Глава 40

Предложение мантикоры было таким заманчивым, что я тут же насторожилась.

Кто знает, что у Коры действительно на уме? Она ведь давно могла поговорить на эту тему, но решила дождаться такого вот подходящего момента, когда мой разум будет не так стабилен. Значит, ей нужно, чтобы моя бдительность притупилась. И причиной такого коварства мог стать только…. результат наличия упомянутой пары.

На примере арахнидов ясно: любая нечисть способна быстро размножаться, становясь серьёзной угрозой, если найдёт для себя идеальную среду, как это сделали химеры-пауки, или… если у неё не будет потенциальных хищников. Именно второй вариант идеально подходил для существа, чья сила даже мне не до конца понятна. Вот и получалось, что бездумно дав подобной нечисти “семью” я могу стать причиной того, что в будущем мантикоры превратятся в бич всего живого.

Потому, отложив мысли о произошедшем с Лиамом, я хорошенько обдумала слова Коры и выдвинула дополнительные условия. Контроль потомства и наиболее мирное сосуществование со всеми. Защищаться можно, а вот намеренно истреблять других не допускается. Так и Кора получит свой прайд, и мне не надо бояться за будущее земель.

Естественно мантикора не обрадовалась моей предусмотрительности. Она явно понадеялась, что страх перед бывшим мужем заставит меня пойти на что угодно, ради защиты от его магии. С одной стороны вполне логично. Пережив подобный опыт, мало кто захочет его повторить, тем более что в этот раз, из-за вмешательства Коры, Лиам не успел “подкорректировать” мои воспоминания. Теперь я точно знала, что за монстр поджидает меня в стране созданных им кошмаров. Однако немного размышлений и становится ясно: мы с мантикорой оказались в равных условиях. Нам обеим было не обойтись друг без друга.

В итоге Коре пришлось, поскрипев клыками, согласиться на мои дополнения к нашему договору. Всё же возможность расстаться с одиночеством её прельщала куда больше мировой власти.

Лишь после этого я позволила себе оставить недовольную нечисть мириться с частичным провалом её плана, а так же выполнять небольшое поручение, пока сама возвращала себе душевное равновесие с помощью горячих вод ближайшего источника. Его исцеляющее тепло помогло смыть с себя не только въевшийся холод, но и ощущение блуждающих по телу прикосновений. А они оказались куда мучительнее морозных укусов.

Жаль нельзя было точно так же согреть и очистить мысли. Сколько бы я не сидела в горячей воде, напряжение уходило лишь из тела, пока в голове, раз за разом разыгрывалась произошедшая сцена. И нет, это делалось мной не из желания осознать всю несправедливость, свалившуюся на меня. Жалость к себе хуже любого яда — она захватывает душу, парализует тело, и ты не можешь ничего сделать. Тебе только и остается сидеть, забившись в угол, чувствуя себя жалкой и бесконечно несчастной. Нет уж, такой вариант не для меня. А вот увидеть скрытый смысл в сказанном, собрать кусочки разрозненной картины и проанализировать действия врага — мне больше по душе.

Так за размышлениями я закончила с купанием, и хотела было уже возвращаться в спальню, как вдруг послышались быстрые шаги.

— Госпожа! Вот вы где! — ворвалась в купальню экономка как раз, когда я уже собиралась выходить.

Отметив несвойственную в обычное время бесцеремонность, поняла — случилось нечто серьезное.

— Райша, что такое? Неужели очередные гости в такой час? — спросила наугад и неожиданно попала в цель.

— Да, и у них дурные вести. Поспешим, они сами всё расскажут, — зачастила экономка, набрасывая на меня снятый с себя шерстяной палантин. Он скрыл ночное платье, делая мой наряд достаточно уместным, чтобы не тратить время на переодевание перед встречей.

После этого мы с Райшей проследовали в холл главного дома, где меня встретило две высокие фигуры в плащах. Одна из них тут же посмотрела в мою сторону и с натянутой, но такой родной улыбкой произнесла:

— Адри, мы тебя разбудили?

— Нет, дедушка, я не спала, — тепло ответила дорогому родственнику, но так и не смогла улыбнуться в ответ. Раз он настолько внезапно оказался здесь, что-то пошло не так. Потому вместо радостного приветствия с моих губ сорвалось взволнованное: — Неужели, что-то случилось с Юстианом?

— Нет, ваш брат в порядке, — ответил вместо дедушки второй гость, и в нём я неожиданно узнала одного из тех, кто провернул моё похищение. А если быть точнее — именно этот мужчина отвечал за магию перемещения.

— Вы? Но разве вам не положено быть подле Лиама? — удивилась, ощущая, как дурное предчувствие расползается в груди. Если маг пространства здесь, дела точно плохи.

Ухмыльнувшись, мужчина сложил руки на мощной груди и с наигранной скорбью в зелёных глазах поведал:

— Так уж вышло, что мне пришлось пропасть без вести.

Сразу же вспомнив, при каких условиях этот лис должен был “пожертвовать собой”, я ещё больше помрачнела и уверенно сказала:

— Лиам в бешенстве и он собирался посетить усадьбу.

