Глава 45

Так вымоталась эмоционально, что нет сил снова заплакать. Лбом прислонившись к двери, я думаю, что надо был всё-таки цепляться за Илью покрепче, надо было бежать за ним и в подъезд. Сцепив зубы, нажимаю на ручку с твёрдым намерением ломиться к нему, пока не откроет и что же? Вижу на своём пороге соседа, со зверским выражением лица и с занесённым для стука кулаком.

— Ты женщина и ты не должна так больше поступать, поняла?! Никакого самоуправства! По всяким злачным местам — только со мной! По мордасам раздаю только я! — Кулак превращается в перст указующий. — Не то не видать тебе ни первоклассного траха, ни ремонта унитаза целую неделю! У тебя бачок потёк, ты в курсе?

Втягиваю Илью в квартиру и, захлопнув дверь, — очень тихо, впрочем, — обсыпаю его лицо поцелуями.

— Я хотела бежать за тобой, дурында, — шепчу в его губы.

— Это хорошо, это я одобряю, — негромко смеётся Илья.

— Но я всё равно буду использовать свой мозг, и домохозяйкой больше не стану.

— Ладно, согласен. Должен же быть в семье кто-то умный.

Я восхищённо вытаращиваю глаза.

— Не, нуачо, — хмыкает он. — Ты мозговой центр, я Кувалда. Плюс боевой котёнок. Отличная банда, а?

— Команда мечты!

— И оладьи у тебя лучшие в мире!

Тащу Илью в свою спальню, заглянув по дороге к Лизе. Спит моя драчунья. У себя плотно затворяю дверь и ещё на всякий случай придвигаю к ней стул. Если дочка вдруг явится ко мне, то грохотом даст о себе знать. Не хочу, чтобы она напугалась, как тогда, у Артура дома.

— Так ты ради оладий вернулся? — Хихикаю, стаскивая с соседа футболку и штаны вместе с трусами.

— Совру, если скажу, что они не важны, — моя майка взмывает вверх, лифчик исчезает, будто его и не было. Илья нежно гладит моё лицо в тусклом свете ночника.

— Сука Артурка, — дотрагивается пальцем до глаза.

Отёк вроде бы уменьшился, но, возможно, придётся какое-то время усиленно замазывать фингал тональником.

— Ему гораздо хуже! Классно, что твои фанаты в полиции согласились подержать его в обезьяннике до утра! Психологическая травма гарантирована!

Мы падаем на мою кровать, и я направляю Кувалду-младшего к своей вагине, едва Илья раскатывает на нём презерватив.

— Хочу тебя, — притянув за плечи, требую войти в меня сразу, до конца.

— Оох, к чёрту оладьи, эта киска — мой дом, — шепчет Самец, принимаясь трахать так, что из глаз сыпятся искры.

* * *

Ещё когда я сидела на парковке, планируя свои действия, я старалась понять место Ильи в этом уравнении. Позвонить ему сразу? Но будет свара, в результате которой он окажется у ментов, а я снова наедине с Артуром, пытаясь выменять Лизу на счета и вытащить Илью из камеры. А развод? Он снова оставался за скобками уравнения.

Мне нужен был рычаг, при котором мои два козыря действительно могли выиграть ставку. Я всё думала в своей остывающей Микре, прижав ладони к лицу, а перед закрытыми веками мелькали разные хронологические линии, развивающиеся в зависимости от того, как и когда я предъявляла свои аргументы.

Мне тоже нужен кто-то могущественный за спиной на случай, если мы с Артуром сцепимся.

— Ира? Это Тоня. Помнишь, ты предлагала позвать тебя на драку? Кажется, сегодня намечается одна, — звоню Наташиной подруге. Если я в ней не ошибаюсь, Ира на моей стороне уже после истории с мужем-изменщиком, а окончательно я её покорила, начав встречаться с "Самцом".

Кроме гарантий своей поддержки новая подруга советует встретиться с учредителями нашего издательского дома, чтобы показать скрины из брокерского приложения и фото из блокнота, где Артур своей рукой указывает, у кого из рекламодателей он брал для размещения «левые» пакеты и сколько за это получал денег.

Я твёрдо заявляю, что всё перепрячу, если они решат дать делу уголовный ход. Пусть я и собираюсь лишить мужа родительских прав, отца сидельца моей дочке точно не нужно. Не хочу, чтобы кто-то потом стыдил её этим, как Артур — Илью.

Так что, в свою бывшую квартиру я явилась уже подготовленная и даже смирившаяся с мыслью, что, возможно, придётся получить по лицу. Вот только то, что Лиза оказалась у Катерины, стало неожиданным, но удачным для меня поворотом событий, эдаким джокером.

Её тоже пообещали продержать в обезьяннике до утра. Посмотрим, насколько Артур дорожит своей любовницей, станет ли ей помогать. Всё-таки, обвинение в похищении ребенка будет рассматриваться в суде по очень серьёзной статье, если делу дать ход.

Мне даже жаль эту девушку, — столько лет своей жизни, всю свою карьеру, а теперь и свободу поставить в зависимость от такого человека, как Артур! Немного стыдно и за себя тоже, — как можно было всё это время сквозь пальцы наблюдать за тем, как по-хамски он относится к людям, как гнусно отзывается о тех, кто никогда не держал на него зла? Терпеть его открытые издевки и неуважение! Значит ли это, что и я, как жена, была соучастницей беспредела? Хочется забыть о браке с Артуром, как о плохом сне.

* * *

Я лежу на боку, наслаждаясь тем, как обнимает меня сзади Илья и покусывает, выцеловывает моё плечо в послеоргазменной неге.

— А я ведь, по идее, тоже изменяю Артуру. Формально мы всё ещё супруги.

— Какой же это муж, который лишает свою жену средств для житья, унижает и бьёт её? Да если бы я был судьёй, я бы такое мудачьё на перевоспитание сразу отправлял! Пусть свинарники чистят!

— Свинки милые.

— Ну ладно, говновозки. Запустил мужик бумеранг злобных дел — вот, пусть получает обратно. Прилетит по морде обязательно! Как Артурке сегодня.

Тяжело вздохнув, Илья поднимается с кровати и начинает одеваться. Как бы мне ни хотелось оставить его на всю ночь, нельзя позволить Лизе найти у меня в спальне практически незнакомого ей мужчину.

— Надо искать ходы к боевому котёнку, — шепчет в темноте Илья. — Я уже не в том возрасте, чтобы ночью сигать по кроватям. Познакомь меня с нянькой-вертухайкой, посоветоваться надо.

Я хрюкаю и ржу в подушку. Господи! Спасибо тебе за такого соседа!