Глава 37

Вот уж чего я точно не ожидала, так это того, что моё умение держать лицо, очень пригодится в возникшей ситуации. Гувернантки, вбившие в мою голову данное умение, точно попадали бы в обморок, узнай, при каких обстоятельствах мне пришлось прибегнуть к их науке. Как и королева Розанна, заставлявшая меня ради сына сохранять непробиваемую маску в любой ситуации.

Кажется, вспыхнувшие чувства к новому мужчине, ощущающемуся слишком знакомым, напрочь смели остатки моего разума, раз я поддалась Даньяну и…. заставила мучиться ожиданием целую пятёрку лордов! Да ещё и не простых, а старших патриархов не последних семей Илруна! Стоило мне спуститься вниз и увидеть тех, кто пожаловал в мою скромную усадьбу, как нервы натянулись до предела.

Пока на моём лице играла вежливая улыбка, а с губ слетали стандартные приветствия, в душе я сгорала от стыда смешанного с негодованием. Каждого из прибывших мне довелось знать лично, пусть и не близко. Оттого ситуация была в два, а то и три раза щекотливее — ещё никогда в жизни я не позволяла себе таких дерзких поступков. Пусть никто не знал причину моей задержки, но против собственной совести такие отговорки не работали. Потому мне хотелось откровенно провалиться под землю, чтобы навсегда поселиться там в компании арахнидов.

Видимо, чуть позже мне придётся… отчитать Даньяна за его коварный поступок! Несмотря на все его труды. Одного короткого взгляда в сторону замершего за моим плечом мужчины, было достаточно, чтобы понять — именно Даньян поспособствовал визиту незваных лордов. Они явно пришли, как и глава дома Оршал, через портал по одноразовому приглашению. Иначе, отчего ещё моему сладкому мучителю выглядеть ничуть не удивлённым?

В небольшой гостиной, где расположились гости, не только царила мрачная атмосфера недовольства, но и яблоку негде было упасть. Комната и без того была небольшой, но когда в ней разместились сразу пять человек в роскошных нарядах, чьи ауры аристократов плотным коконом окружали каждого из них, кажется даже воздуха на всех не хватало.

Неудивительно, что нас встретили убийственными взглядами и ворчливым:

— Уважаемая, как же можно томить ожиданием таких благородных гостей? — взял слово глава рода Вертье, чьи угодья раскинулись на юге близь моря. Именно поэтому старейшина семьи, управляющей самым большим портом Илруна, имел загорелую кожу и выбеленные не только временем, но и зноем волосы. Помимо этого, как и все Вертье, их глава предпочитал в одежде оттенки синего и голубого, подчёркнутые вышивкой из мелкого жемчуга. Один только сюртук длинною в пол стоил как вся эта усадьба — сразу видно насколько его хозяин значим среди прочей знати.

Удерживая мысль о том, что пока рано ссориться с такими высокопоставленными людьми, хотела уже отделаться обычными, ничего не значащими извинениями, как вдруг лорду Вертье ответил Даньян:

— Кажется, я упоминал, что леди Адрианна сейчас вся в делах, — вполне спокойно заговорил он, но от голоса Даньяна веяло таким холодом, что все в комнате украдкой поёжились. Затем он с вежливой улыбкой припечатал: — Потому вам стоило договориться о времени визита. Заранее.

Конечно, гостей впечатлила такая реакция “посредника”, но на то они и главы своих домов. Так просто их было не запугать.

Теперь в разговор вступил лорд Борвард, владеющий одними из самых плодородных земель:

— Мальчишка, — брюзгливо начал мужчина, чьи глаза в сетях из морщин, походили на два заточенных клинка, — ты хоть знаешь, как трудно нам было найти общее свободное время? А ведь мы главы уважаемых домов, не то что….

— Рискнёте продолжить? — прервал Даньян лорда Борварда с той же милой улыбкой, но откровенной угрозой в голосе.

Старик в тёмно-зелёных одеждах, больше похожих на мантии древних волшебников, украшенных золотой вышивкой оленьих рогов на рукавах, только поморщился и бросил:

— Не думай, что наша великодушная услуга распространяется на грубость. Никто из нас не потерпит такого отношения! — гордо заявил он напоследок, взяв на себя смелость, говорить за остальных.

— Грубость? Это вы о своих же словах? — усмехнулся Даньян, после чего вся благожелательность стекла с его лица. Теперь плечом к плечу со мной стоял опасный хищник, почуявший запах крови. Чёрные глаза нехорошо блеснули, а затем Даньян скучающе произнёс: — Кажется, вы, многоуважаемый лорд Борвард, не так уж и хотите снизить процент своего займа. Неужели в Борвардхолле дела начали идти настолько хорошо?

