Глава 5

Я встаю и иду в кабинет начальницы. Маргарита Викторовна встречает меня улыбкой. Излишне доброй. – Здравствуй, Лена. Садись, – говорит она своим масляным голоском, – Лена, ты очень давно у нас работаешь, и мы это ценим. Но… в последнее время участились жалобы от клиентов на тебя. Ты грубишь, долго выполняешь задачи… – А можно конкретный пример, пожалуйста? – Я не могу тебе сказать, – хмурится она. – А может, это Илона на меня пожаловалась? – прямо спрашиваю я. – Хорошо, я хотела смягчить, но раз ты настаиваешь, – с неё слетает всё её фальшивое добродушие. – В связи с тем, что моя дочь выходит замуж за твоего мужа, я считаю некорректным, чтобы ты здесь работала. Вот как. Дочь попросила маму меня убрать. – Ах, вот как. Значит, дочурка ваша мало того что разбила мою семью, решила оставить меня без средств к существованию! – возмущенно говорю я. – На что я жить буду? Вы подумали? – А почему мы должны думать, на что ты будешь жить? – она наклоняется ко мне через стол. – Это твои проблемы! – Да, теперь я понимаю… Яблочко от яблоньки недалеко укатилось, – отвечаю я. – Что ты имеешь в виду? – багровеет она. – Да ты… шкура, ни в одно ателье не попадёшь! Уж я об этом позабочусь! – Знаешь что, Маргарита.. Викторовна, – говорю я, вставая. – Ты воспитала свою дочь отвратительно. Такая же капризная, наглая, беспринципная дрянь, как и ты. Ещё и подстилка под женатых мужиков. Наплачешься ты с ней, помяни моё слово. А работу я и другую найду! Счастливо оставаться! Я иду к двери, но перед тем как выйти, оборачиваюсь: – Олег… вас еще удивит. Дайте только время, – усмехаюсь и хлопаю дверью так, что штукатурка сыпется. До меня доносится отборный мат, но я не обращаю внимания. Прохожу к своему рабочему месту, беру сумочку – и ухожу. Ну вот, в добавок ко всему, я еще и работу потеряла. Ума не приложу, куда теперь идти устраиваться. В городе ателье – раз-два и обчелся. Да и Марго наверняка сдержит своё слово и распустит слухи про меня. А нам с Лёшкой как-то жить надо. На Олега рассчитывать не приходится. Придётся ждать алиментов, а это время. У меня есть небольшая заначка, но если в ближайшее время не найду работу – она скоро закончится. Тревога внутри нарастает, грозит перейти в панику. Голова начинает кружиться. Я тяжело присаживаюсь на скамейку. Стараюсь отогнать от себя дурные мысли. Если всё время думать только о плохом – плохое и будет. Не устроюсь в ателье, значит устроюсь в другое место. В конце концов в «Пятерочке» всегда вакансии есть. Смотрю на часы. По-хорошему надо бы зайти в банк, попытаться узнать, что за кредит взял Олег. Но сил нет. Хочется свернуться калачиком, спрятаться от всего мира и вдоволь нареветься. Пожалуй, пойду домой. Отдохну, приду в себя, а потом уже и в банк. Заодно соберу все манатки бывшего мужа, чтобы не маячили перед глазами. Подхожу к дому. Обхожу неудобно стоящий на тротуаре грузовик. – Блин! – вскрикиваю от боли. Нога попадает в ямку подворачивается и жгучая боль обжигает лодыжку. Расставили тут своих машин – не пройти, не проехать! Потираю ногу рукой и потихоньку ковыляю к подъезду. Надеюсь, что боль утихнет, но она растекается почти до колена. Поднимаюсь на лифте на свой этаж, кряхтя как старушка и ругаясь как грузчик, еле иду к своей квартире. Достаю ключи и открываю дверь. Быстрее бы присесть! Кажется, что уже вся нога огнём полыхает! Но… Сумка выпадает из рук. Я думала, что Олегу больше некуда падать, но он снова доказал, что есть…