Глава 36

Беркутов

На экране телефона несколько пропущенных звонков. Когда они поступили — черт знает, потому что я ни хрена не помню. Резко встав с дивана, прокручиваю в голове ещё раз. Что произошло, что я так вырубился?

Да, домой пришел ближе к двум. Немного занялся делами, а потом... Так и уснул в гостиной.

Тело ломит, а голова раскалывается от недосыпа. Увидев номер капитана Захарова, мне становится ещё хуже, потому что не хотелось бы, чтобы и без того хреновая репутация пошла ко дну ещё глубже. Мне нужно сблизиться с Захаровым, втереться в доверие и доказать, что я достоин его дочери.

А ведь когда-то они даже не сомневались во мне. Однако благодаря самому себе всё перевернулось с ног на голову. Ну дебил же... Отчётливо понимал, на что иду, но не остановился.

Набрав номер Захарова, я нервно постукиваю пальцами по письменному столу. Напряжение внутри меня разрастается, бьёт по мозгам.

— Да, — ледяной тон отца любимой как хлесткая пощёчина действует на меня. Заставляет отрезвиться.

— Доброе утро. Извиняюсь, только увидел пропущенный звонок.

— Вообще-то уже полдень, — недовольно произносит он.

Недоверчиво пялюсь на настенные часы. Половина девятого. Ну если человек встаёт в пять или шесть утра, то девятый час для него, конечно же, уже считается как полдень.

— Я тебе документы давал. Решил?

Решил, разве может быть иначе? Я ради того проекта ночами не спал, стараясь справиться и не лохануться очередной раз. Чтобы не выставить себя ещё бОльшим дебилом.

— Да, как раз сегодня должен поехать к Чернову, отвезти бумаги.

— Жду, — проговорив, капитан отключается.

Прекрасно. Коротко и ясно.

Перед тем, как принять душ, отправляю сообщение Милене, совсем не надеясь на ответ:

«Доброе утро, самая красивая девушка в мире. Помни, что я безумно тебя люблю. Приятного дня, Мили».

Хотел бы увидеть выражение ее лица, когда она прочитает мою смску. Но увы и ах...

Ближе к одиннадцати торможу у офиса компании. Ощущение, будто за мной кто-то наблюдает. Затылок прожигает чей-то пристальный взгляд, едва я выхожу из салона автомобиля. Оглядываясь и, никого не замечая, уверенной походкой направляюсь ко входу.

— Здравствуй, Лекс, — приветствую Чернова, когда захожу в кабинет. Опускаюсь в кресло. — Как дела?

Тот всего на секунду переводит взгляд на меня, потом возвращает внимание на монитор компьютера и щелкает клавиатурой.

— Минуту.

— Угу.

Достаю телефон, но, как и ожидалось, ответа от Милены нет.

— Тесть не скомандовал тебе зайти к нему? — интересуется Чернов, наконец поднимая на меня глаза.

— Не-а. Ещё не дорос, — хмыкаю в ответ.

Осторожный стук в дверь, и в кабинет заходит секретарь Саши, услышав холодное: «Заходи».

— Александр Рамилевич, — виновато проговаривает она, стреляя в меня своими темными глазами. — Я забыла сказать, что ваша жена в компании. Она уже час как в кабинете Тимура...

Отчество она произнести не успевает, потому что Саша ее перебивает:

— И ты говоришь мне это только сейчас? — ворчит он. — На выход.

— Ты чего заводишься? Ну забыл человек, — рявкаю, как только дверь за девушкой закрывается. — Будто никогда в жизни ничего не забывал.

— Ее работа — слышать меня и слушаться. Я ей за что плачу?

— Чтобы она доносила тебе прибытие твоей жены в офис? — иронизируя я, выгибая бровь. — Ладно, мне-то что. Делайте что хотите. Документы ты передашь или мне отправиться к тестю?

— К бывшему тестю, — тут же подкалывает Саша, потому что ему не понравилось, как я защитил его секретаршу.

— К бывшему, — повторяю, хмыкнув. — Так ты или я?

— Справлюсь. Как раз повод нужен, чтобы к дяде Тимуру зайти. Интересно же...

— Будто не знаешь, зачем Алина приехала сюда. — Поднимаюсь и, поправив брюки и рубашку, иду к выходу. — Дурака из себя не строй. Надеюсь, никаких проблем в личной жизни у вас нет. Это хреново... Больно и совсем неинтересно. Врагу не пожелаю остаться одному... Без любимой.

— У нас другая ситуация.

— Говорю, не тяни, если жену чем-то обидел, — бросив через плечо, выхожу из помещения.

Ситуации, бесспорно, разные. Саша скорее всего просто задел Алину, я же свою жену... Сломал. Унизил Милену и уничтожил все ее чувства ко мне. У меня все куда сложнее... Знать бы ещё, как справиться со всеми проблемами, вернуть ее доверие.

