Глава 38

Роман – Роман Владимирович, вам кофе принести? – в кабинет заглядывает секретарша Катя, одна из немногих, кто еще сохраняет верность компании. – Нет, спасибо, – отвечаю, устало потирая лицо, – мне достаточно. Я и так в последнее время на одном кофе и живу. Замечаю жалостливый взгляд секретарши. Выгляжу я, наверное, ужасно. Сегодня снова ночевал в офисе, весь помятый, небритый. Гребаный Костян! Утопил мне фирму! – бессильно бью кулаком по столу. Попадись он мне под руку, я бы снова начистил ему его наглую рожу. После того, как почерковедческая экспертиза подтвердила, что на документах не Ленина подпись я обратился в соответствующие органы и развернул масштабное расследование и, как я и предполагал, крысой оказался Костян. До сих пор не забуду, как он злобно скалился окровавленными зубами и орал: – Ненавижу тебя! Мы вместе с детства были, а ты даже меня партнером не сделал! Я как шестерка бегал у тебя в замах! Сам все сливки снимал, а мне подачки кидал! Не было никакого смысла объяснять, что в во всех своих бедах виноват он сам! Что дружба дружбой, но бизнес основал я, а его взял замом как друга, и то закрывал глаза на многочисленные косяки, считая, что надежность важнее всего. Вместо этого, я еще раз съездил ему по роже, но ему все мало было, он потерял последний рассудок в своей злобе: – Не увидишь, ты больше свою Ленку, – решил напоследок добить меня, козлина, – я об этом позаботился! – Что значит позаботился? – заорал я и схватил за грудки, предполагая самое страшное. – Она считает, что ты ее посадить хочешь и спряталась так, что тебе ее не найти, – прохрипел крысеныш. Если бы меня не остановили, я бы его, наверное, убил. Теперь жалею, что остановили. Масштабы катастрофы выяснились позже, когда наши крупные партнеры начали предъявлять претензии и иски. Этот поганец кинул всех, мне пришлось выводить активы из фирмы, чтобы меня не засудили и теперь я практически банкрот, вдобавок мы потеряли репутацию и партнеров. Хуже всего то, что я не смог нанять людей, чтобы найти Лену, денег осталось только на зарплату сотрудникам. Я знал город, в который она уехала, высчитал сроки, в которые должна родить и целый месяц ходил по роддомам, спрашивая о ней, но никто ее не видел, ни в одном роддоме она не регистрировалась. Следовательно, она покинула город беременная. Может даже за границу уехала. Представляю, что этот урод ей наговорил! Сука! Да и я не лучше! Как же ей, наверное, страшно было, беременной, скрываться и прятаться. Как бы я хотел вернуть все назад и не произносить те несправедливые слова. Я не верю в провидение, но мне очень хочется верить, что на этом наша история не закончится, что мы встретимся и я смогу вымолить прощение и обнять ее и нашего ребенка. В том что она его родила у меня нет сомнений, не могла моя, такая ласковая и чувствительная Лена сделать аборт. Усилием воли я заставляю себя вернуться к делам фирмы, я перепробовал уже все способы и решения, но удержать фирму на плаву мне не удастся, если только не прилетит волшебник, в голубом вертолете и не подарит пару миллиардов рублей. Куда Костян дел мои деньги еще разбирается следствие, хитрый говнюк тщательно заметал следы, и неизвестно еще сколько будет разбираться и вернутся ли они ко мне. Если он покупал недвижку и оформлял ее на подставных лиц, то шанс минимальный. Я делаю глубокий вдох и принимаю решение. – Катя! Зайдите, – говорю я в селектор. – Да, Роман Владимирович? – входит она в кабинет. – Оповести всех, в восемнадцать ноль ноль будет собрание. Катя испуганно охает и скрывается за дверью, думаю она уже знает, что наш Титаник пошел ко дну. Да и все в компании знают, шила в мешке не утаишь. Вот и все! Нет у меня больше ни фирмы, ни любимой женщины с ребенком, ни друга. Я полный банкрот.