Глава 8

Услышав эти слова, я заледенела внутри. Душа просто сжалась от ужаса. Сглотнув появившуюся во рту вязкую слюну, попыталась вырвать руку. Он не отпустил. Смотрел на меня, считывая эмоции. Наблюдал, словно кот за мышью.

От этого стало совсем жутко.

— Вы не имеете никакого права даже говорить это! — процедила я сквозь зубы, стараясь не выдать истинные чувства. — Я вам не вещь! Не кукла фарфоровая! Не игрушка! И я принадлежу себе. А вы... Как вас там, господин...

— Шай О’Доэрти, — ровно и четко произнес он.

Прищурился и попытался притянуть меня к себе. Но я не далась.

— Да мне плевать! — выдохнула, чувствуя, что меня легонько трясет. — Вы для меня никто! Такое же отребье, как мой отец. Потому что видели, что он ставит на кон собственную дочь, и вместо того чтобы проявить благородство и остановить его, вразумить... Вы... Вы меня выиграли! Вы ничтожество, а не мужчина!

— Ханна... — его голос стал строже.

Но я, вырвав руку, все же отошла от него на шаг.

— Не смейте произносить мое имя! Не смейте, — я тяжело выдохнула, пытаясь унять свой гнев. — Зря играли, выигрыш не получите! Никогда!

— Ну... Никогда не говори никогда, милая девочка. Я разве требую от тебя что-то неприличное? Настаиваю на близости или еще что-то? Вроде не было такого. Я лишь сказал, что беспокоиться тебе не о чем, Ханна, — он с нажимом проговорил мое имя, словно ставя акцент на том, что имеет на это право. — Я тебя выиграл, а значит, лорд Кенни не может пока играть на тебя. Ведь я пока не получил свой приз. По-моему, это эффективнее, чем кого-то там вразумлять.

Мне было сложно сейчас хоть что-нибудь понимать: ненависть душила. Меня предали. Вышвырнули в грязь и искупали в ней, окуная с головой. А я ничего не могла... Совсем ничего. Потому что женщина.

Потому что все права у отца, а я должна повиноваться. Это просто убивало.

Я себя в этот момент почувствовала одной из тех девочек, что жили на улице Огненных маков. Ведь не сами они туда пришли. Наверное, вот так же папеньки и мужья проиграли да продали.

Боясь разреветься, развернулась и пошла по дорожке парка. Как же мне было больно в этот момент.

Да, отец оказался мерзавцем. Но у нас еще оставался дом. И пока мне было где жить. Что-нибудь придумаю. Я утешала сама себя. Пыталась найти проблески надежды. Веру хоть во что-то хорошее, маячившее впереди. Есть еще тетя. Нет, лезть к ней на шею я не собиралась, но наверняка у нее найдется для меня комната и работа. Пора здраво взглянуть на свое будущее. Увы, я мало того что бесприданница, проигранная невесть кому в карты, так еще мало на что способная девица.

— Ханна, — этот наглый дракон шел за мною следом, не отставая. — Может, мы хотя бы нормально познакомимся? Поговорим.

— Зачем? — рявкнула, не оборачиваясь. — Когда вы вступились за меня, я-то вдруг, с какого-то перепугу, решила, что вы из благородных побуждений. А оказывается, прост суетились, чтобы вперед вас не сорвали цветочек? Обидно было бы, да? Вы выиграли, а надкусили другие.

— В вас говорит злость, Ханна, — он все же поравнялся со мной.

— Злость? — Я засмеялась. — Это ненависть, господин Ночной король. Поверьте, уж что-что, а ненавидеть я умею. Научили! Вы долго собираетесь плестись следом?

— До самого дома, чтобы удостовериться, что с вами ничего не случилось.

Фыркнув, я вдруг поймала за хвост ускользающую довольно интригующую мысль.

— Интересно узнать, а как вы вообще собрались забрать свой выигрыш? Я вам его в каком виде должна была отдать? В рабство меня отправили бы в одно из ваших интересных заведений, о котором мне и знать не положено? Или лично бы для себя оставили? И сколько у вас там уже таких, как я, проигранных? На гарем соберется?

— Да, кроткой овечкой вас не назовешь, — он уважительно кивнул. — Хм... нет, борделями я не владею, Ханна. Я собираю дань за защиту с их владельцев. Игорные дома? Нет. Опять же, это не совсем законно, а пятнать свою репутацию не в моих интересах. Только защита.

— От кого же вы их защищаете? — Я бросила на дракона короткий взгляд.

— От себя в первую очередь, — он тихо и довольно мрачно рассмеялся. — От закона... Но леди не должно это касаться.

— А благодаря вам и таким, как вы, во главе с отцом, леди здесь уже нет. Есть проигранная девица с сомнительным будущим, — процедила я, невольно ускоряя шаг.

Я сдерживала себя, чтобы и вовсе не побежать, подальше от всего этого. Домой, на кровать, чтобы выплакать всю обиду и боль.

— Ханна... Успокойтесь. Ничего недостойного я с вами не совершу. Хотя... признаться... — в его голосе послышалось нечто такое, что я не выдержала.

— Закройте рот и оставьте при себе все эти ваши «хотя»! — рявкнула на него.

— Это была грубость, Ханна, — он покачал головой.

— Так я и не настаиваю на вашей компании. Исчезните и поберегите себя.

— Ну нет... — он спокойно улыбнулся. — Вы меня действительно заинтересовали. Так что планов своих я менять не буду. Выигрыш как таковой лишь обезопасил вас от посягательств других. Но вот чтобы заполучить тебя, Ханна, мне нужно дожать нашего дражайшего лорда Кенни. И поверь, я проберусь через твои шипы и розочку сорву. Ты станешь моей, Ханна.

— Никогда! — выдохнула я.

— Ты повторяешься, — он снова мило улыбнулся.

Высокомерно задрав нос, я обернулась. Нашла взглядом Лауру, которая семенила за нашими спинами на приличном расстоянии. А вот лошадь видно не было.

— Ханна, послушайте... — меня попытались поймать под локоток, но я увернулась.

— Нет, это вы послушайте, господин Ночной Король. Сделайте одолжение, никогда больше не попадайтесь мне на глаза. Такая малость, правда, — я вызывающе взглянула на дракона.

— Неужто вы снова забыли мое имя? — он криво усмехнулся.

— Нет, я не желаю его произносить, — ответила, задирая нос выше. — Избавьте меня от своей компании.

— Злючка, — он тихо рассмеялся. — Гордячка! Но я понимаю твою злость, Ханна. Поэтому и предпочитал ничего не говорить. Как-то не так все у нас пошло.

— У нас? — Я снова взглянула на его такое красивое, но надменное лицо. — Нас просто не может быть!

В его темных глазах мелькнуло что-то такое. Звериное и злое.

— Нет, Ханна, мы будем. И мне нравится эта мысль. Я и не думал, что, войдя в дом твоего отца, обнаружу там настоящее сокровище. Не такой я себе тебя рисовал. И это ставит в тупик. Ты не труслива...

— Трусость! — я буквально сплюнула это слово. — Трусость, господин дракон, обходится слишком дорого. У нее непомерно высокая цена. Разве вы не знали?

— Догадывался, — он кивнул.

— Вы, наконец, избавите меня от своей компании?

— Нет, — он зло усмехнулся. — Но мы можем молча идти до вашего дома.

— И на том спасибо, — гордо вскинув подбородок, я прибавила шаг и теперь буквально бежала.