Глава 15
Я пытаюсь совладать с эмоциями, которые сейчас бессмысленны, но это сложно. Слишком печет от обиды…
- Я сочувствую вашей драме. Мне жаль вашу мать, жаль твою человеческую боль, Диана. То же самое не могу сказать Рамазану, ибо у него была возможность со мной поделиться, но он этого не сделал. Только… Только я в упор не могу понять, почему я должна оправдать то, что от меня это просто скрывалось. Он не удосужился ни посвятить меня в свои семейные дела, ни потом объясниться… И неправда, что у тебя не было возможности это сделать… Она была… Хотя бы в тот день, когда я приходила к тебе… В день перед разводом…
Он смотрит на меня стеклянными глазами, в которых сейчас слишком много дурмана противоречия. Я прямо вижу, как он клубится в зрачках, как борются разные эмоции в его душе…
- Знаешь, что означает кровная месть по нашим традициям, Аня?- произносит сипло.
- Око за око, зуб за зуб…- произношу в ответ, не особо вдумываясь в эту странную, архаичную поговорку, смысл которой для большей части цивилизованного мира уже должен был бы утратить свой смысл, но…
- Муж моей матери, Аня, собирался убить не меня… Он собирался убить тебя… Вот что значило «уничтожить меня», малыш… И это правда… Настоящий кавказец не боится смерти. Но для него нестерпимо жить с мыслью, что он не защитил… Что… что его любовь…- я вижу, как вздымается и опускается его грудь, как ему тяжело говорить. Внутри шок и неверие. И боль… Боль за него… Обида… Обида за то, что мы стали пешками в чей-то игре…
Оседаю обратно на кресло. Пытаюсь свыкнуться с этой мыслью…
- И я не понимал, как дать тебе защиту… Искренне не понимал… И посвящать тебя в планы сумасшедшего мужика тоже не мог. Ты молода, импульсивна, могла начать совершать глупости… Именно из этих соображений светить тебя с Дианой рядом – это как подставлять под дуло пистолета. Для тех, кто замышлял недоброе против нас то, что я сидел с ней и ее мужем за одним столом, говорило о том, что все идет по плану- они втискиваются в мое доверие, чтобы стать троянским конем, но мысль о том, что ты тоже будешь там…- он накрывает руками голову, глубоко вздыхает,- распни меня, но и сейчас я бы не пошел на такое… Я усвоил уроки и да, тебе новой, повзрослевшей, способной хотя бы как сейчас сесть и послушать- а раньше ты не могла и такое, Аня,- я бы открыл часть правды, но всё… Нет… Ты хоть понимаешь, какой могла быть твоя реакция? Да я же знаю твою вспыльчивость. Ты бы ушла, хлопнула дверью, начала бы выяснять отношения, да что угодно… Это было бы неправильно… И вообще… Интуиция меня не подвела… Джалил оказался тем еще…- его лицо морщится, он отводит глаза и замолкает.
Слово берет Диана.
- Джалил, Аня, родной брат Хадижи… Так получилось, что во время нашего общения у моего корыстного мужа возникло четкое понимание того, что Рому потопить в вопросах бизнеса будет непросто и он не потянет полноценную войну… Но и Рамазану нужна была поддержка Джалила- иначе в схватке с моим отцом было бы не справиться… Понммаешь, это как три равные доли- одна все равно не победит, нужен союз… И в этом союзе условием Джалила стала необходимость породниться…
Я резко перевожу взгляд на бывшего мужа. Внутри все снова сжимается. Сколько еще отвратительных тайн сейчас они мне откроют?!
- Я отказался,- сипло произносит Рома, глядя на меня. Глаза в глаза. Искренне. Не врет…- я честно сказал, что люблю свою жену и она может быть только единственной. Но…
- Но свою подлую игру тут сыграла Хадижа…- теперь на лице Дианы растекается красный румянец…- это она подсунула фотографии, Аня. Понимала, что ты не простишь, так как про твой характер все вокруг сплетничали. Ее козырем было и то, что в окружении Рамазана, включая самых близких вроде Азбеки, никто не знал, кто я… Ведь мы ушли из семьи и переехали далеко тогда, когда я была еще девочкой… Кто во мне признал бы взрослую женщину…
- Дальше все начало рушиться, как в карточном домике, Аня,- продолжил Рома,- я понятия не имел об этой подставе. Приезжаю из командировки- тебя нет. Азбека волосы на себе рвет- говорит, что я предатель и обидел девочку, что ты ушла… У меня шок, непонимание и ярость! Я понятия не имею, кого можно было приписать мне в постель! Я эти месяцы только и занимался тем, что пытался из дерьма вырулить! И с нашего знакомства вообще кроме тебя женщин не видел в упор! Мне даже в голову прийти не могло, что это именно Диана стала яблоком раздора- мы ведь везде с ее мужем были при встрече! А когда узнал- было уже поздно…
Он переводит на меня свой волчий взгляд.