Мне стоило большого труда сдержаться и не выказать удивления. До меня доходили слухи, что из-за череды засух у рода Борвард возникли трудности с финансами, но потом они откуда-то взяли средства, чтобы проложить оросительные каналы. После этого их дела стали лучше прежнего. Забавно, что недостающий кусочек этой истории мне удалось узнать при таких обстоятельствах.

— Как низко, — поджав губы, процедил явный должник Даньяна. После чего искусно сделал вид, будто предыдущий разговор ничуть его не задел. Лорд Борвард прочистил горло и, отбросив оскорбленное достоинство, заговорил: — В прочем мы здесь не для оценки вашего воспитания. Вот обещанный документ.

Мне протянули богато украшенный свиток и, без лишней суеты взяв его из цепких рук одного из лордов, развернула его, пробегаясь глазами по содержимому. И чем дальше я читала, тем выше взлетали мои брови. От увиденного остатки самообладания покинули меня.

Между тем вновь заговорил лорд Вертье:

— Пока вы были заняты своими важными делами, — не упустил он шанса поворчать, — мы взяли на себя смелость и с помощью экономки осмотрелись, а так же опросили местных жителей. По их словам здесь и, правда, нет иного лорда, только леди…., — тут мужчина замялся, посмотрел в сторону Даньяна, и закончил, — Аджарди. Все люди были подвергнуты магической проверке и точно не смели лгать. Потому мы все без опасений за наши добрые имена подписались под Словом Правды в ваших руках.

Драгоценный свиток мелко задрожал. Пусть мне известен такой вариант получения имущества, но у меня и в мыслях не было его рассматривать. По крайней мере, пока. Просто для свидетелей нужны были не любые лорды, а те, кто никак со мной не связан. Та же Рошель или лорд Гойе исключаются — мы ведём общие дела, а раз так, они являются заинтересованными лицами. Я так же не могла добиться свидетельствования путём шантажа. На суде лордов такой ход легко опровергнут.

Однако везде есть лазейка и… Даньян стал ей — как мне уже известно, он осуществляет свои сделки тайно, к тому же является подданным другого государства, и никому в голову не придёт связать его со знатными мужами Илруна. Так что магическое Слово вскрыло бы обман лишь при условии, если б Даньян приставил настоящий нож к горлу этих лордов. К тому же до моего низвержения мы с Даньяном при дворе пересекались лишь раз, а сейчас для посторонних рядом со мной не лорд Росдона, а наёмник Варг, точно не имеющий нужных связей. О настоящей личности Даньяна в данный момент знают только те, кто связан клятвой на крови.

Пока я лихорадочно пыталась переварить такой подарок от реального посланца Судьбы, в разговор вступил глава дома Юташ. Он был тут самым “молодым” и его тёмные волосы длинной до плеч лишь на висках тронула седина, которая перекликалась с нижним камзолом цвета серебра. Владелец третьих по размеру конюшен в Илруне смахнул невидимую пылинку с рукава верхней мантии цвета воронового крыла и произнёс:

— Теперь леди необходимо лишь предоставить бумагу, подкреплённую Словом Правды, на суд лордов, и данные владения станут её королевскими отступными. Но, перед этим, — решил холодно добавить самый мрачный из глав, — не забудьте обелить себя. Пока вы являетесь в глазах других изменщицей, этот документ не более чем магический клочок бумаги.

Прекрасно понимая, что этими словами меня хотели спустить с небес на землю, я всё же не сдержала искренней улыбки и мягко ответила:

— Об этом можете не волноваться. Ваши труды, достопочтенные лорды Илруна, не будут напрасны. Благодарю за то, что нашли время и… храбрость, чтобы выступить против короля, — ничуть не меняя тона, решила напоследок напомнить присутствующим, почему при дворе никто не смел в лицо насмехаться надо мной. Для каждой словесной шпильки, я всегда находила ответный кинжал.

— Лорд Росдона уверил нас, — оставил без внимания мой ответный выпад лорд Борвард, — что Его Величество вскоре… оставит свой пост и потому не сможет нам отомстить.

