Глава 17

Всего какие-то несколько часов, а ощущение, что я сняла месяцы стресса.

Удивительно, что может сделать со скованностью правильная компания и положительные эмоции.

С удивлением обнаружила, что нашим провожатым во время поездки по столице был племянник Азбеки с материнской стороны- молодой парнишка моего возраста или максимум чуть старше- Ахмед. Он относился как раз к той породе кавказцев, кто умел травить анекдоты без передышки, шутил, как дышал и в целом- сделал нашу поездку одним сплошным весельем.

Сначала Азбека повезла меня в наикрасивейшее место на море- поесть вкуснейших чуду и каши из абрикоса, потом мы отправились на шоппинг, а наш водитель терпеливо ждал нас у местного ЦУМа, а потом покорно грузил в багажник все ценные приобретения.

Я и раньше замечала, что девушки здесь одеваются красиво- скромно, но изысканно, создавая вокруг себя своего рода шлейф величия и грации, но сейчас убедилась в этом с лихвой.

Азбеку знали многие. Она с легкостью открывала двери в любые бутики и всюду встречала максимально гостеприимное отношение и уважение.

Мы купили потрясающей красоты платья в пол с различными вышивками, купонами, тканевыми решениями, купили украшения, платки, накидки.

В каждом наряде я чувствовала себя настоящей принцессой, а не забитой невидимкой, как почему-то считала раньше, когда категорически противилась даже думать о восточном формате одежды, на которую мне намекал Рамазан.

А после Ахмед предложил сделать еще один кружок по столице- и посмотреть ее главные достопримечательности. Конечно, времени много у нас не было, но мы успели подняться на смотровую и проехаться по главной улице, а еще даже зашли на полчасика в краеведческий музей с тетей Азбекой.

Когда я стала ерзать, что скоро закончится рабочий день у няни, она была непреклонна.

-Это не досуг, дорогая, а необходимость. Я хочу, чтобы ты лучше узнала историю и традиции нашего края. Кавказ может быть очень приветлив к тем людям, кто и сам искренне открывает ему душу.

Домой мы вернулись в самом положительном из всех возможных настроений. Заходили в фойе под очередную шутку Ахмеда, в унисон хохоча.

И осеклись, когда из гостиной на нас уставились две пары глаз…

Рамазан смотрел мрачно. Переводил глаза на меня, Азбеку и особенно долгий и красноречивый взгляд- на Ахмеда. Второй мужчина, статный, но в возрасте мне был неизвестен…

- Иди, поздоровайся,- тихо подтолкнула меня Азбека.

Наверное, при другом раскладе делать этого бы не стоило, но мы встретились буквально нос к носу…

- Здравствуйте,- кивнула я, избегая зрительного контакта с кем-то из мужчин.

- Здравствуй, Анна. По ходу, прогулка удалась,- сухо сказал Рамазан.

- Да, спасибо. Мы много всего успели.

- Какая красавица, Рамазан,- услышала я голос взрослого мужчины и слегка дрогнула.

Наши взгляды на мгновение пересеклись- и меня ошпарило пониманием.

Глаза Хадижи. Это… ее отец?

- Это мать твоего сына? Понимаю тебя по-мужски… Отрадно, когда такие женщины в равной степени могут принести удовольствие мужчине и подарить ему здоровое потомство,- сказал он обо мне, словно бы я вещь на торгах в гареме, а не женщина, не личность…

Его взгляд теперь небрежно гулял по мне. Ощущение было наигадчайшее. Мне не нужно было здороваться… Не нужно было…

- Вот только могли бы они еще воспитывать наше потомство сообразно нашим ценностям и традициям…- в его словах читался прямой намек. Его дочь сможет лучше, чем русская…

Непроизвольно сжала кулаки.

Это была чистейшей воды провокация…

И мне нужно обойти ее, как самолет уходит от зоны турбулентности.

Жаль только, что у меня нет диспетчеров и громоотводов на борту…

- Смотрю, вы сидите без чая,- сделала вид, что я проигнорировала слова мужчины,- невежливо. Наверное, прислуга уже ушла. Сейчас я пойду на кухню и сделаю вам, что захотите. Чай? Кофе? Какие будут предпочтения.

Почувствовала взгляд Рамазана. В нем не было ярости, а скорее одобрение.

Это придало сил и я снова подняла глаза на присутствующих в комнате.

Мужчина продолжал нагло меня рассматривать.

- Да, такие упущения- просчеты хозяйки, но их можно простить. В этом доме пока нет хозяйки. Но скоро появится. И тогда будет, кому позаботиться и о чае, и о кофе, и о муже…

- Ты смотришь на мою женщину, Али. Слишком долго и откровенно. Понимаю, что у тебя у самого дочь ровесница Анны, но это тебя не оправдывает. Не вынуждай думать, что ты не уважаешь меня. В нашем мире такое поведение может быть встречено лишь встречным неуважением…

Али хмыкает.

Не ожидал…

Явно…

- Слишком красивая, видимо…- снова хмыкает,- еще и выставляет свою красоту напоказ. Глаза даны на то, чтобы смотреть. И она почти полета для фантазии не оставляет, все на виду…

Господи, как же мне хочется ему втащить… Какой урод, а? Смотрю на Рамазана- и страшно от того, как перекашивается его лицо.

Обиднее всего то, что он все равно непроизвольно злится рикошетом и на меня… Всегда так с этими кавказцами. Их вспыльчивость тому виной. Или же все-таки на этот раз пронесет?

- Спасибо, Аня. Не нужно чая. Наш гость уже уходит. Его визит был неожиданным. Хорошо, что в спальню не зашел, а то бы там фантазия бы точно не оставила места для полета. Или наоборот… Хотя зачем я об этом, в твоем почтенном возрасте о таких вещах и правда думать харам,- голос Рамазана был спокойным и выдержанным. И мне даже поверилось в то, что он не стал распыляться на провокации, не повелся на браваду и триггеры.

Я не стала дожидаться продолжения диалога. Тихо что-то пропищала вроде «я пойду»- и быстро смылась себе в комнату.

Пульс нервно вибрировал по всему телу, пока кормила сына, купала, играла и укладывала. Сколько прошло- часа два или три… Все ждала, что Рамазан придет, но он так и не появился…

А когда уже уложила сына и взяла в руки телефон, увидела от него сообщение.

- Я предупреждал, чтобы выходила из дома в платке. Еще раз нарушишь – одену на тебя никаб (прим.- черное полотно, закрывающее все лицо, кроме прорези для глаз).