- Ты не нашла ничего умнее, как соскочить к Александру, у которого, как оказалось, тоже была своя партия в этой игре…
Они оба глубоко вздыхают.
-Мой отчим долго готовился к этой мести, Аня. Наверное, так всегда бывает, когда есть ресурс, но остается только пустота- он не мог простить Илиевым смерть любимой женщины… Джалил, как оказалось, был не одним заговорщиком в цепи плана папы. Как потом он цинично признался мне на смертном одре, вы, кавказцы, всегда держитесь за свою кровь… И потому он вступил в сговор с партнером Ромы…
- К которому ты сбежала,- уколол взглядом Рамазан.
Я сидела потерянной. Обескураженной. Разбитой…
- Он и правда тебя хотел, Аня…- его ноздри дико, порывисто раздувались,- я знал это уже тогда, когда ты пришла ко мне перед разводом…
- Почему ты тогда не сказал мне об этом?- произнесла сипло и потерянно.
- Мы сейчас оставим в стороне тот факт, что ты бы все равно не стала меня слушать… На тот момент я был слишком слаб, чтобы противостоять этому уроду… Против меня завели несколько уголовных дел, начался рейдерский захват бизнеса, били со всех флангов… Джалил пытался прижать с одной стороны, Александр- с другой, федералы- с третьей, почувствовав, что запахло жареным и можно поживиться… Мне пришлось калибровать свои ответные удары. Ты была в зоне риска… А еще ты выбрала Александра…
Теперь глаза отвела я. Не знаю, что именно из всего этого кошмара забило последний гвоздь в гроб нашего брака, но… определенно точно, этих гвоздей было много…
- И теперь ты женишься на Хадиже…- едва сдерживая слезы, произнесла я.
- Да, Аня… Мне придется на ней жениться. Потому что против Александра и Джалила вместе я выстоять не могу. Получается, что Джалил смог меня прогнуть… Когда Александр в меня стрелял, его люди меня спасли и вытянули с того света…
- Я оставлю вас…- резко встала Диана, понимая, что наш разговор приобретает сугубо личный характер.
- Подожди в кабинете, мы не договорили про него…- кидает он ей кратко…
Когда мы остаемся в комнате вдвоем, воздух между нами густеет и становится максимально наэлектризованным…
- Как можно породниться со своими врагами?
Он смотри в упор.
- Иначе я не смог бы победить Александра и забрать у него тебя и сына. Твоя мнимая свобода от него- это иллюзия, ты ведь понимала?
Отчасти понимала…
Даже когда я вроде бы как переехала, его люди все равно были рядом- типа для безопасности. То есть это тоже был фарс?
- То есть женитьба на другой женщине – это возвращение меня тебе?
- Да,- смотрит прямо в лицо,- и на этот раз ты будешь умницей и примешь правила игры, Аня. Я посвятил тебя в реальность полностью. Тебе мудрый выбор за тобой.
- Выбор в чем? Ты ведь не даешь выбора мне оставаться или уходить…
- Правильно, не даю…- его голос спокойный, нейтральный. И это пугает,- твой выбор в другом…
Он подходит ближе и кладет руки на мою талию, притягивает к себе.
Я слышу биение его сердца.
- Твой выбор в том, будешь ли ты со мной против воли или по своему желанию, Аня… Мы оба знаем, что второй вариант более приятен нам обоим… И да, малыш, мне приходится селить вас на одной территории потому, что так безопаснее для вас с Русом. Мне нужно видеть вас, всегда… Рисковать я больше не намерен…
Из глаз опять стреляют предательские слезы.
Боль внутри разрывает…
- Я… не могу тебя делить, Рома… Я не смогу… Я…
Он зарывается руками в мои волосы. Прижимается лбом к моему лицу.
- Перестань артачиться, Аня. Будь мудрее. Ты же знаешь про мои чувства к тебе… Ничего не изменится с появлением Хадижи. Она больше не посмеет тебе угрожать, за это я отвечаю. Мы еще можем быть счастливы…
- Нет, не можем… Не можем, черт возьми!- бью его по груди, он терпит. Стоит и терпит…-не так!
- По хрен, как…- хватает меня за руки, удерживает,- главное, что ты рядом…
Я вырываюсь, отхожу от него.
- Я не подпущу тебя к себе…- говорю ломано, рвано, разбито,- вот тебе моя правда. Если ты такой бессердечный и все это манипуляция, кидай меня на улицу, шантажируй ребенком, вышвыривай, но я не подпущу…
Его лицо становится каменным.
Нет, мира между нами невозможно.
Страсть- да, от которой даже сейчас нас обоих корежит, как от взрыва.
Может быть даже ненависть… Совсем рядом, в одном шаге…
Любовь? Не знаю… Можно ли что-то еще сохранить после пламени напалма…
Но мир- это точно не про нас…
- Иди к сыну, Аня…- отходит он от меня на выход, в сторону кабинета.
- Я не сдамся, Рамазан. Шлюхой я не буду.
На мои последние слова он не реагирует.