Глава 23

Разворачиваюсь и иду по коридору обратно. Покачиваясь, будто мне по морде надавали, причем с размаху. Елисей говорил, что был свидетелем постановки диагноза, помогал и участвовал. Выходит, он мне соврал, чтобы объяснить, почему не уволил Ладу. Пожалел больного мужа. А я и поверила. Андриевский придумал всю эту историю, а потом соблазнил меня. Ему просто не повезло, что Петр выбрал для бл*док тот самый отель, где проходит мероприятие Софы.

Дура! Всю ночь его развлекала…

Слышу, что Петр, смеясь, окликает меня. Не оборачиваюсь, доползаю до лифта. Туалет больше не ищу, я лучше под дерево схожу, чем еще раз пройду мимо Петра. Внутри лифта зеркальные стены. Смотреть на свое отражение стыдно до боли, горло сдавило, как будто что-то душит и тошнит.

Звоню сестре.

— Софа, прости, но мне надо срочно уехать. Ты без меня тут побудь, ладно?

Мой голос дрожит. Он совсем другой. Не такой, каким был еще пять минут назад.

— Ты в порядке? Эй, сестра, что случилось? Тебе плохо? Снежа!

Отключаюсь. Она снова звонит, вырубаю телефон полностью.

Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Какая же я идиотка, как я могла ему отдаться? Как могла нежиться с ним в постели после Лады?

Слезы затмевают взгляд, и я вытираю глаза тыльной стороной ладони, потом достаю из кармана злосчастный телефон. Все-таки надо его включить, чтобы вызвать такси и сделать еще кое-что.

Водитель появляется возле гостиницы совсем быстро. Практически через пару минут. Время обеда, муж говорил, что если сможет, то поедет со мной в ресторан. Называю адрес офиса. Надо было сделать фото Петра, но теперь это уже неважно, ему не удастся меня обмануть.

Я всеми силами стараюсь удержать слезы, но не выходит: накипевшее горе рвется наружу, и я не в силах скрыть его даже от водителя, постороннего человека. До боли прикусываю нижнюю губу и овладеваю-таки собой, когда он, отвлекаясь от дороги, раз за разом оборачивается ко мне. Несколько раз спрашивает:

— С вами все хорошо? Вам не нужна помощь?

На самом деле мне нужна помощь. Из-за любви, которая разрывает мне сердце, я не хочу жить, и мне необходимо хоть что-то, чтобы убедить себя в обратном.

Мы подъезжаем к здоровенному зданию. Оплата притормаживает, что-то не так, почему-то не срабатывает прикрепленная к приложению карта, и оно просит оплату онлайн. А я из-за психов и нервов никак не могу сообразить, что нужно делать. Водитель вызывается помочь мне, делает что-то вроде долга, потом вызывает себя еще раз. И в этот момент я поднимаю глаза на здание, из которого выходит Елисей. Еще утром я с радостью побежала бы к мужу, он смог убедить меня. А теперь к моим ногам привязаны стокилограммовые гири. Он не звонил мне. На обед не звал. Он собирается открыть дверь машины, сесть в нее и куда-то уехать. Я отвлекаюсь на водителя, который объясняет, что приложение обновилось и нужно снова привязать карту, достаю кошелек. Я не могу убежать и бросить неоплаченный счет. С другой стороны, зачем я сюда приехала, если Андриевский сейчас уедет?

Я снова вношу номер карты и между делом опять поднимаю глаза. Возле машины их уже двое. Он и… Лада.

Карта выпадает из моих рук. Я не могу справиться с собой. Меня морозит, все тело покрывается противными мурашками, как будто я заболела и начался озноб. Лада ко мне спиной, она зачем-то практически укладывается на машину моего мужа. Он ей что-то разъясняет, но это уже не имеет значения. Какая, на хер, разница? Она опять здесь. Он с ней. Они, скорее всего, поедут на обед вместе, мне же Елисей даже не позвонил. Слал фото, потом прекратил. Видимо, встретился с ней.

Зубы стучат от холода, хотя я одета теплее, чем нужно, при этом внутри все горит, и болит каждая косточка. Я с ума схожу от горя.

Все! Все! Это конец! Больше нет надежды! Некуда больше тянуть!

— Я же м-м-могу, — едва получается выговорить, ищу карту, поднимаю, снова набираю номер. — Могу вас попросить отвезти меня по другому адресу?

Водитель не спорит. Видит, что я не в себе. Трогается с места. Я на них больше не смотрю.

Мне удается оплатить предыдущую поездку. Таксист везет меня к дому. Нужно позвонить Паше, раз уж его выпустили. Пусть поможет мне быстро собрать вещи.

Я утираю слезы, но они бегут вновь, как вода из внезапно проснувшегося родника. Телефон из рук не выпускаю — едва понимая, что делаю, авторизуюсь на портале «Госуслуги». Дрожа, выбираю раздел «Услуги». Перехожу в раздел «Семья», затем кликаю «Регистрация расторжения брака». И жму «Начать». Далее, следуя подсказкам на экране, заполняю электронную форму заявления и подписываю ее.

Мне очень больно делать это, но никто не в силах помочь мне. От таких страшных событий и мыслей, от встречи с Петром, от вида мужа и Лады разболелась голова, а еще, как бонус к дергающей боли в висках, начало покалывать в глазах. И даже слезы уже не текут. Нужна таблетка, иначе я сдохну.

Я опустошена. Дальше еду, прижавшись лицом к ледяному стеклу. Теперь Андриевский должен заполнить свою часть заявления на развод и тоже подписать документ электронной подписью. Мы оба должны оплатить госпошлину, а еще выбрать дату, когда посетим ЗАГС и заберем свидетельство о расторжении брака. Я стараюсь успокоиться, но все равно чувствую, что внутри по-прежнему колотится. И непроизвольно тихонько вою, едва заметно постанываю от тяжести обстоятельств и дышу очень тяжело и часто, будто мне пришлось бежать от кого-то. А ведь так и есть. Я постыдно простила его, а теперь пытаюсь скрыться от всего этого как можно скорее.

Плохо, что нельзя развестись прямо здесь и сейчас, я бы очень этого хотела. Чтобы забрать вещи и не видеть его никогда в жизни. Но с момента подачи заявления до этого дня должно пройти не менее одного месяца. Эта же дата будет считаться датой расторжения нашего с Андриевским брака.