Глава 24
Набираю воздуха в легкие, борясь со страхом.
Это игра ва-банк, но она оправдана.
Возможно, впервые в жизни я могу быть не просто красивой, желанной, удобной или любимой.
Я могу быть полезной…
В доме тихо и пустынно. Рамазан уехал час назад. Я видела в окно. Азбека занята малышом, Диана спит после снотворного, которое она все-таки выпила перед сном.
Охрана не будет соваться в дом без Рамазана. А те, кто все-таки находятся на периметре, усиленно избегают нашей встречи глазами…
Я захожу на кухню, открываю кладовую с разносолами Азбеки, нащупываю, как инструктировала Хадижа, нужную полку с секретом…
Шкаф отодвигается.
Я даже вздрагиваю- это похоже на сцену из какого-то фильма фентези. Ну, или про шпионов…
Не иначе…
Я уже знаю, кто там.
Для меня это не секрет вопреки надеждам Хадижи.
В пылу гнева Рамазан обмолвился мне, что держал Александра в подвале.
А потом я несколько раз видела, как Азбека выходила из кладовой с подносом, на которой были тарелки со съеденной едой.
Там человек. И да, несложно догадаться, что именно тот человек, который, по версии недалекой Хадижи, может на меня иметь влияние, чье заключение тут может меня тронуть…
Я спускаюсь вниз по темной лестнице. Она, правда, тут же зажигается от датчика темным светом.
Мысль о том, что тут камеры, досадным уколом ударяет под грудь.
Об этом я не подумала.
Но другого варианта нет.
Мне нужно поговорить с Александром.
И от этого разговора зависит всё…
Пара шагов- я перед дверью. Она точно такая, как в комнаты на верхних этажах дома.
Нет ощущения того, что я в тюрьме или зиндане, что это какая-то пыточная или темница.
Стучу, а потом толкаю. Открывается. На удивление.
Внутри довольно просторно.
И светло, пусть это свет от ламп, а не дневной.
Глаза сразу находят Александра.
Для узника выглядит он неплохо- приличная удобная одежда, шкафы с книгами, рабочий стол с зеленой лампой. Все тут прилично и спокойно в антураже.
- Здравствуй, Аня,- говорит он первым,- выглядишь потрясно. Материнство тебе к лицу. Он тебя не обижает?
- Он мой муж, Саша…
- Муж…- усмехается он,- значит, снова вместе…
Я прохожу внутрь и сажусь на свободное кресло.
- Я не за обсужданием моей судьбы сюда пришла, Саш… - говорю честно,- есть другая тема, которая сильно меня беспокоит.
- Можешь не продолжать, Аня. Уж не знаю, мог бы предположить, что это Рамазан тебя прислал на меня повлиять, но зная его ревность патологическую, сомневаюсь. Значит, сама решила проявить самодеятельность. Понимаю заранее, к чему ты клонишь. Он думает, что если я переиграю свою позицию и откажусь от сделки с Джалилом, снова вернувшись в команду Рамазана, то он снова получит контрольный пакет акций. Но… В чем мой интерес, Аня? С чего бы мне возвращаться? С чего бы идти у вас на поводу? Я не люблю Рамазана. У меня с ним своим счеты, который сейчас можно с выгодой для себя закрыть. Да еще есть и твой фактор- ты нравишься мне и потенциально я бы хотел претендовать на…
- Ты знаешь, что это невозможно, Саша. Я… люблю Рамазана и он будет только одним моим мужчиной…
- Даже если он приведет в дом вторую? А потом может и третью.. Вдруг так будет выгодно или войдет во вкус, как… его папаша…-он усмехнулся и скривил лицо. Яростно…
- Нет, Саш… Не приведет. И мы оба это знаем… Между вами двумя гораздо больше общего, чем ты себе представляешь… И поверь мне, Рома тоже просто так на месте не сидит. Откуда ты уверен, что ситуация с Джалилом патовая? А если Рамазан ввел еще одного игрока, который снова все карты перетасует?
