Глава 21

* * *

— Вы точно в норме? — спросила меня в который раз Райша. После всего произошедшего, экономка уже вечером отослала горничных и сама помогала мне подготовиться ко сну. Видимо решила, что сейчас я буду не в восторге от лишних глаз. Что ж, она была права.

Всё ещё внутренне содрогаясь при мыслях о грязных намереньях купца, я хотела избежать сочувственных или тем более злорадных взглядов (несмотря на мои старания, ещё оставались те, кто не до конца смирился с моим пребыванием здесь), потому не горела желанием находиться сейчас в компании других людей. В данный момент хотелось остаться одной, постараться забыть неприятный инцидент и спокойно уснуть. Если это вообще возможно...

— Райша, — уже начиная раздражаться, заговорила я, — последний раз повторяю: со мной всё хорошо.

Обеспокоенно посмотрев на меня, экономка расстелила на кровати дополнительное одеяло и облегченно вздохнула:

— Как же удачно господин Варг вернулся. Если бы не он… не сносить нам голов.

Последние слова звучали не слишком искренне, но я сделала вид, будто этого не заметила. Раз уж Райша хочет казаться холодной и отстранённой — её дело, а мне, чтобы сэкономить силы, проще подыграть:

— А я только поверила, что твоё беспокойство направленно на меня. Какое разочарование.

— Вы наша госпожа и хозяйка, — начала вроде как оправдываться экономка, приняв за чистую монету мои слова, — мы будем заботиться о вас, не причиним зла и станем вас уважать по мере наших скромных сил. Однако простите за прямоту, любить вас мы не обязаны.

— Всё верно, Райша. Для вас я чужая.

И вот вроде бы мной были озвучены вещи, которые и так понятны, но на сердце всё равно залегла грусть. Это был не Аджардхолл, где большая часть слуг видела, как мы с братом росли, проникаясь к нам не только чувством долга, но и искренней привязанностью. Нескольких недель среди местных жителей и помощи охотникам явно слишком мало. По крайней мере, пока.

Трезво оценивая чужое отношение ко мне, или скорее ощутив себя в достаточно знакомой среде — при переезде во дворец Илруна мне довелось столкнуть с подобным испытанием на прочность — я совсем не злилась. Хотя бы на людей, живущих здесь. Сейчас из себя меня выводило иное. Чувство, будто нападение было преднамеренным, только укрепилось после короткого разговора с Даньяном. Да и он появился как-то слишком своевременно.

Честно сказать, когда я увидела лорда Росдона, то не только выдохнула с облегчением, но и решила, что именно он приложил свою руку к столь мерзкому происшествию.

Так уж вышло, что какое-то время в свете любили устраивать ложные нападения на леди, чтобы потом спасти тех из беды и заслужить их признательность. Это было первое о чем я подумала, когда ситуация с торговцем приняла неожиданный оборот. Вот только стоило посмотреть на взбешенного Даньяна (так убедительно никому не дано играть), ощутить, как воздух вокруг него начинает трещать от его ярости, и все подозрения развеялись по ветру.

Лорд Росдона выглядел слишком озлобленным для того, кто всё спланировал. Даньян оказался готов буквально разорвать торговца на месте, и если бы мне не удалось его остановить, я уверена — расправа не заставила бы себя ждать. Да и потом ни один мужчина не предстанет в таком пугающем свете перед той, кого собирался спасти ради её доверия.

Потому выходило лишь одно. Даньян узнал о том, что должно произойти и решил вмешаться, а последовавшее после всего предложение больше походило на опасение потерять меня, или точнее доступ к так необходимой ему магии. В этом я легко себя убедила. Как и в том, кому нужно было так поступить со мной.

Неудивительно, что полночи сон никак не шёл ко мне. Мрачные мысли были слишком тяжёлыми и подобно кандалам приковали моё сознание к реальности. Лишь ближе к утру мне удалось отбросить бесконечные догадки и забыться беспокойным сном. Там, в липких, тёмных лапах временного забвения, раз за разом я оказывалась то в спальне, где меня впервые растоптали, то в зале церемоний, где мою гордость повторно проверили на прочность, то в прихожей под предвкушающим взглядом торговца. Отчего пробуждение оказалось для меня сродни спасению, позволив успокоиться. Правда, ненадолго.

