Глава 31

Хлопок двери вырывает из отчётов в реальный мир. Хотя какие отчёты, если последние полчаса я сижу и тупо медитирую на одну и ту же строчку.

В любом случае ключи от этой квартиры я раздавал зря.

– И долго будешь сидеть? – Кот ставит пакет с суши на столешницу, заглядывает в монитор и хмыкает. – Я так понимаю, на работу ты больше не ходишь?

– Доделают ремонт в новом офисе, и пойду, – устало потерев переносицу, я захлопываю крышку ноута. – Тебе что-то не нравится? Или идеальные отчёты за предыдущие три месяца тебя не задобрили?

– Они идеальные по твоему субъективному мнению. – Кот ставит кружку в кофемашину. – Как по мне, халявишь ты знатно, но добрый я, так и быть, спишу всё на молодость, глупость и влюблённость.

– Только давай без этого. – И так из головы не выходит. – Ты зачем приехал?

– Поддержать брата?

– Не смеши. – Мышцы затекли от долгого сидения, и со стоном удовольствия я распрямляюсь. – Что опять сгенерировало твоё креативное сознание?

– Ничего, – разводит руками Кот. – Хватит уже выезжать на моём сознании, включайте свои. Крис, между прочим, вчера думала за всех троих и ничего, выкрутилась. Не то что вы – братцы-тунеядцы.

– Издеваешься?

– Как ты угадал? – ехидно поднимает он бровь. – Вы задрали меня уже оба. Она кислым лицом, как будто без этого у нас тупости мало, ты – псевдостраданием, тоже, кстати, родом из пубертата.

– Да иди ты, Кот, знаешь куда?

Хреново было и до этого, но стоит вспомнить, что, в отличие от меня он имеет полный доступ к Крис, становится ещё веселее. Да, дурак. Да, надо было предупредить хоть как-нибудь, желательно до решения суда, но, блин…

– А вали-ка ты сам.

– В смысле?

Из собственного жилища меня ещё не выгоняли

– В прямом. – Кот толкает в мою сторону пластиковый контейнер с суши и бросает палки. – Еська снова какую-то муть вытворил то ли в Австрии, то ли в Австралии, хрен вас поймёшь. Так подстрахуй брата, всё равно с ума сходишь от ничегонеделания.

– Скажи, что ты шутишь и закроем тему. – Еда не лезет, но я всё равно засовываю роллину и жую без всякого удовольствия.

– А что тебе здесь делать? – Кот облокачивается на столешницу напротив меня. – Страдать как дебилу? Или похитить её, запереть в родительском подвале и ждать, пока простит? Или закидывать офис очередными цветами? Слушай, – вдруг озаряет его, – а давай ты скатаешься к родителям и объяснишь, почему приехал вместе с женой и сыном моего друга? Классная же идея, отец будет в восторге, он как раз звонил и интересовался.

Подозреваю, что восторга того как раз до армейского ремня и обратно.

– А так я уеду и что? Вернусь, а семейство Батмановых в сборе? – язвлю в ответ. – Рехнулся, что ли?

– Да всё уже, кончилось семейство, – тяжело вздыхает Кот, глядя на меня как на идиота. – Батманов женится на своей секретарше.

Вот так просто? Без подлянок, скандалов и очередных возвращений?

– Женится, женится. – Кот берёт приготовленный кофе. – Приглашения мне, конечно, не дали, но новость сообщили. Так что чеши ты, братец, куда-нибудь на «А». К твоему возвращению Крис как раз отойдёт, и будет всё у вас за-ши-бись.

Или не будет, но идея проветриться становится вдруг неадекватно привлекательной.

– Надолго?

– А это ты уже у младшенького спросишь, – хмыкает Кот, – у того тоже шило в одном месте, только и ждёт, как свалить отсюда, да подальше.

Еська и правда ждал, залюбленный родительской заботой по самое не хочу, так что билеты и визы, всё-таки в Австрию, организовались мгновенно. Вот только улетать не хочется. Настолько, что стоит переступить порог аэропорта, как зуд появляется во всех местах сразу.

– Ты что, летать боишься? – весело интересуется младшенький, в ожидании регистрации разваливаясь перед огромными окнами с неизменным ноутом на коленях.

Тянет бросить всё, метнуться в офис и попробовать ещё раз. А потом ещё, и ещё, и плюнуть на все Костины «успокоится», «отойдёт» и «подожди». Да задолбался уже ждать, потому и с разводом этим ступил так, что теперь хоть вой.

– Не боюсь.

Минуту сидим, вторую. Еська бодро печатает что-то кому-то в мессенджере с такой улыбкой, будто у него там Билл Гейтс на связи не меньше.

– Я прогуляюсь.

В ответ на его неопределённое мычание я бросаю сумки в соседнее с младшеньким кресло и иду. Мимо кафешек, лавок с сувенирами, дьюти-фри и прочего хлама. Иду, но близко к выходу не подхожу, понимая, чем это чревато.

Мне, как курильщику со стажем хочется дозы Крис, но мозг на связи и запрещает даже звонить. Вот вернусь, потом и… на том, что будет, фантазия закономерно пробуксовывает.

Настолько, что чужую спину я замечаю только после удара. Пока потираю плечо, сильно запаздываю с извинениями, и хорошо, что так. Передо мной Батманов собственной скотской персоной.

– Какие люди, – кривится он.

Можно подумать, я в восторге.

– Никакие, – усмехаюсь криво, хотя врезать хочется так, что чешутся кулаки.

– Что, сбегаешь? – осмотрев меня с головы до ног, хмыкает этот придурок.

– А ты? Наженился уже на секретаршах?

Людей начинает привлекать наша живописная группа, но куда там. Обстановка наэлектризована, только не сверкает, так что нам не до свидетелей.

– Пасть закрой.

– Как грубо, – усмехаюсь я и приближаюсь на полшага. – Раньше ты был вежливее, или это потеря лучшей женщины на свете так влияет?

– Как будто ты её нашёл, – издевается Батманов. – Или что, Кристина тебя простила? Поэтому ты валишь из города посреди недели?

А если дать ему по морде, меня ссадят с рейса?

– Зато ты точно можешь быть свободен, к тебе она в любом случае не вернётся.

– Но и с тобой не будет, – понижает он голос, а я… похоже, что никуда уже не лечу.