На мгновение его лицо напряглось. Глаза даже забегали. Наверное, я звучала правдоподобно, если мои слова таки произвели на него впечатление…
- Но я не об этом пришла говорить, Саша. Что бы ни было, я знаю тебя. Ты не зверь и не мерзавец. И Рамазан тоже не такой. Иначе бы держал тебя в намного более ужасных условиях, давя… А у тебя тут даже все очень прилично, я бы сказала. Прям курорт. Я пришла поговорить… о прошлом, Саш. О вашем общем прошлом…- он бросил на меня острый взгляд и резко сглотнул. Словно нечто острое было в горле.
- У меня нет с ним никакого прошлого…
- Есть…- категорично отрезала я,- я все знаю, Саш. Так получилось, случайно… Одна фотография все расставила по своим местам.
Он молчал, слушал. Порывисто дышал…
- Говори…
- Мать Рамазана была роковой женщиной, наверное. Так обычно называют таких. Те, кто непроизвольно влюбляют. Те, кто непроизвольно могут причинить боль… Ей было больно самой. Она любила мужа, а он… Он был жестоким кавказцем… Просто жестоким кавказцем, который не терпел отказа и неповиновения… И тем не менее, она ушла… Ушла и поплатилась… К сожалению, пострадало слишком много человек. Видит Бог, я уверена, что она не хотела причинить боль тебе, маленькому мальчику, который остался без отца, с брошенной им матерью, уйдя с головой в любовь к чужой жене… Не мне рассуждать о том, что хорошо, а что плохо… Не мне… Не мне навязывать тебе мнения… Но я знаю точно, что они все поплатились- и мать Рамазана, и его отец, и твой отец… Их нет, Саша. Они умерли и теперь отвечают за свои грехи, но не перед нами. Но зачем ты мстишь Рамазану? Он не виноват в том, что его мать отбила у твоей матери мужа. Он сам оказался жертвой, лишившись ее любви. Вы похожи с ним. У вас общая боль, пусть и природа ее разная… Прекращай эту бессмысленную месть. Не прошу тебя играть в лагере Рамазана. Просто уйди в сторону. Просто не ставь его в положение, из которого невозможно выбраться без потерь. Ведь получается, что ты поступаешь ровно так, как мать Рамазана. Ты тоже невольно из- за своих субъективных интересов и решений причиняешь боль другим ни в чем не повинным людям. Есть я, есть сын Рамазана, Русланчик, и мы оба будем в опасности, если Рамазан женится на Хадиже и впустит в семью Али и его детей. Это не союзники. Это не семья. Это путь в никуда… Мы с тобой общались почти год. Ты помогал мне, как мне казалось, искренне… Ты видел меня беременной, заботился… Ради наших отношений, Саша, ради меня… Подумай…
Александра слушал. Его лицо было бледным.
Наверное, он не ожидал, что одна рандомная фотография в ленте Дианы станет ключом к разоблачению застарелой обиды, которая навсегда поломала его жизнь и грозит поломать мою… Виновники боли этих мужчин давно на том свете, но мы… Мы тут… И страдаем… Пожинаем плоды той боли…
На фото матери Дианы и ее нового мужа, к которому она ушла, я узнала отца Александра. Как-то в кабинете у Александра я увидела фото его отца. Он сидел перед ним, пил и думал… Ошибиться в том, что на карточках был один и тот же человек, было невозможно. Я узнала татуировку ВДВ на руке, узнала тот самый взгляд и грубовато-простоватые черты, которые прослеживались и во внешности Александра… Он признался мне, что папа бросил их, когда ему было всего десять, как и Рамазану, когда ушла его мать… Вот почему Александр мстил Роме. Он хотел для него той же боли, что и испытал сам. Только объект для мести выбрал неправильный…
- Зря ты сейчас это сказала, Аня…- сипло произнес Александр,- как минимум последние твои слова были лишними…
Он кивнул в сторону двери и я замерла от ужаса.
Там стоял Рамазан. И он слышал.
Не знаю, слышал ли он все, но последние мои фразы- точно…
«Мы с тобой общались почти год. Ты помогал мне, как мне казалось, искренне… Ты видел меня беременной, заботился… Ради наших отношений, Саша, ради меня…»
Боже, что он уже себе напридумывал… Что сейчас будет…