Новый день тоже решил не баловать меня тихими буднями — он привел в усадьбу не совсем ожидаемого гостя. Точнее: я ждала вестей от него, но никак не думала, что тот решит навестить меня без обмена письмами.

— Она представилась главой дома Оршал, — шептала мне Райша пока мы стремительно направлялись в сторону гостиной. Именно туда экономка проводила гостей.

— Она? — тихо переспросила я, хмуря брови. — Но ведь глава рода Оршал — мужчина.

— Видимо что-то успело поменяться.

Заявление было сомнительным, но вполне разумным — выпав из светских кругов, я была лишена возможности узнавать одной из первых последние новости. А раз так, то… у меня проблемы.

Договориться со стариком Говардом Оршалом у меня не составило бы труда по двум причинам. Первая: о его жадности слагали легенды, отчего он ради выгодного предложения, действительно, продаст даже собственную мать, потому такой гнилой человек был одним из лучших кандидатов на роль торгового представителя для павшей королевы. И вторая: у меня имелся внушительный компромат на него. Верным псам Лиама с трудом, но удалось выяснить всё о гнусных секретах его загородного поместья. Торговля людьми среди них была самой безобидной.

Узнав о подобной стороне главы одного из домов Илруна несведущий во внутренней политике человек спросит: «Почему, такого, как лорд Говард ещё не осудили и не казнили?» Ответ был прост. Именно род Оршалов держал в своих руках весь преступный сброд всего королевства — именно их влияние взяло всю преступность под контроль. Проще говоря, Говард Оршал был негласным королём тёмной стороны Илруна.

Контрабанда, подпольная торговля и услуги сомнительного характера — всё это держала в своих руках всего одна семья. Семья, которая точно захочет быть в курсе того, что я планирую посеять хаос в Илруне, тем самым, так или иначе, потревожив их дела. И чтобы такие важные и, будем честны, опасные люди не стали чинить препятствия, мне было важно переманить их на свою сторону. Ведь это не просто сборище преступников под крылом у великого лорда, а целая гильдия. При том торговая гильдия, именуемая Неясытями, чей отличительный знак — чёрная сова с большими, горящими золотом глазами — наводил ужас на подпольные организации даже других королевств. И именно поэтому слова Райши, в которых она утверждала, что глава дома Оршал — женщина, кажутся горячечным бредом.

Прокручивая всё это в голове я, не сбавляя шага, вошла в гостиную, где меня ожидало два человека. Одним из них оказался достаточно молодой и какой-то суетливый парень, одетый в шерстяной балахон грязно-зелёного цвета, а второй была как раз упомянутая экономкой женщина. Правда, в своей жизни я таких… леди, ещё не встречала. Отчего ненадолго впала в ступор, пока рассматривала гостью.

Рослая, выше большинства мужчин, достаточно молодая женщина напоминала мне монументальную скалу. Верхнюю часть её тела облегала куртка из серой замши, которая нарочито подчеркивала мускулистые руки, выдающуюся грудь и крепкую талию — такое можно было увидеть только у воинов (за исключением, естественно, пышной груди), что тренировались с тяжёлым мечом едва ли не с рождения. А тут вроде как леди из дома Оршал с телосложением, способным дать фору многим стражам королевского дворца. Она ещё и явно специально надела облегающие штаны с высокими сапогами, чтобы те облепили сильные ноги подобно второй коже. Весь костюм будто кричал о желании продемонстрировать всю грозность его хозяйки.

Внушительный облик, словно играя на контрасте, завершали мягкие, можно сказать девичьи черты миловидного лица и толстая коса русых волос. Подобно толстому, в обхвате не уступающему могучему запястью, жгуту она покоилась на мощном плече, никак не способном принадлежать женщине. Кончик косы, закованный в ажурную заколку из матового металла, достигал мощных бёдер, давая понять — как бы не выглядела незнакомка, она урождённая дворянка. А раз дом Оршал был первым, куда должен был направиться дедушка, то она точно оттуда.

Стоило мне оказаться в комнате и, быстро опомнившись от увиденного, нейтрально поприветствовать гостей, как якобы новая глава дома, очень важного для моего плана, прошлась по мне взглядом светло-карих, почти золотых глаз, и протянула:

— Значит, старый наёмник, принёсший послание не соврал.

