Глава 68

Влада

После моего ответа, что я знаю женщину на видео, и Державин, и Станислав замолчали. Повисла тяжёлая тишина, которая давила невыносимым грузом. Они оба смотрели на меня вопросительным взглядом и ждали продолжения, а я просто пыталась прийти в себя после очередного предательства.

И пусть этому предательству уже несколько лет, бьёт оно не менее сильно. Словно свежая рана, которую снова и снова разрывают. Всё та же боль в душе, которая разрастается там с неимоверной скоростью, пожирая остатки веры в людей. То же разочарование, от которого становится трудно дышать, словно воздух превратился в густую, вязкую массу. И всё тот же мучительный вопрос, который терзает меня изнутри: за что? Что я ей сделала такого, что она вместе с Борисом решила мою судьбу?!

Воспоминания нахлынули болезненной волной. Майя с её вечно серьёзным лицом и деловитыми манерами. Как она входила в мой кабинет с отчётами, как мы обсуждали рабочие моменты за чашкой кофе. Как я доверяла ей, делилась планами, советовалась по сложным вопросам. А она... она всё это время была частью заговора против меня.

- Это Сатина Майя Константиновна. Она была моим заместителем, — ответила я, с трудом справляясь с эмоциями, которые грозили выплеснуться наружу неконтролируемым потоком.

Голос звучал хрипло, словно я долго молчала. Внутри всё кипело от ярости и боли, но сейчас было не время и не место, чтобы их показывать. Потом, когда всё закончится, я буду зализывать свои раны! А пока на кону стоит жизнь моей дочери и моего племянника. Они важнее моих переживаний, важнее этой жгучей боли от предательства.

- Теперь понятно, как всё оказалось в твоём сейфе, — пришёл к выводу Державин, и я увидела, как в его глазах промелькнуло понимание.

Видимо, он вспомнил материалы дела, те самые документы, которые стали моим приговором.

- Вы с ней были просто коллеги или подруги? — спросил Станислав, внимательно изучая моё лицо.

- Ну, близкими подругами мы никогда не были. Скорее хорошими знакомыми, — начала я, стараясь говорить ровно. — Но конфликтов у нас не было никогда. Майя была исполнительной, профессиональной. Мы работали в команде без проблем. И я никогда бы не подумала, что она...

Но я не договорила, потому что слова застряли в горле комом. Что я бы не подумала? Что она может предать?! Да меня собственный муж предал, с лёгкостью отправив за решётку на десять лет! И это притом, что у меня под сердцем был его ребёнок! Он, отец моего будущего ребёнка, обрек меня на годы тюремного заключения. А я тут про совершенно постороннего человека говорю, удивляясь её способности к предательству.

Боль от воспоминаний о Борисе смешалась с болью от открывшегося предательства Майи. Двойной удар, который заставил меня на секунду закрыть глаза и глубоко вдохнуть.

- Кстати, Майю к нам привёл Борис, — вдруг припомнила я, и это воспоминание ударило с новой силой.

Как же я была слепа! Все кусочки пазла были перед глазами, но тогда я не смогла сложить их воедино.

- И вас это не насторожило? — удивился программист, приподняв брови.

- Нет, — покачала я головой, чувствуя себя полной идиоткой. — Борис тогда сказал, что её из центра занятости прислали. Я провела собеседование, в плане работы она оказалась весьма подкованной. Меня всё устроило. Да мы, тогда как раз расширяли штат, и к нам приходило много людей.

- Видимо этим и воспользовался тогда ваш муж. – Пришёл к выводу Станислав.

Теперь я понимала, откуда у неё были такие глубокие знания. Борис готовил её заранее, обучал, давал инструкции. А я, наивная дура, радовалась, что нашла такого ценного сотрудника. Ведь тогда я именно её хотела оставить на своё место, когда уйду в декрет.

- Я бы сказал, очень подкованной, — покачал головой Андрей Викторович, и в его голосе прозвучала горечь. — Скорее всего, она уже тогда была любовницей Бориса.