В лифте набираю номер Милены. Она отвечает после восьмого гудка, когда я окончательно теряю надежду.

— Алло, — доносится тихий голосок. — Привет, Дима.

— Здравствуй. — Улыбка растягивается на лице от того, как она произносит мое имя — с некой теплотой, не как пару недель назад. Тогда она была готова глотку мне перегрызть от злости и обиды. — Как ты? Как... малыш?

— Все замечательно. — На заднем фоне слышны чужие голоса. — И я, и малыш... А ты как?

— Стараюсь жить, — хрипло смеюсь, двигаясь к своей машине. — Ты в агентстве?

— Да, я тут. Дядя Эмиль к себе вызвал, вот к нему иду. Ты просто так позвонил или что-то ещё хотел сказать?

— Захотел услышать твой голос. На сообщение ты не ответила.

Почему-то я уверен, что она сейчас останавливается, хлопает ресницами, а потом, глубоко вздохнув, продолжает свой путь.

— Я за рулём была. А потом как-то забылось... — лепечет быстро. — Мой папа тебе ничего не говорил? Готовься к тому, что он скоро будет нагружать тебя по полной программе. Саша с Алиной на отдых собираются. Точнее, собирается моя сестра, а Алекс отмахивается, ссылаясь на то, что в компании работы по горло и именно сейчас он не может все оставить и улететь кайфовать. Это я его слова цитирую. Короче, всё-таки, мне кажется, что Алинка добьется своего и пострадавшим в этом случае будешь ты. Отец давно ищет, как бы тебя задавить проблемами и заставить пахать.

Ну, пахать я привык. Никогда не был зажравшимся мажором, никогда не крутился за отцовский счёт. Всю жизнь зарабатывал сам и сейчас справлюсь.

— За меня волнуешься? — с тихим смешком выдаю я, снимая автомобиль с сигнализации. — Я буду только рад работать на капитана Захарова. Хотя бы подвоха от него не жду, как от своих родителей. А с Сашей я поговорю, пусть не ссорится с Алиной и везет любимую на отдых. Скоро буду в агентстве, обсудим эту...

Открываю дверь, но сесть за руль не успеваю, как и договорить. Потому что рядом, по обе стороны от меня, останавливаются два мужика в черных деловых костюмах и с наушниками. Они синхронно кивают на БМВ, стоящий позади моей машины.

— Дим, — в голосе Милены чувствуются напряжённые нотки.

— Я тебе перезвоню, — говорю и уже собираюсь отключиться, как слышу:

— Дима! Что происходит?

Черт!

Вынужденно отключаюсь, понимая, что она будет мучить себя предположениями, волноваться и переживать.

— Чего надо? — рявкаю.

— Николай Николаевич хочет с вами поговорить. Не отнимет много времени, — отзывается один из амбалов. — Минут десять, не больше.

Гаврилов-старший нарывается. А зря... Очень зря.

— Руку убери, — огрызаюсь, чувствуя хватку одного из псов на своем локте. — Пока я тебя не раздавил.

Бояться нечего. Пока Гаврилов-младший и его дружбаны за решеткой — никакой угрозы для меня нет. Срок они получат немалый. Скоро суд, любой косяк будет против конкурентов.

Спрятав телефон в карман, за три шага оказываюсь у БМВ. Сам открываю пассажирскую дверь, сажусь рядом с мужиком. Выглядит он неважно. Усталый, какой-то растрепанный. Вроде бы ему пятьдесят два, если память мне не изменяет. Но сейчас он смахивает на старика. Неоднократно видел его на важных встречах, но в таком виде — никогда.

И тут мысль бьёт по мозгам, заставляя поморщиться...

Вот он, настоящий отец. Несмотря на то, что его сын на мою жизнь покушался, он пытается вытащить свою родную кровь из дерьма. Видно, как переживает. А мои родители мне яму копали... И, несмотря на все, вины своей они не видят.

— Десять минут, — ставлю перед фактом. — Меня ждут. Времени нет на болтовню.

— Не буду тянуть кота за хвост, Беркутов. Мне птички напели, что ты сейчас не в лучшем состоянии... Отец продал агентство, из его компании ты уволился. Работаешь простым сотрудником совсем в другом месте. Я предлагаю тебе сделку.

Кривлюсь, уже понимая, что он предложит. Но решаю не комментировать, а терпеливо жду, когда мужик продолжит свою речь.

Телефон в кармане начинает звонить. Достав его, нехотя сбрасываю звонок, пусть совсем этого делать не хочется. Потому что на экране номер Милены. Она, конечно же, почувствовала что-то неладное. Надо было успокоить и дать понять, что все окей. Но времени на раздумья не было, пришлось отключиться.

— Давай без выкрутасов, Беркутов. Убери телефон. — Мужик смотрит на меня исподлобья, сверлит не очень доброжелательным взглядом.

