Глава 27
Не плакать. Не поддаваться панике.
Чувствовать, что сейчас вот-вот соскользнешь в пропасть, а все равно держаться… Я смогу… Я сумею… Хотя бы ради сына…
Он не отпускает меня взглядом.
Следит за каждым движением.
Чего ждет? Слез? Угроз? Упреков?
Не дождется.
Я озвучила ему свою позицию. Моя предсказуемая теперь- это бег по порочному кругу…
А будет иначе…
Мы заходим в салон. Меня облепляют продавщицы, как пчелы банку с медом.
Вереница шикарных платьев. Люрекс, стразы, пайетки, шелка... Все сливается для меня в единую полосу глянца, от которого режет глаза.
Я стоически терплю комплименты, примерки. Он смотрит. Жадно, с интересом, удовлетворенно…
Девушки вокруг восхищаются.
А у меня на душе так муторно…
Не понимаю его. Чувствую, а не понимаю.
Рамазан ведь не врет мне про свою любовь… Но и ведь знает, что я не соглашусь на то формат, который пока нам светит…
- Вот это берем,- говорит он на платье, которое весит несколько десятков килограмм, а стоит, как квартира в Москве.
Мне все равно.
Пусть тратит.
Пусть видит, что внутри я иссохла, но молчу…
В это взрослость?
Когда мы оказываемся в машине, он не спешит заводить ее, а смотрит на меня.
Долго и изучающе.
- Что?- отрываюсь от переднего лобового.
- Жду твоих криков…
- Не будет криков…- говорю сипло,- я иссякла, Рамазан. У меня нет сил тебе противостоять. И я люблю тебя. Но знаешь, любовь ведь может и убить… Это такое опасное чувство, что оно ведь и в пустоту уходит…
- Знаю…- тихо усмехается он,- поехали… нужно отдохнуть перед завтра. Длинный день.
Стоит нам заехать на территорию, сердце снова останавливается.
Господи, сколько раз я буду чувствовать это ужасное ощущение повернутой в груди рукоятки от кинжала.
Меня не раз пырнули- это делают снова и снова…
Потому что все эти активные приготовления, украшение двора, работа кейтеринга, флористов, музыкантов… Это сводит меня с ума.
Я не смотрю на него.
Просто несусь в свою комнату.
Уверена, что семейство Али тут. Как минимум Луиза.
Она торжествует.
Все ведь по ее сценарию.
Какое там дело до русской?
Поматросит и бросит…
Азбека играется с Русом.
Я беру его на руки и вдруг чувствую, что щеки горячие и влажные.
- Перестань, Аня,- говорит она назидательно,- ничего сверхъестественного или неожиданного для тебя не происходит. Рамазан ни разу не обещал тебе, что будет иначе. А любить любит… Вот и радуйся. Лучше уж как ты, а не как она…
- Выйдите, пожалуйста… Я очень устала и болит голова…
Даже не верится, что за один день можно испытать столько эмоций…
Полярных эмоций.
Душа на разрыв.
Больно, дико, несправедливо…
Я долго кормлю Руса, а потом укладываю его.
Это успокаивает меня, дает точку опоры.
Когда он, мирно посапывая, лежит в своей кровати, подхожу к окну.
Вижу, как Рамазан садится в машину.
Красиво одетый, нарядно.
Сердце говорит мне, что не просто так…
Опять поворот ножа в груди.
Опять больно…
Он словно бы чувствует мой взгляд.
Поднимает глаза на окно- зависаем друг на друге глазами…
Садится, хлопает дверью, резко стартует.
Я издаю полуплач, полурык.
Позади чувствую руки Азбеки…
Она утешает, успокаивает.
-Он в ЗАГС, Аня… Едет с ней расписываться…
Я хватаюсь руками за рот. Рыдания душат меня…
Складываюсь пополам.
Пытаюсь быть бесшумной.
А в груди- настоящий ураган.
Ночью мы были такими дикими и ненастными, что до сих пор между ног все жжет. Я чувствую его при каждом шаге. Его пальцы, запах, губы… Стоит только прикрыть глаза- и я снова в моменте…
А он едет к другой…
Сейчас они будут стоять на фоне улыбок других и слушать сладкие речи про счастливую долгую семейную жизнь…
- Никях будет завтра… В этом доме. Потому готовят пышную церемонию. Если тебя утешит, то семья Али настояла, чтобы консумация брака была только после религиозного обряда. Так что… эту ночь он проведет не с ней…
- О, спасибо за информацию, Азбека… думаешь, со мной? Черта с два… Я его не подпущу к себе…
А сама чувствую себя жалкой…
Потому что я уже это сделала…
Я поверила ему…
Поверила…
Прошу ее снова оставить меня одну.
Нет сил ни на какие приличия.
Сажусь на край кровати и долго-долго смотрю в одну точку.
Не сразу замечаю, как звонит телефон. Снова и снова. На репите.
Неизвестный номер.
Плевать, кто. Хоть дьявол…
- Да…
Молчание в трубку.
Я ведь знаю подсознательно, что это он…
Слышу, как закуривает.
Выпускает струю дыма…
- Ты ведь не совершишь глупостей, девочка моя?- спрашивает после паузы…
- Смотря что ты вкладываешь в значение слова «глупости», Рамазан. У нас с тобой разные критерии…
- Критерии всегда одни, Аня… Итог разный… Я хочу, чтобы ты была взрослой, слышишь? Мне это важно… Пожалуйста, услышь меня…
Я сжимаю рукой телефон так, что он, наверное, сейчас треснет.
- Я не сбегу и я буду на твоей свадьбе, Рамазан. Ты об этом? Если в этом взрослость, то я тебя услышала. Надеюсь, ты тоже меня услышал… Потому что как только у тебя появится другая, той Ани, которую ты любишь, а я не сомневаюсь в том, что ты меня любишь, существовать не будет.
- Да, Аня. Я тебя люблю… Главное, что ты об этом помнишь…