Усмехнувшись про себя над такой формулировкой, без утайки сказала:

— Всё верно, волны слухов начали свой бег. Вскоре одному из высших лордов, который служит Лиаму, придётся отвечать перед законом. Доказательства уже собраны, и как только будет обнародовано, что такой знатный человек стоит за созданием особо опасных ядов и запрещенных веществ, королю ничего не останется, как покарать его. То же самое случится и с уже не таким тайным владельцем чёрного рынка, а ещё с нечистым на руку сборщиком налогов.

— Вы так уверены, что всё пройдёт гладко. Насколько мне известно, к последнему комар носа не подточит, — с сомнением протянул глава рода Юташ, пряча костлявые пальцы в широкие рукава своей чёрной накидки.

— Лорд Эвергрен, отвечающий за основной сбор пошлин, переправлял украденные средства, используя Золотые пути. Это удалось выяснить, когда…, — немного запнулась я, но потом без зазрения совести продолжила, — мои люди завладели несколькими обозами, и там оказалось гораздо больше сокровищ, чем было заявлено в сопроводительных документах.

Да, изначально лорда Эвергрена не было в моих планах — у меня имелись подозрения на его счёт, но я не знала, где искать доказательства его краж. А тут лисы Даньяна, получившие от меня карты Золотых путей, взяли и передали мне все необходимые отчёты, вместо обговорённой доли с грабежа. Лишь позже я поняла, что те не посмели идти наперекор главным указаниям “хозяина” и раздобыли мне ещё доказательств против прогнившей верхушки, поддерживающей Лиама.

Выслушав меня, пятёрка лордов обменялась тихими фразами, после чего самый смелый из них рискнул заявить:

— Его Величество откровенно сглупил, не догадавшись лично сопроводить вас в Обитель и настоять на скорейшем жертвоприношении. С такими знаниями опасно было сохранять вам жизнь.

— У Лиама на меня были иные планы, — с холодной улыбкой призналась я и, прежде чем кто-то что-то добавил, припечатала: — Подробностей вам знать не стоит. Жизнь всегда дороже всяких сплетен.

— И то верно, — хмыкнул лорд Валанкес, четвёртый из гостей. До этого глава дома, заведующего вторыми по прибыли лесопилками, молча перебирал в руках гладкие деревянные бусины, нанизанные на шелковую нить, и не вступал в диалог. На вид ему не дать больше сорока, но его семья владела Словом Жизни, и потому никто с точностью не знал его возраст. И вот теперь лорд Валанкес посмотрел на меня с хитрым прищуром и произнёс: — Пусть молодая львица утолит свой голод единорогом, а затем на том успокоится. Мы мешать не станем. Взамен просто всегда помните о том, кто встал на вашу сторону в час нужды, и ещё…. держите своего волка при себе.

После этой речи пятый из лордов, так и не удостоив меня хоть словом, согласно кивнул, старательно не глядя в сторону Даньяна. Тот, надо заметить, больше не вмешивался, оставаясь подле меня тихим напоминанием: нет ничего лучше вежливого общения.

На том и завершив наш разговор, мы проводили гостей к портальной арке. А затем, после их ухода, одинаково облегченно выдохнула. После чего посмотрели друг на друга и рассмеялись над таким единодушием.

Однако веселье продлилось недолго. Теперь настала пора уже Даньяна воспользоваться Словом Пространства — как и ожидалось, его люди наткнулись на гнезда арахнидов, и теперь лорду Росдона необходимо было вернуться в свои владения, для раздачи личных указаний.

Без стеснений спрятав лицо в меховой оторочке плаща на груди Даньяна, я тихо спросила:

— Как скоро ты вернёшься?

— Уже скучаешь? — шутливо спросил мой мужчина, крепче прижимая меня к себе и целуя в макушку.

— Опасаюсь, что ты сбежишь и предашь меня, — не удержавшись, съязвила, решив тем самым сбить с него спесь. Слишком уж Даньян уверовал в то, что я от него без ума. Хотя, с этим было трудно поспорить.

Мой ответ ничуть не задел чувства гордого лорда, а развеселил его. Наклонившись, Даньян хмыкнул, заскользил руками по моей спине, бёдрам и в итоге сжал их чуть выше колен, чтобы…. поднять меня в воздух. Совсем не испугавшись внезапного порыва этого невозможного мужчины, я в ответ обхватила его за плечи и укоризненно посмотрела сверху вниз. Такая реакция заставила Даньяна рассмеяться и сказать:

— Врушка, знаешь же, что я только на твоей стороне и на всё пойду ради тебя.

Эта фраза напомнила кое-что, о чём Даньян говорил не так давно.