Эти слова ударили, как пощёчина. Любовница... Значит, пока я работала, строила планы, доверяла, они уже тогда крутили свой роман и планировали моё уничтожение.

- Ну, раз он напоминает Сатиной, что Владислава им нужна для другой цели, то получается, что так, — поддержал Станислав рассуждения Державина. — В общем, Андрей Викторович, здесь достаточно материалов, чтобы упрятать этого страшного человека за решётку на максимальный срок. Я разговаривал с Карповым, он знает, кому можно передать всё это, чтобы дело наверняка «не потерялось».

Он показал пальцами кавычки, и я поняла, что именно он имеет ввиду под этим словом.

- А для вас я сделал копию на всякий случай. То же самое Карпов сделал с документами.

- Спасибо тебе, Стас, — подблагодарил его Державин, по-дружески пожав ему руку.

В этом простом жесте было столько искренности и тепла, что мне стало немного легче. Хотя бы кто-то в этом мире оказался порядочным человеком.

- Это вам спасибо за маму, — ответил Станислав, и в его голосе прозвучала глубокая благодарность. — Если бы не вы, я боюсь даже представить, что было бы.

Из этих слов я поняла, что Державин когда-то помог этому мужчине в трудную минуту, за что тот очень благодарен моему боссу. Это говорило об Андрее Викторовиче больше, чем любые слова.

- Ну что, тогда к Карпову? — предложил Державин, когда мы вышли на улицу.

Свежий воздух ударил в лицо, и я жадно вдохнула его, стараясь прогнать душные воспоминания и горечь предательства.

- Если мы всё передадим в нужные руки, то Бориса арестуют? — спросила я, и в моём голосе прозвучала надежда, смешанная со страхом.

- Да, другого варианта нет, — ответил Андрей Викторович уверенно. — Улик более чем достаточно.

- А моя дочь? — испуганно спросила я, и сердце забилось быстрее. — Что будет с ней?

Этот вопрос мучил меня больше всего. Ради неё я была готова на всё, но мысль о том, что она может пострадать из-за действий отца, была невыносимой.

- Насколько я знаю со слов Светланы, у девочки нет мамы, — медленно произнёс Андрей Викторович, словно взвешивая каждое слово. — Всё это время Борис воспитывал её сам, ну с помощью нянь, конечно. Поэтому девочку ждёт детский дом.

От этих слов мне стало очень страшно. Ледяной ужас прокатился по всему телу. Моя дочь, моя малышка, окажется в детском доме среди чужих людей! А чтобы мне забрать её, нужно будет пройти все круги ада: доказать своё родство, пройти проверки, собрать кучу справок. И всё это время она будет думать, что её никто не любит, что она никому не нужна.

Да и нет ни какой гарантии, что её отдадут мне, учитывая моё прошлое.

- Мы заберём её, я тебе обещаю, — Державин взял меня за руки и крепко сжал их.

Его ладони были тёплыми и сильными, и от этого прикосновения мне стало чуть спокойнее.

- Тем более что мы будем официально семьёй. А как только закрутится всё с Борисом, мой адвокат займётся твоей реабилитацией. Влада, всё будет хорошо. Сейчас главное это нейтрализовать Бориса. – Говорил он, и в его голосе было столько уверенности, что мне очень хотелось верить в благоприятный исход.

- Да, ты прав, — согласилась с ним я, моргая, чтобы сдержать слёзы.

Но они всё равно предательски нарисовали солёные дорожки на моих щеках.

Слёзы боли, страха, надежды, всё смешалось в один горький поток.

- Всё будет хорошо! — повторил он, улыбнувшись мне.

И в этой улыбке было столько тепла и решимости, что я почувствовала, как внутри зажигается крохотный огонёк надежды. Может быть, действительно всё будет хорошо. Может быть, этот кошмар наконец-то закончится, и я вернусь к нормальной жизни.

***