела. Шай перехватил меня на пороге и, закинув на плечо, донес обратно до кровати. Усадил и вручил нечто плотное, глубокого синего цвета.

— Он мне до колена, а тебе как раз по щиколотку будет. Рукава подогнешь, на улице прохладно, как раз не замерзнешь. А завтра прибудут уже с обновой.

— Но... — я растерялась и не могла понять, как реагировать на такое.

— Ханна, твоя вещь стара. Она не греет. Прошу, не противься мне...

Кивнув, я не нашла в себе силы сопротивляться. Глупо ведь. Этот халат, даже несмотря на то, что велик и вообще мужской, был куда лучше моего.

— Спасибо, — пробормотала и расправила его.

— Давай помогу, — Шай мягко забрал его, накинул на плечи, затем поставил меня на ноги и помог продеть руки в рукава.

— Какая ты у меня все же крошечка, — на его губах появилась нежная улыбка. — Он даже ступни скрывает, а рукава... наверное, их проще отрезать.

— Нет... — я возмущенно принялась закатывать их аж в четыре раза. — Портить не дам.

— Хорошо, — обняв меня за плечи, Шай притянул к себе. — Давай сегодня не будем воевать. У меня рана на спине болит. А тебе расслабиться нужно. Позавтракаем. Я тебе дом покажу. Свой кабинет. Комнаты. Посмотришь, что и как. Решишь, какие занавески и коврики куда. Согласна?

Я неопределенно пожала плечами, и это было принято как да.