Хмыкнув, ставлю на беззвучный режим и снова прячу мобильный.

— С каких пор тебя, Гаврилов, стала интересовать моя жизнь? И какое тебе дело, откуда я ушел и где сейчас работаю? — Раздражение внутри меня разрастается. Совсем неинтересно ничего, но нужно понять, какие цели преследует этот человек.

— Я предлагаю тебе тридцать процентов... — шумно сглотнув, он ослабляет узел галстука. — Отдаю тебе долю моего сына в компании. Будешь вместе со мной управлять моим бизнесом. У тебя будет все, что ты пожелаешь. Сын к тебе лезть не станет. Обещаю. Условие одно — забери свое заявление.

Усмехаюсь. Наши взгляды с мужиком пересекаются. Не отвожу глаз до тех пор, пока он сам не сдается первым. Напряжённая пауза длится минуты две. Он молчит, я же думаю над тем, что ему ответить.

Принять его предложение — это то же самое, что плюнуть в лицо капитану Захарову. Ведь вся каша заварилась именно из-за его компании, из-за проекта, который он приручил мне. И я справился на отлично. Правда конкуренту это не понравилось, и от меня решили избавиться.

Не я один тупой, который действует на эмоциях, а потом жалеет. Гаврилов от злости напал на меня. Если и не было мысли меня ранить, то после моего сопротивления и нецензурных слов в его адрес решил прикончить. Но увы, у него это не получилось.

И сейчас больше всех капитан хочет, чтобы виновные получили достойное наказание, ответили за свой поступок. Против Захарова я не пойду. Потому что капитан прав. Да и думает он больше всего обо мне. А вдруг... Тот случай повторится? Поэтому я заявление забирать, естественно, не стану. Каждый человек должен отвечать за свои косяки.

— Я подумаю, — проговорив, тянусь к двери. Сначала поговорю с Захаровым, потом решу, что ответить. — Но я бы не стал надеяться на что-то хорошее, будь на твоём месте.

Рубить с плеча не хочется. Алекс намекал, что адвокат у них крутой и изо всех сил пытается сделать так, чтобы вытащить Гаврилова из тюрьмы. Они даже свидетелей готовы найти, чтобы те ложные показания дали. Или же человека нанять, кто возьмёт на себя всю вину. Но не прокатит. Захаров не ребенок. Он несколько лет в ментовке работал. Так просто выкрутиться Гавриловым не удастся.

Поэтому нужно понять, что они планируют. Может, следующий наш разговор запишу... Или же лучше сниму... Тогда точно им придет конец.

— Такое выгодное предложение тебе никто не сделает, Беркутов.

— Ага, и с ножом никто на меня не нападет. Это не очень по-мужски, знаешь ли, Гаврилов. Вроде бы культурные люди, умеем разговаривать, договариваться. Как твой сын вел переговоры? Как на совещаниях обсуждал проекты? После каждой неудачи кидался на конкурента? И ты постоянно его вот так вот вытаскивал из дерьма? — выгибаю вопросительно бровь. Цокнув языком, открываю дверь. — Подумаю, сказал. Жди от меня звонка.

Едва покинув салон БМВ, направляюсь к своему автомобилю. Никто, конечно, меня не останавливает. Разговор окончен.

Сажусь за руль и первым делом набираю номер Милены. Заводить двигатель не спешу. Гудки тянутся как резина и действуют на нервы.

Еду в агентство. Три раза звоню Милене — безуспешно. Наверное обиделась, что я проигнорировал ее звонки.

Через час оказываюсь в нужном месте. Снова набираю Мили, чтобы убедиться, что она действительно тут. Прижав телефон к уху, краем глаза замечаю тачку Германа. А сам он стоит неподалеку — у входа в ресторан, где мы неоднократно встречались с Миленой. В прошлом.

И Герман не один, с ним тот самый Тамерлан, который звонил Мили как раз во время нашего последнего ужина. Буквально вчера. В голове появляются не очень хорошие мысли... Они явно ведут свою игру против... Милены? Или же меня?

— Да! — вдруг раздается с той стороны провода. — Черт тебя возьми, Беркутов! Где ты был? Почему не отвечал на звонки? Ты вообще идиот, да? Я же знаю, что что-то произошло! А ты... Ты просто вырубил звонок и решил не отвечать! Придурок!

По ее тону понятно, что разозлилась она не только на мой поступок. Кажется, мою девочку кто-то сильно задел или же обидел.

— Ты в агентстве?

— Да! Где мне ещё быть! — гневно шипит она.

— Иди в наш кабинет. Есть важный разговор.

— Да пошел ты! Иди своими бабами командуй! Или тем, из-за кого мои звонки не принимал! — проговаривает она и сразу же отключается.

Не понял... Она что, ревнует?