— Так ты не шутил, когда обмолвился об отказе от титула? — спросила я, не зная, то ли мне удивляться такой безрассудности, то ли восхищаться подобной преданности.

— Нет, не шутил, — покачал головой Даньян, заодно потеревшись щекой о моё плечо. — Такая мера необходима ради твоей защиты. Если я хочу всегда быть рядом, нельзя чтобы кто-то мог мной управлять.

— Но ведь тогда ты лишишься титула, — указала на очевидное, всё ещё не до конца веря, что он сможет пойти на такой шаг. Пусть уровень доверия к этому мужчине у меня уже превзошел все ожидания, но ведь есть предел чужой жертвенности.

Мягко опустив меня на землю, и, пользуясь защитой плаща, укрывшего от чужих глаз все его действия, не упустив шанса очертить ладонями все мои изгибы, Даньян проворковал:

— Ничего страшного. Тем более только в таком случае ты…. сможешь принять меня в свою семью.

— Беспрецедентно, — ахнула я. — Над тобой ведь будут издеваться, а я этого не хочу.

— Пусть попробуют, — усмехнулся Даньян. — У урожденного принца Росдона при всём желании не отнять благородного происхождения. Вдобавок, так уж вышло, что я бессовестно богат и если бы ты позволила, то….

— Не обсуждается, — поспешила закрыть рот Даньяну и в прямом и в переносном смысле. Мои пальцы накрыли мужские губы и оставались там, пока я говорила: — Объясняла же, что хочу построить своё дело за счёт собственно заработанных средств. Так мне точно можно будет ничего не бояться.

Ощутив, как моей кожи коснулся кончик чужого языка, поспешила убрать руки от губ Даньяна. Он улыбнулся, полюбовался румянцем на моих щеках, и сказал:

— Прости, не удержался. Я всё понимаю, но иногда хочу сделать для тебя как можно больше.

— Твоя помощь и так неоценима, — со вздохом напомнила. — Без твоих лис на реализацию моего плана потребовалось бы несколько лет. Прежде чем свергнуть Лиама, для начала я бы постаралась разбогатеть, обрести вес в финансовом мире Илруна, чтобы защитить брата, и только тогда приступила бы к основному плану. Но благодаря тебе я всё делаю параллельно: строю своё маленькое королевство и попутно рушу привычную жизнь бывшего мужа, — тут не удержавшись, злорадно улыбнулась, но Даньян только порадовался подобной реакции на бывшего соперника. После чего со всей серьёзностью уточнил:

— Моей помощи действительно достаточно? Если бы ты позволила, я бы сделал всё за тебя.

Вот снова, Даньян умудрился сказать такое, от чего моё сердце затрепетало, а в груди разлилось приятное тепло. И пусть меня откровенно согрели такие слова, пришлось отринуть их, сказав:

— Нет, иначе мои страхи никуда не уйдут. Чтобы быть рядом с кем-то настолько сильным, как ты, — нежно произнесла, погладив Даньяна по щеке, — я сама должна стать сильнее.

— Моя маленькая леди не ищет лёгких путей, — ласково произнёс мой мужчина, накрывая мою ладонь своей.

— Прости, что тебе досталась такая не простая женщина, — произнесла полушутя.

— Ничего, это одна из причин, почему кого-то помимо тебя рядом со мной нет места.

Сказав это, Даньян потянулся было за поцелуем, который из-за атмосферы грозил выйти за рамки любых приличий, но тут до меня донеслись голоса жителей. Пришлось дарить мужчине короткое касание губ, а затем едва ли не заталкивать смеющегося Даньяна в портальную арку со словами:

— Иди уже. Твои люди ждут тебя и новую партию Песни Чудовищ.

— Всё, всё, ухожу, — с хохотом сдался Даньян, после чего, перед тем как исчезнуть во вспышке, тихо сказал: — Береги себя, моё сердце. Скоро увидимся.

— Вернись ко мне целым и невредимым, — так же вполголоса произнесла, но, кажется, никто этого уже не услышал. Ткань пространства поглотила высокую фигуру, оставляя меня одиноко стоять на продуваемой всеми ветрами площадке.

Странно, но именно сейчас я особенно остро ощутила царящий здесь холод. Хоть весна с каждым днём всё яростнее вытесняла зиму, последняя не спешила так просто сдавать свои позиции. Уже к вечеру размокшая за день земля покрылась изморозью.

А затем, поздней ночью, когда впервые за последние дни я осталась одна в своей постели, мне приснился сон. Сон, который чуть не стоил мне свободы.