— Да и, как велел глава, я сделал всё, чтобы этого не допустить, — кивнул заклинатель Слова пространства, а затем добавил: — Честно говоря, даже не будь отдан такой приказ, я бы не подпустил кого-то в подобном состоянии к леди. Наши ребята сейчас выясняют, что послужило причиной настолько резкой вспышки ярости.

— Не надо. Не трать время, — коротко ответила, прекрасно понимая, отчего Лиам вышел из себя.

Совсем недавно он был уверен в своем превосходстве. Ему не составило бы труда вернуть меня на “истинный” путь в любой момент, при этом пополнив свои войска армией моей нечисти. А сейчас он осознал — главное орудие вышло из-под контроля и вот-вот может быть направлено против него. Ох, хотелось бы посмотреть, как он сейчас рвёт на себе восхваляемые всеми белые волосы и являет случайным свидетелям свой истинный лик.

Стоило представить такую картину, как на душе потеплело. Вот только пришлось отставить ликование и уточнить:

— Так вы поэтому появились здесь в такое время?

— Не совсем, — снова заговорил матёрый лис, становясь крайне серьёзным. Он пристально посмотрел мне в глаза и произнёс: — У меня дурные вести… о лорде Даньяне.

Кажется, в этот момент сердце в моей груди замерло. Ворох из пугающих предположений пронёсся в мыслях, заставляя меня превратиться в изваяние. Дедушка тут же оказался рядом, будто боялся, что я упаду, лишившись чувств. Но моё сознание крепко держалось за реальность в ожидании продолжения. И под грозным взглядом Райши и дедушки маг поспешил добавить больше ясности:

— Главу взяли под стражу по приказу короля Росдона. Сейчас лорд Даньян заточён в месте, откуда даже с его силами не вырваться, а никому из нас незаметно не проникнуть туда. Ситуация патовая.

Облегчение вылилось на меня подобно ушату воды. Даньян жив. Остальное не важно. Подумаешь, родной брат превратился в тюремщика — небольшое препятствие на нашем пути. Препятствие, которое… всего лишь нужно устранить.

Мысли резко стали кристально чистыми. План дальнейших действий сложился так быстро, как никогда прежде. И теперь меня ничуть не пугали риски.

Благодарно сжав руку дедушки, которой он поддерживал меня под локоть, я отстранилась и приказала:

— Райша, отведи дедушку и мэтра….

— Просто Саньер, — подсказал маг.

— … и Саньера в гостиную, — закончила фразу и бросила напоследок: — Дайте мне полчаса.

После чего я поспешила в покои. Нужно переодеться в одежду, более подходящую для небольшого путешествия.

Поспешно захлопнув за собой дверь, на ходу сбросила с себя паланкин, а затем и ночное платье, уже зная, что надену. В одном из сундуков как раз хранился подходящий наряд. Длинная юбка будет только мешать, потому вместо неё поверх панталон, я надела широкие штаны. Следом взяла длинный отрез мягкой ткани и поспешила к зеркалу, чтобы обернуть его вокруг груди. Будет более удобной заменой корсету.

Правда, стоило приблизиться к своему отражению, как меня вновь ненадолго парализовало. Сейчас нельзя было отвлекаться. Необходимо было, чтобы мысли оставались трезвыми, а разум холодным, но… как не терять самообладание, когда видишь доказательства недавно пережитого ужаса?

На какое-то время можно было бы убедить себя, что мне действительно приснились чужие прикосновения, и что я просто ходила во сне. Однако на моей коже пылали неопровержимые доказательства реальности произошедшего. Алые следы, покрывающие шею, плечи и грудь больше походили на уродливые ожоги, чем на следы, оставленные пылким любовником. Лиам точно хотел, чтобы я никогда не забыла о нашей встрече во сне. Теперь придётся потратить немало мазей, дабы избавиться от такого памятного “подарка”.

Что ж, он добился своего. Вот только эффект от его действий оказался явно не совсем тот, на который он рассчитывал. Никаких слёз, истерики, страха и нервной дрожи. Только злость, холодная ярость, а так же решимость отныне действовать куда как грубее. Всё равно ситуация уже вышла из-под контроля. Теперь важно правильно воспользоваться сложившимися обстоятельствами.

Больше не глядя на алые следы, я закончила облачаться в дорожный костюм, туго стянула волосы шнурком и вернулась к взволнованной компании. Кстати, к ней успел присоединиться сонный Ларсэл. Видимо артефактора разбудила возня в доме.

Увидев меня собранную в путь и отметив небывалую решительность, все обратили ко мне вопросительные взгляды. Которые, в прочем, переросли в ошарашенные, стоило мне сказать:

— Райша, отправь лорду Гойе письмо с просьбой устроить мне приватную встречу с леди Валестиной. Пусть выберет день не раньше, чем через неделю. Этого времени мне хватит, чтобы разобраться с королём Росдона и вернуть Даньяна.

Ответом мне стала гробовая тишина. Видимо сейчас все задались одним и тем де вопросом. А точно ли я осталась в своём уме?