Глава 44

Полчаса, что проходят до громкого стука в дверь, я сижу на полу у шкафа, мучительно соображая, всё ли я правильно распланировала.

Жаль, что в мстительном умишке Погосяна засела идея фикс отправить Илью за решётку.

— А вот и наш рыцарь в чёрных труселях! — Расплывается в улыбке Артур. За время ожидания дважды таскал меня с собой в кухню, обновляя виски со льдом в своём стакане, так что сейчас он практически не вяжет лыка.

Открывает замок и даже не успевает шагу назад сделать, как в его нос прилетает пудовый кулак. Вскрикнув, я бегу к ним.

— Илья, это подстроено! Не бей его! — Какой там! Артуру уже прилетает в челюсть и в глаз, когда я повисаю на руке у своего Самца.

— Сюда едут менты, Илюша!

— На самом деле, они уже тут, — в открытую дверь входят румяные ППСники. — Кто из вас Артур Погосян?

Артур машет рукой из-под Ильи, я тоже слезаю со своего соседа.

— Заявление о нападении писать будете? — Спрашивают у него.

— Я буду писать! — Левый глаз слегка заплыл, так что, думаю, я имею право.

— Это он вас обоих, что ли? — Полицейский глядит на Илью, потирающего сейчас кулак.

— Нет, муж на меня напал, а вот он — защищал, — выхожу перед Ильёй, борясь с ним, чтобы не задвигал меня за себя.

— А кто он вам? — Уточняет мужчина.

— Друг!

— Любовник!

— Любимый!

Говорим одновременно.

Полицейский чешет нос и окидывает взглядом нашу компанию.

— В общем, сейчас все едем в отделение, будете писать хоть заявления, хоть объяснительные, мне пофиг! Устроили тут Дом Два!

— Ещё заявление о похищении несовершеннолетней примете? — Громко спрашиваю я.

— Но я её просто из садика забрал, гражданин начальник! — Глаз у Артура уже неслабо заплыл, к носу он прижимает полотенце из ванной.

— Моего малолетнего ребёнка сейчас против её и моей воли удерживает любовница этого гражданина, — показываю на мужа. — Думаю, нужно вызывать ювенальную полицию.

— Да ты охренела! — Орёт Артур.

— Потише, уважаемый, — полицейский присаживается на пуфик. — Про малолетнего подробней, пожалуйста. Кстати, я вас узнал, Илья, — мужчина протягивает руку Ковригину. — Надо же, «Кувалда», собственной персоной! Помню, помню ваш последний сезон в составе омского «Арьегарда»! Хорошая была борьба! «Трус не играет в хоккей»! — Он кивает на Илью своему напарнику, — а жаль, что Филиппов от него избавился. Сегодняшние охламоны на льду разве что балет не танцуют.

Илья вежливо улыбается ППСникам и с удовольствием даёт им автографы на планшетках.

— Сучка, всё продумала, да? — Шипит Артур.

— Женщин бить нельзя, уважаемый, — осаживает его полицейский.

* * *

— Ты всё-таки предупреждай в следующий раз, когда будешь плести свои интриги, — мы с Ильёй сидим в его машине возле отделения, дожидаясь, пока инспектор по делам несовершеннолетних поедет с нами за дочкой.

— Это был план «Б». По плану «А» Артур должен был тихо-мирно отдать мне Лизу и согласиться подписать бумаги о разводе.

— Так он сейчас отсидится в обезьяннике и всё равно сдаст назад, — Илья отодвигает от моего лица бутылку с минералкой, которую я прижимаю к отёку. Цыкнув, сменяет потеплевшую на новую, ещё ледяную.

— Не сдаст, — улыбаюсь и тут же охаю от боли.

Забрав зарёванную Лизу, я с удовлетворением наблюдаю за тем, как на Катерину надевают наручники. Лицо у неё поцарапанное, так что дочка моя тоже надавала мерзавке по щам.

— Она тебя била, маленькая? — спрашивает Илья.

— Спряталась от меня в туалете, — злобно фыркает Лизка.

Дома мы с ней долго приходим в себя. Читаю дочке любимую книжку, пока она сидит в ванне и уплетает вишнёвый пирог с молоком, а потом я плачу на груди у Ильи, когда он прокрадывается к нам в квартиру глубокой ночью.

— Теперь всё? — Спрашивает, гладя меня по спине. — Теперь он тебя не потревожит?

Мотаю головой. Остался последний рывок.

И время для него наступает очень быстро.

— Антонина! — голос свекрови звенит от ярости. — Артур позвонил нам из отделения полиции! Его заперли в камеру с бомжами!

— Ну так выручайте, — бесцветно отвечаю я.

— Тебе это не сойдёт с рук!

— Вы уверены, Таисия Георгиевна? — вздыхаю. Я так устала, что с трудом разговариваю. — Артур воровал деньги у своих работодателей. Все доказательства у них и только я уговорила не пускать дело в ход.

— Мы подключим все свои связи! Ты не понимаешь, с кем имеешь дело!

— Ооо, это ваш супруг, похоже, забыл, с кем имеет дело, замутив интрижку с родной племянницей заместителя министра иностранных дел. Говорят, срок беременности уже приличный? Ай-яй-яй, седина в бороду, бес по яйцам? Что будет с его блистательной карьерой?

— Как ты выражаешься, дрянь?! — Шипит мать Артура.

— Да мне уже всё равно, Таисия Георгиевна. Пусть ваш сын даст мне развод и откажется от родительских прав на Лизу. Так и быть, ему разрешат уехать из страны.

Недослушав её визги, отключаю звонок. Подняв глаза на Илью я вижу ужас на его лице.

— Так ты меня тоже подставила, когда, не предупредив, примчалась к нему? — Он медленно пятится от меня.

— Нет, нет, ну что ты! — Протягиваю руку, но Илья качает головой, соскакивая с кровати.

— Ты заигралась, Тоня. Так нельзя!

— Я делала всё, что могла! Он бы не дал мне развод и продолжал шантажировать дочкой! Ты бы не попал в кутузку, даже если бы менты тебя не узнали! Мне обещали помощь Ира и наши учредители!

— Ты страшный человек, Тоня. Я в тебе ошибся.

Илья хочет сказать ещё что-то, но качает головой и идёт к выходу. Я бегу за ним, цепляюсь за его руки, тяну на себя, но он мягко разжимает мои пальцы и тихо притворяет за собой дверь.