Поняв, что хочет сказать гостья, я коротко посмотрела в сторону замершей у порога экономки. Этого хватило, чтобы могучая женщина понятливо улыбнулась, и резко сменив тему сказала:

— Если вы не против, то мы с моим спутником не откажемся от чая. Да и перекусить не помешало бы. Путь был неблизким.

— Райша, будь добра, — обратилась я к экономке, с долей благодарности за догадливость, кивая гостье. И как только служанка послушно оставила нас одних, я заметила: — Вы ведь пришли порталом?

Оба гостя выглядели слишком свежими, чистыми и не источали холод. Прибудь они в усадьбу сами, то успели бы промёрзнуть до костей, несмотря на любую защиту — сегодня как раз разыгралась снежная буря, заставившая даже бывалых охотников остаться в поселении. О судьбе купца и его людей мне пока ничего не было известно. Судя по тому, что здесь ещё не появился Даньян, он как раз выказывает всё гостеприимство тем, кто пришёл сюда с дурными намереньями.

— Верно, порталом, — подтвердила женщина, заслоняя своей фигурой почти весь камин в гостиной. А затем с ухмылкой добавила: — Подозрительно добрая душа предоставила нам рунный ключ от вашей арки. Правда, одноразовый.

Мысленно поразившись тому, как быстро действует Даньян (а никто кроме него не мог снабдить предполагаемого главу дома Оршал ключом к порталу), я сделала вид, что это было исполнено с моего ведома, и с мягкой улыбкой сказала:

— Безопасность прежде всего.

— Верно мыслите, — послышалось одобрение в размеренной речи женщины. И пока мы после моего пригласительного жеста рассаживались по креслам, она тихо добавила: — Бывшая королева Илруна должна быть в десятки, нет в сотню раз осмотрительнее самого злостного преступника.

Едва заметно кивнув на эти слова, я догадливо отметила:

— Полагаю, вы рискнули прибыть лично для того, чтобы убедиться — вас не пытаются обмануть от моего имени.

— Правильно полагаете. Когда намечается что-то настолько крупное, я предпочитаю сама вести дела, — поведала собеседница, с интересом рассматривая меня. Не знаю, что именно вызвало в ней интерес: мои обрезанные волосы или слишком скромный наряд, но мне это на руку. Пока оппоненту любопытно, с ним можно договориться.

— Райша сказала, вы представились главой дома Оршал, — ненавязчиво указала я на то, что мои гости так и не назвались. На что женщина широко улыбнулась, после чего не скрывая самовольство заявила:

— Да, теперь в нашем прогнившем гнёздышке всем заправляю я. Можете звать меня Рошель, без всяких «леди» и прочих бесполезных приставок. Они меня раздражают.

Окинув собеседницу ещё одним внимательным взглядом, стала подмечать в ней всё больше доказательств правдивости таких нереальных слов. Пусть костюм Рошель оказался нетипичен для знатной леди, он стоил немало — одна только его отделка была не по карману лорду средней руки. К тому же на вышивке часто мелькали распахнутые крылья — родовой герб Оршалов. Да и массивный перстень их дома никто не станет подделывать, если только он… не хочет видеть, как страдают все, кто ему дорог. Этот род знает толк в наказаниях. А ещё в диковинных наложницах…

Поговаривали, что лорд Говард собрал в своём поместье всех представительниц света. Там были и знойные южанки, и утончённые девы востока, и яркие представительницы запада, а так же холодные северянки. А раз имя моей гостьи явно намекает на последних, то и выводы удалось сделать соответствующие. Раз при дворе мы не встречались, да и слухом о такой наследнице рода до меня не доходило, напрашивался только один ответ, который я решительно озвучила:

— И как же дочь фаворитки-северянки стала новой главой такого большого рода? — Замечание оказалось разумное, ведь у лорда Говарда не было недостатка в сыновьях.

— Стремительно и… кроваво, — не моргнув глазом призналась Рошель. Даже не подумав оскорбиться моим вопросом, она криво улыбнулась и, глядя мне прямо в глаза, внесла чуть больше ясности: — Ради такого тёпленького местечка мне пришлось буквально за день устранить всех потенциальных конкурентов, а потом отправить по их следам моего отца. Старик такого не одобрил, но скорее всего, был горд мной. Он в своё время тоже провернул нечто подобное.

— Король Илруна закрыл на это глаза? — только и спросила, не спеша осуждать. Всё же специфические устои их рода были широко известны.

Рошель на моё спокойствие только хмыкнула, а затем ответила:

— Конечно, потому что король хотел заручиться моей поддержкой. — И опережая новый вопрос, она удивила меня, сказав: — Так уж получилось, что мне оказалась известна настоящая причина вашего с ним… разногласия. Более того, у меня имелись доказательства неверности именно Его Величества Максимилиама, а никак не вашего. Так что у него попросту не осталось выбора. Королю пришлось остаться в стороне от наших семейных дел.

— Рискованно. Он мог вас просто устранить, — коротко прокомментировала я. И пусть такое абсурдное обвинение уже было мне известно, злость в груди всё равно свернулась змеёй. Лиам слишком заигрался.

— Мог, — согласилась новая глава рода Оршал, — но король прекрасно понимал, что брошенный мной камень угодит в его тихий омут и запустит слишком сильные волны среди знати. Всех и без этого волновал один момент: «Почему в измене обвинена королева, когда именно рядом с королём уже сидит другая?». Пусть Его Величество оправдался тем, что леди Валестина была той, кто вас разоблачил, отчего она и получила шанс стать его фавориткой, но вопросы остались у всех.

Новые подробности неприятно поражали, однако все размышления на этот счёт пришлось отложить. Вместо этого оценив уровень коварства женщины перед собой, я не без уважения протянула:

— Значит, вы воспользовались преимуществом и поспешили устроить переворот в своей семье.

— Вы, леди Адрианна, дали мне прекрасную возможность, — подтвердила мои догадки Рошель. — Именно ваше низвержение стало толчком для решительных действий с моей стороны — пока внимание других сосредоточено на скандале королевского масштаба, никому не будет дела до семейных дрязг одного из великих лордов.

Не удержавшись, я усмехнулась над такой формулировкой, после чего сказала:

— Выходит, вы поэтому так охотно откликнулись на моё послание?

— В точку. А ещё очень уж хотелось послушать, как, и главное, чем вы будете меня убеждать не мешать вашим планам. Месть она такая — может не состояться из-за любого неучтённого момента.

Пусть в голосе Рошель так и сквозила наглость, но вот в её глазах плескалось то, что зовут уважением. Видимо это была ещё одна из причин того, почему новая глава опасного рода так просто явилась сюда без охраны.

— Кто сказал, что я буду мстить? Может, мне нужен просто деловой партнёр, чтобы вернуть своё состояние, — невинно сообщила, старательно излучая всем своим видом смирение.

Рошель не стала напоминать мне, что её отец, а я изначально обращалась именно к нему, точно не подходил на такую роль. Вместо этого женщина махнула рукой со словами:

— Бросьте, у вас это на лице написано. Да и кто из Аджарди хоть раз прощал такое оскорбление? Вы ведь неровня обычной знати — слишком глубоки ваши корни, слишком густа ваша кровь, а вашу гордость можно только воспевать в легендах.

— Звучит почти как оскорбление, — спокойно отметила, тем самым вынудив крайне могучего вида женщину фыркнуть:

— Оскорбление? Ни в коем разе. Я само воплощение доброй воли. Даже вот готова временно одолжить вам своего человека.

После сказанного, Рошель указала на всё это время молчавшего спутника, который только и делал, что ёрзал на кресле, будто не привык долго сидеть на одном месте.

Новый взгляд на парня не внёс ясности в слова главы рода Оршал, и я поинтересовалась:

— Для каких целей?

— Мой друг имеет очень пытливый ум и просто помешан на артефактах, — деловито начала Рошель, затем бросила красноречивый взгляд на манжет моего платья, скрывающий магический браслет, и продолжила: — О ваших оковах мне тоже поведали, когда я хотела уже выбросить ваше послание в огонь. Не поймите неправильно, просто меня выводят из себя люди не готовые прийти и просить о чём-то лично.

С уже куда большим интересом посмотрев в сторону второго гостя, я ничуть не разозлилась на дедушку. Раз он решил рассказать об ограничителе, значит, это был наилучший вариант.

— Понимаю. Тогда, Рошель, мне остаётся только порадоваться вашей… доброте. А так же поведать вам о своих планах.

«И понадеяться, что такая неординарная леди если не встанет рядом, то хотя бы уйдёт с дороги», — добавила уже про себя. После чего в общих чертах рассказала, что планирую разрушить прежний Илрун и… упразднить монархию.